Полуночный комендантский час

26

Каллум

Арасели Диас занимает уникальное положение. Она не только управляет рестораном Мариетты — обязательной остановкой для любого туриста, посещающего наше побережье, с его знаменитыми лакомствами из лайма и домашними морепродуктами, выложенными прямо на столы, застеленные бумагой, — но также ведёт расписание Мейкона Йегера, координирует общественные мероприятия, знает всех, держит семью в курсе любых проблем в Бэй и следит за каждой горничной, поваром, официанткой и рабочим, ежедневно пересекающим границу Сент-Кармен. В некотором смысле она имеет доступ к каждому дому в радиусе десяти миль. Хотите знать, сколько карманных денег получает дочь Миллеров? Нужно узнать, о чём спорили Стивенсоны прошлой ночью? Арасели будет знать, а если нет, она знает, кто знает.

Когда что-то случается в Бэй, люди звонят ей. Она сообщит Крисджен или Мейкону.

Она также молода, красива и близка со всеми в этой семье. Она перешла из постели Айрона в постель Далласа ещё до того, как я уехал в колледж, и нет никаких сомнений, что они снова оказывались в постели вместе за эти годы.

Глаза Далласа смотрят на меня, пока они оба сидят напротив меня в машине. Свет уличных фонарей скользит по его лицу, пока мы едем.

Я мог бы жениться на ней.

В конце концов, мне не нужна женщина с деньгами, и она была бы безумна, если бы не рассматривала перспективу того, что её дети будут иметь лучшее детство, чем она.

Мне просто нужен кто-то, кто разделяет мои цели, и я не уверен, что Арасели так предана Бэй, как она предана власти и помощи в создании чего-то. Я могу дать ей это в десять раз больше.

— Ты сама выбрала этот наряд? — спрашиваю я её.

Она сидит рядом с Далласом, её длинные ноги скрещены в чёрной школьной юбке и мешковатой чёрной футболке с дырами. Высокие сапоги на каблуке с пряжками блестят на фоне её сияющей оливковой кожи.

Она не отвечает, но и не избегает моего взгляда. Её тёмно-карие глаза смотрят на меня, играя. Я знаю, что она говорит по-английски.

Наряд совсем не подходит для «Комнаты Вульфа», но в этом и суть. Я отправил Далласу инструкции по поводу представления. Она будет в этом недолго.

Я просто рад, что она согласилась.

— Ты прекрасно выглядишь, — говорю я ей, и это правда. Её цвет лица и макияж безупречны, волосы длинные и тёмные. — Хотя на каблуках тебе может быть трудно бегать.

Я пью свою водку, пока она смотрит на него, говоря что-то глазами. Могу представить: «Если всё пойдёт плохо, я тебя убью».

Я улыбаюсь про себя. Её характер тоже ни для кого не секрет. Она как мужская версия его.

— Если хочешь, чтобы это выглядело правдоподобно, — добавляю я, — ты должна смотреть на меня. Не на него.

Но она протягивает руку, её клатч лежит на коленях.

Верно.

Мы с Далласом также договорились по переписке, что она берёт за это плату. Небольшая цена за то, что я получу от сегодняшней ночи.

Я достаю телефон. — Ты не захочешь носить с собой сумку. — Нажимая на приложение, я смотрю на неё. — Venmo?

Она отвечает: — 561-555-9736.

Я ввожу её номер, нахожу её аккаунт и отправляю деньги. Убрав телефон, я допиваю напиток, когда мы въезжаем на подъездную дорогу Фокс-Хилл.

— Никто меня не трогает, — заявляет она нам обоим, останавливаясь на мне. — Если я захочу прикоснуться к тебе, я дам знать.

Мы подъезжаем к задней части полевого домика, я ставлю стакан в подстаканник. — Пока ты не прикасаешься ни к кому другому.

Должно выглядеть так, будто она здесь со мной.

И она разденется.

Водитель выходит и обходит машину сзади.

— Почему ты согласилась на это? — спрашиваю я её.

Наконец она улыбается. — Знай своего врага.

Возможно. Историй о «Комнате Вульфа» ходит много, и немногие посторонние получают доступ. Я понимаю, что соблазн может быть слишком велик.

Дверь открывается, и я начинаю выходить.

Но затем она спрашивает: — Почему я?

Я замолкаю и смотрю на неё, но просто усмехаюсь. Она узнает.

Я помогаю ей выйти из машины, Даллас следует за нами, и мы втроём проходим через комнату перед входом, оставляя телефоны, бумажники и её клатч.

Пропустив её вперёд, я встаю в середину, и мы по одному входим в тёмную, наполненную дымом комнату.

Медленные, сексуальные ритмы ударяют в уши, пары появляются сквозь дым, наблюдая за девушками на шестах. Миссис Оллхаус сидит на Sybian, за столом мужчины, которых она всё ещё отказывается трахать, наслаждаются шоу, которое она готова им дать. Эдвард Темпельхоф получает танец на коленях; его жена смотрит.

Я мог бы лучше переносить это место, если бы здесь было что-то для меня. Например, вид нашего нового футбольного тренера на коленях перед кем-то в костюме.

Арасели медленно осматривается, её великолепные ноги движутся одна за другой, пока она впитывает комнату, музыку и вид. Я смотрю на неё, всё ещё удивляясь, как я могу ценить красивое, здоровое и подтянутое тело красивой женщины и не иметь желания прикасаться к нему.

Честно говоря, моя жизнь не была бы проще, если бы женщины заводили меня. Я никогда не влюблюсь и не буду мучиться из-за упущенных деловых возможностей, которые я мог бы получить, если бы просто привёл свою жену сюда.

Мужчины поворачиваются, их взгляды скользят по её телу, её наряд бедной девушки слишком идеален для шоу, которое она устраивает. С широко раскрытыми глазами и неуверенными шагами она выглядит как милый маленький уличный оборванец, которого мы вытащили из государственной школы.

Джером подходит к нам, одетый в чёрный костюм и чёрную рубашку. Его глаза смотрят на меня, но, проходя мимо Арасели, он задерживает взгляд на ней. — Привет, — говорит он почти без дыхания.

Он находит дорогу ко мне, в его глазах вопросы.

Майло лучше не быть здесь, блядь.

Служительница открывает для нас штору, и я жестом приглашаю Арасели: — Пожалуйста.

Она заходит, и я следую за ней, по всей комнате играет «Lost in the Fire».

— Можно мне присоединиться? — спрашивает меня Джером.

Но Даллас отвечает: — Нет.

Я сдерживаю фырканье.

Мы переходим к диванам, Даллас садится напротив меня, и штора начинает закрываться. Я ловлю взгляд Джерома и перевожу взгляд на зеркала. Ухмыляясь, он уходит.

Идеально, что он здесь, и я хочу, чтобы он видел.

Взяв Арасели за руку, я веду её на возвышение, которое я велел принести вместо стола. — Сюда.

Она становится на круглый диск в центре комнаты, перед ней двустороннее зеркало.

— Видишь какую-нибудь одежду, которая тебе нравится? — спрашиваю я.

Она позволяет взгляду блуждать по вешалке в углу и столику рядом, где разложены платья, юбки, рубашки и нижнее бельё. Смотрительницы «Комнаты Вульфа» умеют удовлетворять странные просьбы.

Арасели кивает, опуская подбородок и поднимая глаза, как лань, входя в роль, за которую ей платят.

— Ты можешь оставить себе всё, что захочешь, — говорю я достаточно громко для тех, кто слушает. — Но ты должна примерить это для нас.

Покусывая нижнюю губу, она поднимает глаза к одежде. Я сажусь справа от неё, когда она спускается с возвышения и рассматривает варианты, мы с Далласом смотрим друг на друга. Сегодня без галстука. Без жилета. Просто белая рубашка, расстёгнутая на три пуговицы. Его ключица выглядывает, V-образный участок кожи виден на груди, и я чувствую его характерный запах. Понятия не имею, что это, но он напоминает мне библиотеку «Министерства». Старая бумага, стакан с бурбоном, ваниль и лёгкий оттенок табака. Я не спрошу его, как это называется, потому что когда я чувствую этот запах, я хочу верить, что это просто он и что он рядом.