Полуночный комендантский час

Она подпрыгивает от восторга. — Можно мне вести? — кричит она, бежит к Терезе Белтран и совершенно забывает обо мне.

Через мгновение она уже уносится на тележке, а я ослабляю галстук. Я предполагаю, что он хотел, чтобы я привёз её вместо того, чтобы посылать водителя, потому что ему есть что сказать.

— Спасибо, что привёз её, — говорит он мне.

— Выбора особо не было.

Он подталкивает мяч клюшкой. — Ну, ты получаешь бесплатный труд от неё.

Я не буду указывать, что никогда не просил помощника. Я рад, что она здесь, и не хочу, чтобы она слышала обратное.

Он кладёт мяч на подставку, прицеливаясь. — На самом деле нам нужно поговорить с тобой.

Я приближаюсь, его друзья осушают пиво и пялятся.

— Мы заменили сопровождающего мисс Оливер на её экскурсию в пещеры Марианны, — сообщает мне Каллум. — Ты не поедешь.

Сдерживая усмешку, я смотрю, как он бьёт.

— Отлично, — кричу я во время его замаха.

Его мяч летит высоко, но не далеко, маленькая белая сфера исчезает в траве.

— Может быть, я приеду туда на ужин в субботу вечером, — дразню я. — Мои выходные принадлежат мне.

— Не эти. — Он направляется обратно ко мне. — Ты будешь в тюрьме.

Раздаётся смех, Уотсон подходит к подставке.

— Ты замечаешь? — Я понижаю голос. — Когда я выигрываю, мне не нужна аудитория, чтобы похлопать меня по плечу?

Каллум кривит губы в хитрой улыбке, скрывая тот факт, что он недостаточно силён, чтобы быть один.

Убрав клюшку обратно в сумку, он берёт пиво и делает глоток. Я начинаю уходить.

— Если ты доберёшься до дома в пятницу вечером, — кричит он. — Я отменю комендантский час.

Пятница вечером.

Завтра вечером.

Развернувшись, я засовываю руки в карманы и жду.

— При одном условии, — говорит он.

— Я слушаю.

Он снова подходит ко мне, друзья по бокам.

— Ты играешь с нашими женщинами, — говорит он. — Приведи одну для меня.

Прошу прощения? Мой мозг переключается между знанием того, на что он способен после Лив, и подозрением, что он не серьёзен, учитывая его сводную сестру. Зачем ему девушка из Бэй?

— Кто-то, кто сможет быть терпеливым со мной, — шепчет он.

И до меня доходит. Кто-то, кто понимает, что он хочет выглядеть так, будто ему нравится.

— Та, с бёдрами. — Он смотрит на Уотсона. — Как её зовут?

— Диас, — говорит Джером, впиваясь в меня взглядом.

Арасели?

Почему она?

— А затем, если вы оба доберётесь до дома, — объявляет Каллум, — я отменю комендантский час.

Значит, мы повышаем ставки. Я даю ему шоу, которое он хочет устроить в «Комнате Вульфа», а он даёт нам шанс.

Его голубые глаза играют со мной. — Если у тебя хватит смелости привести её...

— Я не смогу её остановить, — говорю я ему.

Он понятия не имеет, что происходит, когда кто-то бросает вызов Арасели Диас.

Развернувшись, я ухожу и направляюсь домой, ухмыляясь почти всю дорогу.

Пока не вспоминаю, что она будет для него завтра вечером. Он не захочет её. Ему это не понравится.

Но ей может.

Она будет целовать его, и это будет взгляд на то, что ждёт его впереди. Даже жена, которая ему не нравится, будет иметь с ним уровень интимности, которого не будет у той, кого он действительно любит.

И Арасели заставит меня заплатить за это. Это будут не деньги, но я гарантирую, что мне придётся отдать что-то, что я не хочу отдавать. Она любит злить нас с Айроном.

Мы не были лучшими парнями.

Войдя в ресторан Мариетты, я прохожу через кухню и останавливаюсь у её кабинета, где она управляет всем, что связано с рестораном, и ещё дюжиной других вещей, которые мой брат ей доверяет.

Я опираюсь на дверной косяк. — Значит, ты знаешь, что я сделаю для тебя всё, да?

Она вскидывает глаза, хмурясь.