Страница 44 из 69
Двадцать один
Эта встреча Тупиков была не у Рунного камня. Они собрались в спальне Ноэ. В её дворце парасомнии, отправной точке её хождений во сне и штаб-квартире её кошмаров. Так странно, что все они были здесь: Рейдия, копавшаяся в своём телефоне на кровати Ноэ; Кристал, разглядывавшая постеры с собаками на стенах; Рути, игравшая с плюшевым Комодским драконом, по-видимому, оставленным Лен. Но и приятно. Ноэ только что закончила рассказывать девочкам о разговоре с Ферн и своём сеансе медитации.
— Значит, опять от неё никакой помощи, – сказала Рейдия. Было неловко видеть Рейдию после их последней стычки, хотя она, похоже, немного остыла. Должно быть, успела с тех пор поговорить с Кристал. Или, может, дело было в угрозе, исходившей от Сплюснутого человека. Их всех повязал ужас.
— Да, она невозможна. Хотя чуть-чуть она всё же помогла, – сказала Ноэ. – Даже если не собиралась.
— Что ты имеешь в виду? – спросила Кристал так тихо, что её было еле слышно. Это был первый раз, когда она произнесла что-то с момента прибытия. Она пялилась на сбивающий с толку плакат венгерской овчарки, похожей на живую швабру. Кристал была непривычно молчалива, переступив порог дома Ноэ, и до сих пор проявляла интерес только к плакатам.
— Она рассказала нам об Амберонках. И у неё есть это. – Ноэ взяла в руки пузырёк с тёмной краской.
— Опять двадцать пять, – сказала Рейдия.
— Я знаю, знаю. Но теперь это не для нападения. Это для защиты. Ферн сказала, что Амберонки не позволяют Сплюснутому человеку вырваться из квартала. А значит, они могут помешать Сплюснутому человеку.. проникнуть в определённые его части. – Рейдия оторвалась от телефона, Рути положила игрушечную рептилию, а Кристал перестала пялиться на плакаты с собаками. Теперь всё их внимание было приковано к Ноэ. – Если мы возьмём тёмную краску и нарисуем на наших домах Амберонки, он не сможет проникнуть внутрь.
— Это если он уже не внутри одного из наших домов, – заметила Рейдия.
— Ферн сказала, что он пытается покинуть квартал. Значит, он где-то снаружи, пробует обойти Амберонки, – сказала Ноэ. – Но если он внутри, нам просто придётся выманить его наружу. И тогда он не сможет попасть обратно.
— Ты правда думаешь, что это сработает? – спросила Рути.
— Думаю, да. Нам придётся нарисовать их на всех четырёх стенах домов, чтобы получилась мини-граница вокруг них, – сказала Ноэ.
— А как же крыша? – спросила Рейдия уже совсем другим тоном. – Разве нам не нужно нарисовать Амберонк на крыше, чтобы он не влез оттуда?
Это казалось довольно странным замечанием, пока Ноэ не вспомнила, что девочка живёт на чердаке.
— Он не может перебраться за Амберонки, нарисованные по нашему кварталу, значит, не должен пробраться и через Амберонки, нарисованные вокруг дома.
— А раз взрослые не видят тёмной краски, это будет несложно проделать, – заметила Рейдия. – Хотя нам понадобится гораздо больше краски, чем здесь. Она кивнула на маленький пузырёк в руке Ноэ.
Не так-то просто перерыть дом, который уже выглядит так, будто его перерыли вверх дном. Копаться в продуктах не первой свежести, одежде, книгах и грязной посуде, скопившихся в белом доме, было отвратительно, но ещё труднее было отслеживать, где они уже искали. Наибольший беспорядок был на первом этаже дома. Наверху были пустые комнаты и спальня, где, должно быть, спала Ферн. Там наверху почти ничего и не было.
— Что у нас есть? – спросила Ноэ, когда все собрались в гостиной.
— Пять флаконов, – сказала Кристал, двигая их по латунному чайному подносу. – Два только наполовину полные. – Она уставилась на флаконы, как будто избегая смотреть в глаза девочкам.
— Насколько большие сигилы нам нужно нарисовать? – спросила Рути. – Можно сделать их маленькими?
— Самый маленький, что мы видели, – на вывеске. Я думаю, что Амберонки должны быть как минимум такого же размера, – сказала Ноэ. – Но на всякий случай нам лучше сделать их побольше.
Рейдия стояла у боковой двери гостиной. Она неуверенно дотронулась до ручки, затем приоткрыла дверь на несколько дюймов и заглянула внутрь.
— Кто-нибудь смотрел в подвале?
Подвал белого дома выглядел так, словно он вовсе ему не принадлежал. Он был чистым. Он вообще выглядел так, словно не принадлежал никакому дому. Это была лаборатория. Пол был выложен кафелем, а вдоль одной из стен выстроились безупречно белые столы. На них стояли микроскопы и другие научные приборы. Стеклянные мензурки и пробирки были аккуратно расставлены в шкафах. Три белые маркерные доски на колёсиках сгрудились в одном углу, сплошь покрытые цифрами и сигилами. Фотоаппараты стояли на высоких штативах бок о бок с софитами. Ноэ отказалась от своего представления о Соседях, медитирующих, сидя по-турецки на полу.
Единственной частью подвала, выглядевшей именно подвальной, была одна из стен. В отличие от других стен, покрытых безупречно белой штукатуркой, здесь был грязный голый бетон. Перед стеной ничего не стояло, и все камеры и свет в помещении были направлены на неё.
По поверхности стены, покрывая почти каждый квадратный дюйм, разбегался лабиринт трещин.
— Так вот чем занималась Ферн, – сказала Рейдия.
— Посмотрите сюда. – Кристал протянула большущую чёрную тетрадь, которую она взяла с одного из столов. Девочки собрались вокруг неё, и она открыла талмуд. Это была тетрадь с сигилами, о которой Эрика писала в своём дневнике.
— Толку от этого немного, – сказала Рейдия. Ноэ была вынуждена с ней согласиться. В книге было несколько десятков символов, и примерно половина была подписана такими же невразумительными названиями, как Нонатук и Амберонк. Эти два сигила были единственными, для которых приводилось объяснение их предназначения.
Пока Кристал перелистывала страницы, Ноэ заметила промелькнувший где-то Элберекс. Ей сделалось не по себе, и она отошла и принялась рыться в шкафах. Пошарив тут и там, она нашла то, что искала, в шкафчике под столом. Там были большущие снабжённые крышками белые вёдра с надписью «ТЁМНАЯ КРАСКА», судя по их весу, заполненные чёрной звёздчатой жидкостью.
— Нам понадобятся большие кисти. И что-то, в чём можно таскать это по улице, – сказала она.
Тупики ещё порыскали по лаборатории, но больше ничего интересного там не обнаружилось. Несколько чистых тетрадей. Массивный ноутбук, который выглядел как самая первая изобретённая модель. Он был мёртв, и к нему не было шнура питания. И ни в одной из камер не оказалось карты памяти.