Полуночный комендантский час

34

Каллум

Мы с Далласом заходим в его спальню, и он захлопывает дверь, когда я бросаю полотенце, которым вытирал волосы. Прижав его к двери, я сжимаю его волосы на затылке и покусываю челюсть, прежде чем впиться в его рот.

Я стягиваю полотенце с его талии, поглаживая его длинный член.

Он тянется к моему полотенцу, но я останавливаю его. — Ты уже позаботился обо мне.

Мы были в душе десять минут, но этого было достаточно. Блядь, он обожает делать мне минет.

— Теперь твоя очередь, — шепчу я.

Я целую его тело, спускаясь вниз, но он тянет меня обратно. — Я хочу, чтобы ты сделал мне минет в душе загородного клуба Фокс-Хилл.

Я смеюсь, поднимаясь обратно и сжимая его челюсть, целуя его шею.

— Или в кресле моего отца? — спрашиваю я. — М?

— Или на моей газонокосилке.

Я не сдерживаюсь. Я разражаюсь смехом, уткнувшись лицом в его шею.

— Это было бы горячо, на самом деле, — дразню я. — Только джинсы, без рубашки. Я всегда хотел, чтобы ты снимал рубашку.

Мы целуемся между улыбками.

— Айрон делал это достаточно за всех нас, — шутит он.

— Да, я заметил. — Я усмехаюсь.

Он дёргает мой подбородок вверх, заставляя смотреть на него. — О, правда?

Моё сердце бешено бьётся, когда я вижу ревность в его глазах. — Но ты был тем, на кого я умирал от желания посмотреть.

Но я едва сдерживаю улыбку. Я долго ждал, чтобы он ревновал меня.

— Знаешь, я боялся, что ты уедешь из города, пока я был в колледже, — признаюсь я. — Ты занимал мои мысли долгое время.

Я умирал от желания вернуться к нему.

— Я, возможно, и ушёл, — его голос падает до шёпота, он прижимает меня к себе. — Но я продолжал находить вещи, за которые можно было держаться. Видеть тебя время от времени в твой последний год в Мэримаунт. Смотреть, как арестовывают Айрона и ждать его возвращения. Затем угроза твоего отца нашей земле... — Он держит мой взгляд. — Я продолжал говорить себе, что смогу уйти, как только решится та или иная проблема.

Я перевожу взгляд вправо, на скобки, нарисованные на его стене, рядом с дверью. «Сначала реши задачу в скобках».

— Вот что это значит? — спрашиваю я, указывая на символ.

Он просто улыбается. — Каждый раз, когда я бил по нему, я говорил себе, что я свободен, как только справлюсь с тем или этим. Если бы я мог найти одну вещь, за которую можно держаться — одну цель, которой можно ждать, — тогда я мог бы найти оправдание, чтобы остаться. Оказывается, я не очень хотел уходить.

— А теперь? — спрашиваю я. — Что теперь в скобках?

— Твоё счастье.

Никаких колебаний. Никаких раздумий. Он просто говорит это.

Теперь это его цель, и блядь. Я врезаюсь в его рот, целуя.

Я не думал, что возможно влюбиться в него ещё сильнее, но я буду рад это выяснить. Я чувствую, что мне ещё многое предстоит узнать о нём, и я не могу дождаться каждой минуты наедине с ним.

Мы обнимаем друг друга, наши губы соприкасаются, и мы просто остаёмся так на мгновение. Мне хочется просто забраться в постель, но у нас есть и другие проблемы, которые нужно решать вместе.

— У нас не так много времени, — предупреждаю я его. — У нас есть, возможно, до понедельника, чтобы понять, как избавиться от моего отца.

Он вздыхает, отпуская меня и протягивая чистые штаны Арми. Его талия больше подходит мне по размеру. — Я знаю, — говорит он, снова целуя меня.

— Он уже строит планы, — замечаю я, пока мы одеваемся. — Я не удивлюсь, если он подожжёт всё это. Теперь, когда он знает, что у тебя есть...

— У нас есть информация на него. — Он протягивает мне футболку. — Видео его измен, сделок с партнёрами сомнительной криминальной направленности и беловоротничкового дерьма. — Он проводит рукой по волосам. — Ничто из этого не посадит его.

Он напрягает пресс, проходя мимо, чтобы взять бумажник и сунуть его в задний карман. Я сдерживаю стон.

— Генеральные директора попадают в тюрьму только тогда, когда снижают стоимость акций для акционеров, Даллас.

Я расправляю простыни и взбиваю одеяло, хотя оно уже тёмное.

Но мы ещё не ляжем спать. Он хочет немного развлечься в Фокс-Хилл, так почему бы нет? Мне нравится идея прокрасться прямо у них под носом.

— Ты не установил камеру в «Комнате Вульфа»? — спрашиваю я.

Я уже знаю, что нет, иначе он бы сказал, но я ожидал, что это была одна из его целей, когда он бросил мне вызов, чтобы я провёл его туда.

Он глубоко вдыхает. — Всё, что будет работать автономно, требует проводов или солнечной энергии.

«Комната Вульфа» находится под землёй.

— Всё остальное, — продолжает он, — мне пришлось бы принести и направить прямо на преступление. И мне пришлось бы позволить ему случиться.

Да, я понимаю дилемму. Я никогда не был свидетелем преступления там, но Анна-Кэтрин — доказательство того, что они случаются.

— Остальное, — вздыхает он, — никому не будет дела.

Я сажусь на кровать и обхватываю его за талию, когда он приближается.

Он прав. Никому не будет дела до того, что мой отец изменяет или что Митчелл Кенмонт любит трахать свою невестку. Взрослые по обоюдному согласию и всё такое. В нынешнем климате такое поведение делает мужчин только популярнее.

— Но у нас есть проблемы и поважнее. — Он гладит мои волосы, когда я смотрю на него снизу вверх. — Трахать учителя — это уже плохо, но что скажет отец Макнили, когда ты будешь трахать учителя-мужчину?

Я гулко смеюсь. Да, я не подумал об этом. Спонсор, отвечающий за должность Далласа в школе, вдобавок к тому, чтобы быть геем в религиозной среде, создаёт некоторые конфликты интересов.

Я кладу подбородок на его живот, поднимая на него глаза. — Я уверен, для этого есть пожертвование.

Не беспокойся.

Наклоняясь, он целует меня, и если мы не выберемся отсюда, он не получит минет от уважаемого члена загородного клуба Фокс-Хилл в их раздевалке.

Но он поднимает голову, будто его что-то осенило. — Где Анна-Кэтрин?

Я задумываюсь. Она ушла с Арасели несколько часов назад, но я не видел её.

— Она была с девушками, — отвечаю я. — Они снаружи.

Должно быть, она с ними. Как я мог не проверить?

Мы выходим, и я хватаю телефон на выходе, батарея почти разряжена.

Сбегая по лестнице, мы проносимся через кухню и выходим через патио. Клэй, Лив и Крисджен болтаются у бассейна, отдыхая после долгого дня уборки.

Я ищу Арасели, но её нет. Моя сестра, наверное, с ней.

— Где Анна-Кэтрин? — спрашиваю я.

Они останавливаются, переглядываясь. Наконец Лив говорит: — Ну, она была внутри. Разве не сейчас?

Мой пульс бьётся повсюду. Блядь.

Даллас бежит внутрь, а я открываю приложение на телефоне, чтобы отследить её.

Я слышу, как он зовёт её, и собираюсь позвонить ей, но сначала мне нужно убедиться, что она в Саноа Бэй.

Как только он выбегает обратно, я нахожу её телефон, сразу узнавая перекрёстки. — Мэримаунт, — говорю я ему.

Не говоря ни слова, мы одновременно направляемся к его машине.

— Держите телефоны включёнными, — говорит он сестре и остальным.

Распахнув двери, мы забираемся в его Супру, и через секунду мчимся по дороге в Сент-Кармен.