Страница 48 из 95
Глава 11 高嶺の花 Цветок на вершине высокой горы
Мы подошли к минка, в котором должен был пройти очередной кайдан, заранее, поэтому внутри находился всего один человек. Он казался крайне нервным, но с нашим появлением немного успокоился.
Хасэгава, прислонившись плечом к стене, скрестил руки на груди. Несмотря на обстоятельства, на его худом лице играла веселая улыбка, а в глазах не было ни капли страха. Я не улыбалась, но и во мне страха не было – лишь тревога. Во рту появился легкий привкус крови, и я поняла, что слишком сильно прикусила губу. Я не знала, возможно ли привыкнуть к борьбе за жизнь, но, судя по всему, со временем острота чувств вполне могла притупиться.
Вчера мы с Хасэгавой почти весь день бродили по улицам и переулкам в поисках моих друзей. Я так хотела найти их, и Хасэгава предложил помочь мне, за что я была ему очень благодарна. Одна мысль о том, чтобы вновь оказаться на улицах этого жуткого города одной, вызывала у меня страх. Особенно после стычки с Ватару.
И все же Йоко, Араи, Эмири или Ивасаки мы не встретили. Никого из них.
В течение короткого времени в прихожую традиционного дома вошли еще пять человек, и каждый раз, когда отодвигались сёдзи, я вскидывала голову в ожидании, что увижу знакомое лицо. Но не видела. Даже Тора и участники его команды не появились. Я не знала, кто из них всех еще жив, а кто, может быть, уже погиб. И переживала за друзей. До боли в груди. Куда сильнее, чем могла бы предположить.
А что касалось Торы или Атамы.. Не думаю, что я желала им смерти, ведь они не были виновны в том, что случилось с Кадзуо. Но я не огорчилась бы, узнай, что эти двое погибли. От воспоминаний о высокомерной усмешке Торы и холодном, снисходительном взгляде Атамы у меня закипала кровь. Но стоило вспомнить, как я ударила Тору по лицу, и настроение поднималось.
Я, конечно, понимала, что нажила себе неприятелей. Если союзники Торы изначально не питали к нам дружеских чувств, в большей степени из-за Кадзуо, то теперь и я могла быть в опасности: кто-то из них вполне мог попытаться если и не убить, то навредить мне или моим друзьям. Хотя бы из вредности.
— Все ждешь своих друзей? – спросил Хасэгава, когда я в очередной раз разочарованно поджала губы, увидев незнакомое лицо.
— Вероятность встретиться с ними была высокой, – ответила я.
— Но вероятность не встретиться все же выше, – на удивление прямолинейно заметил Хасэгава.
Он выпрямился и прислонился спиной к стене. Его расстегнутый длинный плащ распахнулся, открывая черные рубашку и джинсы.
— Я надеюсь, что они выживут, – негромко сказала я. Мне уже пришлось пережить в этом месте целых две потери.. И я не хотела терять кого-то еще, даже если новая боль будет слабее старой.
— Чем больше людей в команде, тем ниже вероятность, что выживут все, – спокойное выражение лица Хасэгавы странно контрастировало с его словами. Он, вздохнув, покачал головой. – Здесь я тоже видел смерти, но у меня не было союзников, так что я никого не терял. – Хасэгава перевел взгляд с двери на меня и подмигнул: – Но теперь, когда союзница появилась, я не планирую ее терять.
Я удивилась словам Хасэгавы – даже несмотря на то, что он спас меня, несмотря на то, что продолжал помогать. Но все же порадовалась.
— И я не планирую терять еще одного союзника. Так что надеюсь, что вы не погибнете.. Или хотя бы сделаете это до того, как мы станем друзьями.
Хасэгава тихо рассмеялся:
— Даже не знаю, какой вывод мне сделать, исходя из твоих слов.. Что мы не друзья, и пока тебе не будет жаль, если я умру, или же что мы вскоре можем стать друзьями?
Я и сама не знала, но прежде, чем успела ответить, Хасэгава перевел ставший более внимательным взгляд куда-то вперед и оттолкнулся от стены.
К нам приблизились двое, и оба смотрели на меня. А один даже помахал рукой, чтобы привлечь мое внимание.
Видимо, это и насторожило Хасэгаву.
— Добрый вечер! – приветливо произнес один из них, и я почти сразу узнала геймера, которого мы с Минори встретили в первый день в этом странном месте. Кажется, его звали Ямамото.
Рядом с ним стояла женщина, что была в тот день рядом с ним в кафе, – Окада. Мой взгляд упал на кубик Рубика, который она крутила в руках. Наверное, все тот же.
— Здравствуйте. – Я улыбнулась, но скорее из вежливости. Эти люди очень помогли нам с Минори, но они же напомнили мне о погибшей подруге, и эти воспоминания болезненной тяжестью осели в груди.
— Давно не виделись! Смотрю, с тобой все в порядке! – воскликнул Ямамото.
— И вы тоже в порядке, – отозвалась я.
— Ты их знаешь? – уточнил Хасэгава, и я кивнула.
— Здравствуйте. Меня зовут Ямамото, а это Окада-сан. Мы знакомы, помогли ей, – он кивнул на меня, – и ее подруге в их первый день..
Внимательные глаза Окады изучали Хасэгаву.
— Кстати, а где Накано-сан? – Она вновь перевела взгляд на меня.
Я чуть не вздрогнула, услышав из чужих уст фамилию Минори. Она тогда представилась, а мое имя эти люди так и не узнали.
— Она.. погибла, – ответила я сухо, и Ямамото заметно смутился.
Спокойное выражение лица Окады не изменилось, но в ее голосе послышалось искреннее сожаление:
— Мне жаль.
Краем глаза я заметила, как Хасэгава кинул на меня быстрый взгляд, но продолжила смотреть перед собой, где-то между Окадой и Ямамото: мне не хотелось видеть в чужих глазах жалость или печаль. Вне зависимости от того, были они искренними или же продиктованными вежливостью.
— Удачи в сегодняшней истории, – неуверенно кивнул Ямамото, и они с Окадой отошли в противоположную половину прихожей, напоследок кивнув Хасэгаве.
Тот улыбался им, но не так, как обычно. Глянув на меня, он задал вопрос, который я уже от него ждала.
— Накано-сан.. – протянул Хасэгава. – Это та девушка, которая выбрала другую команду перед кэйдоро?
Я вздрогнула, услышав несколько иной вопрос. Точно, ведь в том кайдане Хасэгава тоже участвовал.
— Да, – ответила я, сумев сохранить голос ровным. Воспоминания о Минори все еще были болезненными, но если не углубляться в них, то ранили уже не так сильно. Наверное, это означало, что я почти смирилась, пережила как смерть Минори, так и ее.. предательство.
— Вы были знакомы еще в нормальном мире? В ином случае поступок той девушки вряд ли расстроил бы тебя так сильно, – заметил Хасэгава.
— Мы знали друг друга с детства, – я вздохнула. – Наши родители дружили, так началась и наша дружба. Совместные праздники, выходные, поездки.. Конечно, мы стали близки, даже если характеры у нас были разные.
— С детства.. – медленно повторил Хасэгава и покачал головой.