Страница 144 из 202
Все думали, что пройдет немного времени, и ей станет легче, но сегодня, услыхав матушку-наставницу, он понял, что из-за того разговора она изменила все свои планы на жизнь. Какой мужчина не будет тронут столь глубокой любовью? Хоу Лянпин, глядя на старые фотографии, видел Сюсю тех лет, тех лет Вэйцзи, Хайцзы и себя – этого Хоуцзы, и глаза его мало-помалу стали влажными.
Нельзя было не признать, что матушка-наставница, да и учитель, были искренни в своих чувствах. Однако Хоу Лянпин подумал: почему в такой момент в данном контексте учитель и матушка-наставница вспомнили именно этот, очень эмоциональный эпизод? Стремясь на него морально воздействовать, чтобы он сам пошел на компромисс? Какой компромисс? Отпустил Ци Тунвэя, отпустил Лю Синьцзяня, отпустил Чжао Жуйлуна? В одно мгновенье перед Хоу Лянпином промелькнуло недавнее воспоминание, когда учитель, хлопнув по столу, решительно крикнул: «Как бы ни был серьезен вопрос с Лю Синьцзянем, покончим на этом!» Вот ключевые слова! Учитель и одновременно руководитель сказал, даже приказал ему – ученику и подчиненному – отпустить всех этих людей, давно находящихся под следствием, которые должны в ближайшее время угодить под суд! Холодок пробежал у него в груди – не требовал ли учитель того же, на чем настаивал и Ци Тунвэй? А за сегодняшней нежной вуалью – не был ли это всё тот же Хунмэньский пир?
Хоу Лянпин ходил кругами вокруг клумбы. Хризантемы цвели необыкновенно пышно. Хотя они были и не такие породистые, как в доме Гао Юйляна, однако вполне соперничали с теми красотой и поражали благоуханием. И тут он всё-таки пришел к умозаключению, от которого стало больно в груди: неужели учитель с Ци Тунвэем и прочими в одной компании? Ци Тунвэй наворотил дел, и мог ли Гао Юйлян – будучи семи пядей во лбу – этого не знать? Если бы Ци Тунвэй срочно не доложил или прямо не попросил о помощи, мог бы учитель велеть матушке-наставнице напрямую сделать этот звонок с приглашением на партию в шашки и крабов? Это ранило его в самое сердце: он, наивный, отправился в гости с камнем на плече в надежде, что в этом доме ему помогут развеять сомнения.
Хоу Лянпин ломал голову и не мог понять, зачем учителю нужно было путаться с этой шайкой? Ведь он никогда не гнался за богатством и не развратничал. Пусть даже любил власть, ну так он ведь уже находится на таком уровне! Неужто есть еще бóльшая тайна? И неужели у Чэнь Яньши имеются только личные счеты с Чжао Личунем? Похоже, еще есть долг перед государством.
Солнце исчезло за плотным слоем облаков, северо-западный ветер первого зимнего месяца по лунному календарю был довольно прохладным. Хоу Лянпина пробил озноб. Ситуация была почти прозрачна: следует опасаться несчастья. Вот только он не знает и не может точно сказать, где, что и когда может произойти..