Страница 85 из 106
Я стала выстраивать свои ЛИЧНЫЕ ГРАНИЦЫ. До карантина я убегала от конфликта, я боялась, я была в состоянии жертвы. Самоизоляция не оставила мне выбора! Мы оказались закрытыми в одном доме.
В моем лексиконе появились фразы: «Я не обязана это слушать!», «Выйди в другую комнату, сформулируй свою претензию, вернись и скажи ее спокойно, я буду готова тебя выслушать», «Со мной не нужно разговаривать в таком тоне и на такой громкости, я не тупая и не глухая», «Я НИЧЕМ перед тобой не провинилась, чтобы терпеть твой ор» и «Скажи это продавщице на кассе». Главное – спокойным тоном и с улыбкой.
Оппонент, конечно, офигел. Как это нельзя? Одиннадцать лет можно было обвинять меня во всем, а тут вдруг НЕЛЬЗЯ? Но сработало.
Я пошла дальше. Я рассказала всем соседям и общим знакомым, что они обо мне говорили (с его слов, понятно, ничего хорошего), все были шокированы. Ему я сообщила об этом так: «О, кстати, я видела ту пожилую пару и спросила у них, почему они считают меня высокомерной сукой. Представляешь, они так не считают! Надо же, наверное, вы друг друга не поняли». При этом хлопая глазами и недоумевая.
Вишенкой на торте, конечно, было то, что кто-то из моих подписчиков вызвал полицию к нему на работу. Честно, тут я была не в курсе, что к чему, но офигели все, включая босса и коллег. И я поняла, что я больше не одинокая девочка в чужой стране.
А самое главное, что это понял он.
Комментарий психолога
Твой путь защиты права на материнство привел тебя к знающему специалисту. Тебе повезло, так и случается, когда идешь своим путем.
О приемах, которые тебе «доктор прописал». Первым приемом ты встала на роль травмирующего родителя для абьюзера – стала давать ему указания, словно стала хозяином для собаки. Абьюзер был вынужден подчиниться. Долго в такой роли находиться вредно – может развиться жестокость и бесчувственность к людям, а как временная мера противостояния абьюзеру – вполне.
Во втором случае, с соседями, ты начала предавать огласке происходящее, чего опасается каждый абьюзер. И одновременно перестала спорить с абьюзером, а решила уточнить у окружающих. Тем самым разомкнула цикл «его насилие – твое оправдание или спор с ним».
Второй прием можно развить и применять следующим образом:
Например, абьюзер говорит: «Ты неадекватная, тебе лечиться надо!»
Вместо того чтобы спорить, кричать, обижаться, доказывать, скажи ему:
«Да ты что?! Вот это да… Я даже не задумывалась»…
Вырази искреннее удивление, сядь и продолжи:
«А почему ты так подумал? Ты меня обеспокоил. Неужели и правда со мной не то?! Расскажи, пожалуйста, поподробнее! А ты давно стал это замечать?»
Абьюзер, конечно же, скажет:
«Ты что, меня за дурака держишь?!»
Ответь:
«Нет, что ты! Мне стало так интересно, что ты говоришь. Расскажи подробнее, пожалуйста».
Скорее всего, он ответит:
«Отстань, дура!»
Обидится и уйдет.
Таким приемом ты размыкаешь цикл твоего сопротивления его словам и ставишь его в абсурдную роль, что его чушь слушают, и силы уже должен тратить на объяснения он, а не ты. И, конечно, ты занимаешь ведущую роль – опрашиваешь его и владеешь нитью разговора. В таком случае абьюзер должен или играть по твоим правилам, или исчезнуть. Да, может быть вспышка агрессии, но она будет и без того. Вызывай полицию, записывай на видео.