Страница 41 из 117
Lady Gaga
Bad Romance
Леди Гага и ее Bad Romance вызывали у Линды мурашки. Линда очень любила музыку, поющие фонтаны и танцевать. Но Линда очень спешила. Марк бесился, если она опаздывала. Обогнув собравшуюся у фонтана толпу туристов, Линда перешла дорогу: пробка на бульваре Лас-Вегас стояла намертво. На другой стороне музыку уже было не слышно, и Линду снова начало потряхивать от волнения. Марк договорился обо всем, оставалось лишь прибыть на место, но перед очередной игрой неизбежно просыпалось беспокойство.
– Что, если сегодня не получится? – талант накручивать себя не так уж и редок среди людей. – Вдруг что-то пойдет не так? Что я буду делать, если я ничего не вспомню? – боязнь будущего тоже пользуется большой популярностью.
Линда остановилась на перекрестке и посмотрела на часы. Вовремя. Минута в минуту. Она только успела похвалить себя за пунктуальность, когда перед ней остановился лимузин. Девушка открыла дверь и села в машину.
– Ты не опоздала, хорошее начало! – Марк сидел напротив и держал в руках фужер с шампанским и бокал с виски. Шампанское он протянул Линде, – Держи, тебе надо расслабиться.
– Спасибо, – Линда проглотила шампанское залпом. Легкое покалывание на языке скатилось по глотке в желудок и там пропало.
– Тебе не о чем волноваться, – Марк забрал пустой бокал и отпил из своего, – Это обычная игра, никаких левых персонажей, только проверенные игроки. Они знают, кто ты и это их раззадоривает. Так что не бойся играть в полную силу.
Линда коротко кивнула, глядя за окно. Сквозь тонированное стекло были видны только огни вечернего Города Грехов.
– Я постараюсь, – выдохнула Линда себе под нос.
Марк сел рядом и обнял Линду за хрупкие плечи. Он прижался лицом к ее щеке, окунув девушку в душную смесь ароматов Джека Дэниэлса и Кристиана Диора.
– Конечно, ты постараешься, моя бабочка. А потом я отвезу тебя домой, приготовлю твой любимый коктейль, и мы как следует отдохнем, – его рука скользнула по колену Линды, переместилась на бедро.
Девушка резко отстранилась.
– Если ты еще раз ко мне прикоснешься, я не буду играть, – Линда знала, что деньги Марку куда нужнее, чем секс. А ей он был нужен только потому, что мог собрать достойных игроков вне казино. Все игорные дома Лас-Вегаса внесли ее в черный список. Последний – полгода назад. Единственной возможностью продолжать играть и зарабатывать стали подпольные клубы, да и в них к Линде относились с подозрением. Теперь, чтобы не потерять и этот источник заработка, ей приходилось делать то, что стоило бы делать с самого начала: играть осторожнее и проигрывать. Хотя бы иногда.
Когда Линда обнаружила свой дар к игре в покер, она работала танцовщицей в стриптиз-клубе. Название клуба не очень ему подходило: он назывался «Библиотека». Ходили в него вовсе не студенты и профессора, а работяги и туристы со всей страны, которые не могли позволить себе пойти в «Мятного Бегемота» или в «Милашек». Линда хорошо танцевала, но плохо зарабатывала, потому что для того, чтобы зарабатывать хорошо, надо было навязывать гостям приватные танцы. Выгоднее всего было найти простака, который от возбуждения потеряет голову и согласится выложить триста, а то и пятьсот долларов за пятнадцатиминутный танец в VIP-комнате. Для этого нужно было обладать чертами характера, которые у Линды и так были развиты слабо, а после эпизода с психозом, о котором она предпочитала не вспоминать, и вовсе пропали – Линда стала более замкнутой и казалось постоянно напряженной. Кстати, психозом тот случай назвал Марк – владелец клуба. Врач в клинике назвал эпизод эпилептическим припадком. Эпилепсия и стриптиз сочетаются плохо. Так что работу в клубе «Библиотека» Линда бросила. Далось ей это нелегко по нескольким причинам.
Во-первых, Линда обожала танцевать. Выходя на сцену, она чувствовала себя ангелом, богиней! Ее тело было создано для плавных, красивых и ловких движений, а ее нервная система – для кристально чистого восприятия музыки. Чувство ритма было у нее в крови, и звуки, которые она слышала, превращались в танцевальные движения сами собой. Во-вторых, работа стриптизершей приносила не слишком хороший, но заработок. Но даже такие деньги позволяли ей снимать небольшую студию на окраине, нормально питаться и ухаживать за собой. И в-третьих, Линда больше ничего не умела.
Возвращаться домой в Техас смысла не было. Родители разорвали с ней все контакты, когда узнали, чем их дочь зарабатывает на жизнь, а потом один за другим умерли. Отец от рака, мать – от горя. Брат жил на Гавайях со своей гавайской женой, тремя детьми, собакой, успешной карьерой, двумя автомобилями и твердой уверенностью в том, что в смерти родителей виновата его старшая сестра-стриптизерша, разбившая им сердца и отнявшая волю к жизни. Так что, когда Марк рассчитал Линду и предложил ей в качестве небольшого бонуса сходить с ним в казино, она не стала отказываться. И там за столом для покера, в который она до этого играла всего пару раз в жизни, Линда открыла свой дар. Заключался он в том, что она точно знала, какие карты на руках у ее соперников.
– Приехали, – Марк залпом допил свой Джек Дэниэлс.
Лимузин остановился у двухэтажного здания, на первом этаже которого раньше располагался барбершоп. У закрытого входа курил вейп тощий подросток в оверсайз худи.
– Вам постричься или побриться?
– Моя подруга хочет каре.
Парень кивнул Марку, скользнул глазами в щедрый вырез платья Линды и подавился дымом. Бедняга начал кашлять, выплевывая обрывки фруктовых облаков, но наконец поднял рольставни. Внутри было темно, в зеркалах висели густые тени, ряд толстых парикмахерских кресел выглядел, как группа заблудившихся в лесу пенсионеров. Из-под двери в конце помещения просачивался свет. Марк взял Линду за руку, но она тут же отдернула ее.
– Тут темно, споткнешься еще на каблуках, – попытался оправдаться он.
– Не трогай меня, – процедила девушка, хотя, по правде говоря, Марк был прав, споткнуться и упасть было легко: на полу валялись какие-то коробки, швабра и старое ведро. Место было давно заброшено. За дальней дверью пряталась лестница в подвал, Марк пошел первым, Линда аккуратно спускалась за ним, держась рукой за кирпичную кладку. Снизу доносились голоса, музыка и… сердитый лай маленькой собаки.
– Даже Голдман здесь? – усмехнулась Линда. – А ты расстарался.
– Он первым записался на игру, когда узнал, что ты участвуешь, – ответил Марк, остановившись на нижней ступеньке. – Готова?
– Не знаю, – ответила Линда, – Я это не контролирую.