Страница 54 из 148
Я могу смотреть, как Рип и Тайсон трахаются, но не членов семьи. Это странно.
Эймс рядом, когда Каллум это делает?
Я прищуриваюсь, вспоминая слова Гаррета Эймса, сказанные мне перед отъездом из города. «Пришло время позволить Каллуму доказать себя».
Я делаю глоток из бутылки, слова Каллума в моей постели много лет назад кружатся в животе вместо пива. «Ты мне нравишься...»
Всё в прошлом, и отец Каллума — его собственная проблема.
Если ему нужна помощь в том, чтобы трахать женщин, я могу научить его ещё большему.
— Ты можешь мне помочь? — стонет женщина.
Подняв голову, я вижу, что стою перед молодой женщиной с длинными светло-каштановыми волосами и чёлкой, завивающейся над красной повязкой на глазах. Она стоит с привязанными над головой к алюминиевому шесту руками, одета только в стринги. Пот блестит над её губой, пряди влажных волос прилипли к груди.
Оглядываясь, я вижу, что почти все заняты своей игрой, только одна пара смотрит на неё.
— Мой муж где-то здесь, — тяжело дышит она, — и он управляет вибратором.
Я опускаю глаза, замечая устройство в её трусиках — часть ткани намного темнее остальной.
— Он не даёт мне кончить. — Её дыхание дрожит, полные красные губы трясутся. — Пальцем меня, трахни, отсоси, мне всё равно.
Мои брови взлетают до самой линии волос.
— Пожалуйста? — умоляет она.
— Почему он не даёт тебе кончить?
Она закусывает нижнюю губу, слегка вздрагивая. — Я позволила его начальнику отсосать мне.
Я оглядываюсь, наконец замечая группу в нише, наблюдающую за нами. Фигура в центре слишком далеко, чтобы разглядеть, но у неё наше внимание.
— И вот где он провёл черту? — выплёвываю я.
— Я позволяю ему часто. — Она слабо смеётся. — Он хорошо это делает.
Образ её в здании мужа с задранной юбкой и задницей на столе начальника. Мой член, блядь, дёргается. — Господи.
Что ж, мне не жаль его. Он здесь, развлекается, не так ли?
Он не святой.
Поставив пиво, я снимаю пиджак и закатываю правый рукав. Я поднимаю руку, кладя её чуть выше её руки, и наклоняюсь, просовывая пальцы под её трусики.
Она вдыхает, улыбка пляшет на её губах, и я держу оборону на случай, если её мужчина подойдёт. Думаю, это то, чего он хочет. Шоу.
Я не очень хочу трогать её. Слишком просто, и я хотел бы ещё осмотреться — расслабиться — но Каллум бросил меня сюда одного, чтобы запугать.
Ему нужен урок по установлению доминирования.
Я просовываю руку между её бёдрами, её полная задница оседлывает мою руку, когда я забираюсь под неё и хватаюсь за шест.
— Потри клитор, детка, — шепчу я над её ртом.
Она стонет и улыбается, сжимая шест над головой и натирая мою руку своей киской.
Её бёдра катятся и толкаются сначала медленно, но быстро ускоряются, её груди подпрыгивают, когда она скачет на мне.
Её дыхание сбивается, рот открывается и закрывается, из него вырываются стоны, когда она дразнит свой клитор.
Я наклоняю голову, глядя на неё. Прошло так много времени с тех пор, как я выглядел так. Отчаянно нуждаясь в одной единственной потребности, которая важнее еды или воздуха.
Она как маленький зверёк. Я скучаю по этому чувству.
Тепло разливается по моему лицу и спине, волосы на шее встают дыбом, и я чувствую Каллума прежде, чем вижу. Оглянувшись через плечо, я смотрю на него, его пиджак снят, он сидит и наблюдает за нами. Он, кажется, не замечает официанта, пытающегося привлечь его внимание, и не узнаёт Джерома Уотсона и его друга, проходящих позади него к кабинке в нише. Тёмный и хорошо одетый друг опускает глаза на Каллума, проходя мимо, и я сжимаю шест под её киской так сильно, что болты скрипят.
То, что Каллум сказал в машине, возвращается ко мне.
Здесь мужчины могут трогать его.