Прошлые жизни Евы

Глава 13

В гостиницу Ева и Павел заселились без проблем - один номер с двумя кроватями. Барселона была прекрасна: уже на следующий день, едва позавтракав, они вышли на улицу, и сразу попали в водоворот жизни города. Воздух пахнул морем и свежей выпечкой, а солнце мягко грело плечи. Они бродили по Готическому кварталу: терялись в узких улочках, где почти не проникал солнечный свет, пили холодный лимонад в крошечном кафе и смеялись, когда пытались объясниться с официантом, зная лишь пару фраз по-испански. Ближе к вечеру добрались до набережной. Закат окрасил море в золотисто-розовые тона, а по променаду неспешно гуляли туристы и местные. Они ещё долго сидели на скамейке у моря, наблюдая, как зажигаются огни города, и строили планы на следующие дни: Парк Гуэль, бульвар Рамбла, уютные тапас-бары… Впереди было столько всего интересного!

Ночь выдалась душная, и сон к Еве и Павлу не шёл. Город за окном будто дышал - где-то далеко ритмично стучала музыка, а временами доносился странный, тягучий звук, похожий на низкий гул органа. Ева легла на кровати, и вдруг заметила, что на стене пляшут тени - но не от уличного фонаря. Они двигались сами по себе: вытягивались, сжимались, будто кто - то водил за окном странной лампой. Павел тоже замер, глядя туда же.

- Это просто деревья, - сказал он, но голос прозвучал не слишком уверенно.

В этот момент в коридоре гостиницы что-то глухо стукнуло, потом послышались неторопливые шаги - ровные, тяжёлые, будто человек в сапогах с железными набойками. Но гостиница была почти пуста, а персонал давно ушёл. Ева и Павел переглянулись… Павел встал, подошёл к двери и прижался ухом к холодному дереву. Шаги стихли прямо у их номера. На миг стало так тихо, что было слышно, как в батарее отопления булькает вода. А потом по двери провели чем-то острым - длинный, скрежещущий звук пополз сверху вниз, словно кто-то выводил на поверхности знак. Ева вскочила, схватила телефон, чтобы позвонить на ресепшен, но экран мигнул и погас - батарея села. Павел нашарил в темноте свой телефон - та же история.

- Остаёмся на месте, - тихо сказал Павел, хотя сам чувствовал, как по спине ползёт холодок. - Это просто чья-то глупая шутка. Или ветер.

Но ветер тут ни при чём, подумала Ева. В номере было совершенно безветренно, воздух стоял густой и неподвижный. Вдруг за дверью раздался шёпот - неразборчивый, будто сразу несколько голосов говорили на разных языках, перекрывая друг друга. И среди этого шума отчётливо прозвучало: "Отдай его, отдай, он нашшш... ".

Павел дёрнулся, будто его ударили током.

- Ты это слышал?

Ева кивнула, прижимая ладони к вискам, словно хотела заглушить этот шёпот.

Утром, едва рассвело, они спустились в холл. Администратор, молодая девушка с уставшими глазами, не удивилась их бледности.

- Вы из 307-го? - спросила она, не поднимая взгляда от экрана.

Ева и Павел одновременно кивнули.

-Там никто не живёт подолгу, - буднично сказала девушка, наконец, посмотрев на них. - В этом крыле старые коммуникации, стены тонкие. Иногда постояльцы рассказывают… разное... Вы не переживайте, заселим вас сегодня в другой номер, там потише. Ева хотела было отказаться - мол, они и сами справятся, да и вещи уже разложены, - но Павел неожиданно быстро кивнул:

-Да, пожалуйста. Если можно, прямо сейчас.

Администратор, молча, встала, взяла с полки другой ключ - простая пластиковая бирка без номера, будто его стёрли.

-Идите за мной, - сказала она и повела их по другому коридору, который пах не моющим средством, а чем-то травяным, будто здесь недавно жгли сухие пучки лаванды. Новый номер оказался совсем другим: светлый, с распахнутым окном, откуда тянуло свежим морским воздухом. Ева не стала раскладывать вещи. Вместо этого она подошла к окну и посмотрела вниз, на улицу. Там шла обычная утренняя жизнь: велосипедист в яркой майке, женщина с собачкой, мальчишка, который запускал бумажного змея. Но если чуть-чуть скосить взгляд, картинка будто двоилась: поверх велосипедиста на миг проступил силуэт человека в чёрном плаще, а вместо собачки мелькнула тень с горящими глазами. Ева резко зажмурилась, тряхнула головой - и всё снова стало обычным.

Павел заметил, что она бледная.

-Может, просто устала? Вчера столько ходили…- Я не устала, - тихо ответила Ева. - Я слышала, что они сказали: «Отдай его». Как будто мы что-то взяли. Но мы же ничего не брали. Правда?

Павел хотел сказать "Конечно", но не успел. В этот момент по стеклу окна кто-то тихо постучал - тук-тук-тук, - ровно три раза. Они оба повернулись. Снаружи никого не было. Только на подоконнике, там, куда падал луч солнца, начала проступать тонкая линия - словно кто-то невидимый выводил на пыли слово.

«Наш». Ева схватила Павла за руку.

- Пойдём. Прямо сейчас. Куда угодно. Хоть в кафе, хоть к морю.

Они выскочили из номера, даже не заперев дверь. В коридоре было пусто, но эхо шагов звучало странно: будто кто-то шёл следом, ступая в унисон, но чуть позже. Когда они выбежали на улицу, солнце уже вовсю грело, и шум города накрыл их, как тёплая волна: гудение машин, смех, звон бокалов из открытых террас. Ева глубоко вдохнула и вдруг поняла: здесь, среди людей, голоса стихли. Не исчезли совсем - просто отступили на самый край слуха, как далёкий гул прибоя.

-Павел, ты не будешь против, если я не надолго отлучусь? - Еве пришла в голову гениальная идея, кто, если не Михаил может знать, что тут происходит!

-Конечно, встретимся на причале. - Он помахал Еве рукой, а та в свою очередь, отправилась в тихое место, чтобы не кто не нарушил её уединение.

Найдя тихий дворик, заросший кустарником, Ева, тихонько начала читать молитву Архангелу Михаилу. В тот раз же сработало и в этот раз нужно рискнуть.

-"Святой Михаил Архангел, помилуй нас, грешных, нуждающихся в твоем заступничестве... "

-Ты забавы ради или тебе действительно нужна помощь? - Михаил не заставил себя долго ждать. Ева вздрогнула и медленно подняла глаза. Напротив, опираясь о старую каменную арку, стоял Михаил. Ничего в нём поначалу не казалось сверхъестественным: обычная льняная рубашка, выгоревшие на солнце волосы, тень усталости под глазами. И всё же взгляд у него был такой, будто он видел насквозь не только её, но и весь этот дворик - и то, что пряталось за его стенами.