Страница 106 из 148
— Даллас, — выдыхает Арасели, разрывая чары. — Это был лучший секс в моей жизни.
Ему требуется секунда, чтобы осознать её шутку, но он бросает на неё взгляд. — Спасибо, — выплёвывает он.
Джером смеётся, мы берём предложенные горячие полотенца и вытираемся, служительница берёт большую ткань и вытирает тело Арасели.
— Это было хорошо, — говорит ей Джером, наклоняясь и сжимая её бедро поверх пояса верности. — Может быть, когда-нибудь я застану тебя без этого.
— Не рассчитывай, — парирует она.
Это заставляет его улыбнуться ещё больше. Поднявшись, он застёгивает брюки и кивает мне, уходя.
— Спасибо за помощь, — говорю я Арасели.
— Ты хорошо заплатил за это.
И теперь ночь может закончиться. Моё сердце начинает биться быстрее, но когда мы покидаем Логово и забираем одежду, я не колеблюсь. Потому что я знаю, что если я не перережу ему горло, он никогда не изменится.
Я тоже не изменюсь.
Я всегда буду уступать ему. Хочу ли я трахнуть его сегодня? Боже, да. Я хочу забрать его домой, и я думаю, он хочет этого, но утро принесёт то же дерьмо, так что это необходимо. Не только для меня, но и для Софии. Нам нужно обеспечить своё будущее — и уже пора кончать дурачиться.
Возвращаясь через «Комнату Вульфа» и выходя за дверь, мы забираем телефоны, бумажники и её сумочку.
— Сейчас после комендантского часа, — объявляет Даллас, глядя на меня. — Ты действительно настроен гнаться за мной?
— Нет. — Я улыбаюсь, убирая телефон в карман. — Я уверен, что твоя семья почти закончила перевозить свой алкоголь.
Я засовываю бумажник во внутренний карман пиджака, чувствуя, как они замолкают и смотрят на меня.
Сделав вдох, я проглатываю ком в горле и обращаюсь к ним обоим. — Мы распустили слух, что полиция будет занята заколачиванием домов на пляже на Сент-Анник, — замечаю я. — Нам нужно было, чтобы Йегеры покинули Бэй сегодня ночью.
В глазах Далласа появляется замешательство, но Арасели почти сразу понимает. Я мог бы распространить ложь о том, что полиция находится где угодно, кроме Сент-Кармен, чтобы заманить их в ловушку нарушения комендантского часа, но зачем мне нужно, чтобы правящая семья покинула Саноа Бэй?
В глазах Далласа поднимается гнев, он делает шаг, собираясь напасть на меня, но вместо этого бежит. Арасели следует за ним, они оба взбираются по ступеням, выбегают из «Комнаты Вульфа» и в ночь.
Через мгновение я слышу крики и визг шин, выезжающих с парковки, когда я поднимаюсь по лестнице.
Барнс стоит в темноте, разводя руками, моя машина исчезла.
Я собираюсь попросить его вызвать другую, но Джером выходит из «Комнаты Вульфа» позади меня.
— Дай мне свои ключи, — говорю я ему.
Без вопросов он протягивает мне связку, и мы втроём забираемся в его машину. Тепло наполняет мою грудь до самого Бэй. То чувство, когда адреналин бурлит, и ты почти счастлив, потому что, даже если происходит что-то ужасное, обратного пути нет. На этот раз линии проведены, и это заманчивое чувство, когда ты несчастен. Ты жаждешь чего угодно, лишь бы изменить статус-кво.
В конечном счёте я просто устал быть несчастным из-за действий других людей. Я бы хотел, чтобы это было по моей вине.
Грязь плещется под колёсами, дождь заливает лобовое стекло, но когда мы въезжаем в Бэй, проезжаем мимо тёмного дома Йегеров и приближаемся к кладбищу, я замечаю полицейские огни сквозь пелену.
Фигура в чёрном отталкивает двух офицеров, подбегая к большому склепу, рядом с которым стоит маленький экскаватор. Дверь, кажется, исчезла.
Джером смотрит на меня, но я не объясняю.
Мы выходим из машины, дождь заливает мои волосы и лицо, когда я прохожу мимо полиции, Арасели и нескольких жителей Бэй, которые пришли. Грейди толкает Далласа на землю, останавливая его.
Ему не нужно идти дальше. Я вижу пустую гробницу отсюда.
Даллас стоит на коленях перед ступенями, с открытым ртом, вероятно, пытаясь понять, как он мог быть таким глупым. Пока он был в Логове, а его семья перевозила свой чёрный товар на склад Трейса, происходило многое.
Он качает головой. — Нет...
Остановившись рядом с ним, я позволяю дождю остудить моё тело, моя рубашка уже настолько промокла, что прилипла к груди. — Это называется «право на выкуп земли». Деньги — это власть. Как только твои люди узнают, что у вас нет богатства, они устремятся к своим судьбам в другом месте, а без местного экономического роста правительство продаст мне твою землю, согласишься ты или нет, потому что я буду платить больше налогов, приносить доход от туризма и создавать рабочие места. — Я запрокидываю голову, позволяя дождю остудить лицо. — Ты получишь хорошую цену, правда.
Вскочив на ноги, он замахивается на меня. Я уклоняюсь, подсекаю его и толкаю на землю. Грейди прыгает вниз, чтобы сдержать его, а я приседаю, впиваясь взглядом в эти глаза. — Твой дом исчезнет, — говорю я. — Ресторан Мариетты — исчезнет. Бар, мотель, школа, дома, люди...
Я сжимаю зубы. Всё, блядь, исчезнет.
Хотел ли я этого когда-нибудь? Совсем нет. Я никогда не ненавидел Бэй и никогда не хотел владеть им, но мой отец получит его, если я не сделаю это первым. Я мог бы помочь им сохранить землю, но пошёл Даллас. Пошли они все. Я стану неприкасаемым, и это то, чего я хочу больше всего.
Я беру его за горло, поглаживая большим пальцем его челюсть.
— Это не твоё! — рычит он.
Я просто пожимаю плечами. — Можно утверждать, что наши предки тоже в этих могилах. — Я оглядываюсь. — В любом случае, это займёт годы.
Кладбище находится на государственной земле, они не получали разрешения на склеп, и многое из того, что было найдено, может иметь историческое значение. Это нужно оценить. Я мог бы даже утверждать, что они несут ответственность за предметы, которые уже продали, если смогу подкупить кого-то здесь, чтобы он выдал, что это было. Что, если это дало бы ключ к истории Сент-Кармен? Это вкупе с щедрой выплатой помогло полиции помочь мне сегодня.
— Ты стал небрежным, — говорю я ему. — Излишне самоуверенным. Это всегда было твоей проблемой.
— Чего ты хочешь? — отвечает он.
Чего он думает? Себя? Думает, он может договориться и что всё вертится вокруг него?
— Ничего, — отвечаю я. — Ты можешь дать мне ничего.
Я встаю, глядя на него сверху вниз.
— Кроме того, что я хочу забрать, — добавляю я.
Обратного пути нет.
Взглянув на Грейди, я киваю. — Комендантский час теперь можно отменить.
У меня и так есть всё, что у них было.