Страница 173 из 219
— От меня скрывали абсолютно всё. Вся моя жизнь, всё то, кем я являюсь, — сплошная ложь. Я… я даже не знаю, кто я на самом деле.
Что
я такое… и кем я могла бы стать.
Дрэвин перехватил её руку и крепко переплел их пальцы:
— Ты — Эсмира. И только тебе решать, кем быть — Блэквуд или Эресс. Но ты остаешься собой. Ничто этого не изменит. Ты яростная, преданная и самая упрямая девчонка из всех, кого я встречал, — добавил он с коротким смешком и подмигнул. — Не позволяй этой чертовщине заставить тебя сомневаться в себе.
Она с трудом сглотнула, и внезапно вся её ярость без остатка растаяла под его обжигающим взглядом.
— Дрэ…
Её мысли бесцеремонно оборвались: со стороны тропы послышались приближающиеся шаги и нетрезвые голоса. Они оба одновременно повернули головы на звук — по дорожке, покачиваясь, брели двое пьяных стражников.
— Дерьмо, — процедила она сквозь зубы.
Дрэвин тихо рассмеялся:
— Нам здесь быть не положено?
На её губах расплылась лукавая ухмылка:
— Не уверена, но проверять и уж тем более разгребать это с ними я точно не хочу, — она крепче сжала его ладонь. — За мной.
Он удивленно выгнул бровь:
— Куда это?
— В воду.
Его глаза опасно блеснули:
— Ты серьезно?
— Абсолютно, — прошептала она и бесшумно скользнула в лагуну. Прохладная вода приняла её с едва заметной, мягкой рябью. Роскошное платье сначала расправилось на поверхности, а затем медленно утянуло её вслед за собой на глубину.
Прижав указательный палец к губам, она знаком велела ему следовать за ней. Оскал Дрэвина в этот миг был поистине чертовским; он без лишних раздумий подался вперед, входя в воду с едва слышным всплеском.
Они бесшумно плыли по лагуне, огибая гладкие валуны и свисающие с прибрежных деревьев тяжелые лианы, пока Эсмира не указала на густые заросли кувшинок и высокого рогоза. Они укрылись прямо за плотной стеной сочных зеленых стеблей, полностью отрезав себя от чужих глаз.
Мягкий свет водяных огоньков, парящих под фальшивым небосводом, пробивался сквозь листья лилий, отбрасывая причудливые тени на воду и их лица. Они едва дышали. Эсмира отчаянно пыталась подавить рвущийся наружу смех: каждое малейшее движение рождало легкие, предательские волны. Пытаясь поудобнее перехватить стебель, она случайно провела ладонью по его руке, и по её телу пробежала сладостная дрожь, которая не имела ровным счетом никакого отношения к приближающейся страже.
Эсмира подняла голову и встретилась с ним взглядом. Дрэвин смотрел на нее с явным сумасбродным азартом, уголок его губ дернулся вверх, и она вдруг остро осознала, что это совместное укрытие заставляло всё вокруг казаться до безумия интимным.
Приставив палец к губам, Дрэвин погрузился еще глубже, оставляя над водой лишь голову; она в точности повторила его движение.
Эсмира пока не стала менять обличье, находя куда более забавным подыграть ему в человеческой форме — ведь он сам был вынужден оставаться в ней. Но затем она шутки ради демонстративно выпустила жабры по бокам шеи, за что тут же удостоилась выразительного закатывания глаз.
— Обманщица, — одними губами, едва слышно прошептал он.
Она с огромным трудом подавила рвущийся наружу хохот.
Над их головами, прямо по тропе, раздавались пьяные смешки и обрывки разговоров, сопровождаемые шарканьем сапог по берегу.
— Думаешь, они еще здесь? — заплетающимся языком выдавил один.
— Да они к этому моменту уже где угодно могут быть, — хохотнул второй голос в ответ.
Дрэвин неторопливо и плавно ушел под воду с головой, и она тут же последовала за ним. Эсмира поймала себя на том, что по привычке задержала дыхание — даже несмотря на открывшиеся жабры, — потому что под водой его горящий взор оставался намертво прикован к ней.
Они замерли в абсолютной тишине. Эсмира изо всех сил прислушивалась к происходящему наверху, пока их тела были тесно прижаты друг к другу, а стражники продолжали топтаться у самого края лагуны. Наконец тяжелые шаги начали удаляться, и голоса окончательно затихли где-то в глубине тропы.
Эсмира вынырнула первой, откидывая назад волосы и тихо рассмеялась, прошептав:
— Боги, интересно, зачем они вообще нас искали?
При этой мысли её захлестнула волна ярости. Мысль о том, что Сирена приказала следить за ними.
Но тут Дрэвин вынырнул рядом с ней, стряхивая воду с лица.
— Ты всегда доставляешь столько хлопот? — спросил он, ухмыляясь и проводя рукой по промокшим волосам.
— Может быть, — она ухмыльнулась в ответ. — Но ты, кажется, не возражаешь.
Он тихо усмехнулся, этот звук растворился в ночном воздухе, когда он пододвинулся чуть ближе. И на мгновение показалось, что во всем мире остались только они двое.
Прохладная вода омывала её кожу, пока она дрейфовала рядом с ним, но жар, нарастающий между ними, казалось, заглушал холод лагуны. Его взгляд смягчился, когда он смотрел на неё; игривая улыбка исчезла, пока он всматривался в её лицо.
Каждый взгляд казался тяжелее, ближе — слишком близко, подумала она. Пульс участился, разум судорожно пытался напомнить ей, почему она не должна позволить этому зайти дальше.
Но когда Дрэвин подался вперёд, её мысли смягчились, растворяясь, словно круги на воде вокруг них.
— Ты не похож ни на одного мужчину, которого я когда-либо встречала, Дрэвин Роу, — прошептала она.
Он склонил голову:
— И что ты имеешь в виду?
У неё перехватило дыхание, когда он поднял руку, и его пальцы убрали влажную прядь волос с её лица.
— Не думаю, что многие мужчины добровольно следовали бы планам своего врага, а потом защищали бы этого врага после того, как она похитила его и пыталась убить, — она сделала паузу. — Много раз, должна добавить.
Дрэвин пожал плечом, как будто это ничего не значило.
— Тогда это казалось хорошей идеей, — пробормотал он, его прикосновение задержалось, костяшки пальцев касались её щеки.
Каждый нерв в теле Эсмиры отозвался, и она задалась вопросом, чувствует ли он, как колотится её сердце, когда он наклонился ещё ближе. Разум предостерегал её отступить, напомнить себе обо всем, что стоит на кону, — но от ощущения его руки, скользящей к затылку, все здравые мысли растаяли.
— На самом деле, кажется хорошей и сейчас, — добавил он тихо, и его взгляд упал на её губы.
Она затаила дыхание, сердце бешено колотилось, когда она подалась навстречу ему.