Страница 49 из 219
Она сжала кулаки; ярость и скорбь вскипели в ней, когда она поднялась на ноги. Кто бы ни сделал это, он заплатит. Они заплатят своими жизнями. Жизнями своих любимых и каждого, кто им дорог.
Эсмира двинулась через корабль, стараясь перешагивать через тела, устилавшие пол. Она пронеслась по палубе и обнаружила, что кабинет отца тоже пуст. Заметив его камзол, висящий у двери, она взяла его и обернула вокруг своего нагого тела, прежде чем покинуть темную комнату.
Ее взгляд скользнул к лестнице, ведущей в трюм. Когти Эсмиры удлинились, когда она выхватила пистолет из-за пояса павшего матроса. Бесшумно направившись к люку, она начала спускаться; каждый скрип дерева под ее ногами отдавался эхом в тишине.
В тусклом свете камбуза она заметила следы борьбы: перевернутые столы, разбитые ящики и еще больше крови, впитывающейся в деревянные доски пола.
Кто, черт возьми, мог это сделать?
Когда она обнаружила, что и эта часть корабля пуста, у нее не осталось зацепок о том, куда могла деться остальная часть команды.
Их выбросили за борт? Когда она прибыла, в море не было плавающих тел. Проклятие отца не давало ему умереть, но что, если его забрали? Грозный капитан Блэквуд остался без защиты своего величайшего оружия и теперь мог быть в руках врага.
А когда врагом был весь Римелль, чьих жителей они дразнили веками, оставалось только гадать, чьих это рук дело. Награда за голову ее отца или его поимку была одной из самых крупных во всем королевстве.
Но они сожжены
, — подумала она. Нет — нет, она не могла так думать. Смертные Лефирина никогда не были бы достаточно храбры, чтобы напасть на «Призрака ночи».
Взбежав по лестнице, она едва не ахнула при виде Джека — он стоял над окровавленными телами, единственный выживший мужчина.
Ее глаза впились в него, взгляд изменился, а мысли закружились вихрем. Что, если это вовсе не было нападением? Что, если это мятеж?
Эсмира едва узнавала выражение его лица. Она бросилась к нему, кривя губы в оскале, вскинула пистолет и выстрелила трижды.
БАХ. БАХ. БАХ.
Звук эхом разнесся над водой, наполняя полночный воздух, но Джек едва успел уклониться от пуль. Когда пистолет опустел, она небрежно отшвырнула его в сторону, продолжая наступать на него.
Джек встретился с ней взглядом:
— Эсми, подожди!
— Нет, — взревела она, ослепленная пеленой ярости.
Ее когтистая рука сомкнулась на его горле, когда она прижала его спиной к грот-мачте. Золотистые глаза Джека вылезли из орбит, пока он отчаянно пытался вдохнуть воздух.
— Если ты попробуешь сменить облик, чтобы вырваться, я отрежу крылья от твоего гребаного тела, — прорычала она.
— Пожалуйста, выслушай меня! — слова, вылетавшие из него, едва можно было разобрать, его легкие требовали воздуха в ее хватке. — Эсмира! — прохрипел он.
Ее хватка усилилась, рука слегка задрожала, прежде чем она отпустила его, оттолкнув от себя. Джек всхлипнул, пошатнувшись в сторону и едва не потеряв равновесие.
— Какого во имя всех богов ты это сделала?! — на его лице отразился истинный ужас.
Она подошла к нему; два кинжала, сотворенных из воды, зависли по обе стороны от ее головы, их лезвия были направлены прямо в глаза Джека. Ее взгляд начал светиться, озаряя его тело, пока он дрожал от страха.
Сирена под кожей Эсмиры больше не видела в стоящем перед ней мужчине друга — только угрозу. Ее капитан и половина команды исчезли, в то время как вторая половина лежала убитой у ее ног. Кто-то был за это в ответе, и, по иронии судьбы, в живых остался лишь один человек, способный об этом рассказать.
— У тебя есть тридцать секунд, чтобы выложить всё, что знаешь, прежде чем я выколю тебе глаза, Джеки, — она наслаждалась тем, как дрожь пробежала по его телу от звука ее голоса, зная, насколько серьезна эта угроза.
— Опусти клинки, — взмолился он, но она лишь вскинула бровь. — Эсмира! Я твой друг.
— У меня нет друзей, — просто заявила она, и его тело вздрогнуло от этих слов.
Он выдохнул, выпрямляя спину.
— Ты знаешь, что это неправда. Не становись тем монстром, в которого он тебя почти превратил.
— Пятнадцать секунд, Джек, — голос Эсмиры звучал со смертоносным спокойствием.
— Ладно, ладно! — он снова тяжело задышал, подняв руки в жесте капитуляции. — Когда ты ушла, он отправил половину команды на твои поиски.
— Зачем? — потребовала она.
— А ты сама как думаешь?! Ты сбежала, Эсмира! Даже я понятия не имел, куда ты направилась.
Она шумно выдохнула через нос и опустила водяные кинжалы.
— Начни с самого начала. Что произошло после моего ухода?
Его поза немного расслабилась, но она видела, что он все еще начеку, ожидая удара.
— Мы ждали два дня, и, когда ты не вернулась, он разослал половину людей во все стороны. Мы встали на якорь здесь, чтобы они знали, куда возвращаться. Он не хотел ждать, пока мы зайдем в какой-нибудь порт или встанем в бухте. Капитан хотел, чтобы мы начали охоту немедленно.
— И ты был здесь, когда это случилось? — она указала на безжизненные тела.
Джек быстро замотал головой.
— Нет. Я прибыл сюда несколько часов назад и сразу улетел, чтобы попытаться найти след.
Ее горло перехватило, и она уставилась на него не мигая.
— И ты нашел? Нашел след?
— Да, — выдохнул он, нерешительно указывая на грот-мачту корабля.
Ее взгляд проследил за его жестом, и губы приоткрылись при виде слов, слегка выжженных на парусине.
«Пираты Римелля, будьте предупреждены».
— Корабли Лефирина теперь плывут обратно в свое королевство, — закончил он.
Водяные клинки с негромким всплеском упали на палубу. Губы Эсмиры разомкнулись, а взгляд стал отсутствующим.
— И кто был на борту этих лефиринских кораблей, Джек?
Взгляд Джека потемнел.
— Думаю, ты и сама уже знаешь.
Теперь ожоги на телах ее команды обрели смысл, в то время как всё остальное казалось не тронутым огнем. Феникс намеренно оставил «Призрака ночи» целым — как предупреждение для всех пиратов королевства.
Это была ее вина. Все это была
ее
вина. Она не только оставила отца и команду без защиты, но и была единственной причиной, по которой Феникс выжил после крушения своего корабля. Она спасла его за его доброту, но он лишь отплатил ей тем же, использовав это против нее.
Ее взгляд встретился со взглядом Джека.
— Он у них? Феникс держит моего отца в плену?