Страница 53 из 79
— Так, держи и отметь это как-нибудь, чтобы не перепутать, — я сунула ей пузырек и пошла в кухню. В моих запасах был нужный эликсир, но Хельге хотелось попробовать сделать самой, и я разрешила.
— Вот, это из старой партии, — я протянула средство Ванде, — смотри, — мне на глаза попалась последняя ветка розового куста, еще не тронутая заморозком. Она была густо усыпанна тлей. Я капнула на растение эликсиром, и все вредители в одно мгновение обратились в безобидных мотыльков, а пожухшие бутоны немедленно расцвели пышным цветом.
— Ой, спасибо, Ани, — обрадовалась Ванда, — а с этим что теперь делать? — она опасливо покосилась на хищный куст салата, который сытно икнув, снова распустил венчик и радостно улыбался нам.
— Если хочешь, оставь его Хельге, пусть девочка тренируется.
— Конечно, конечно, забирайте. Мне такое чудовище не нужно!
— И ничего он не чудовище, а очень даже милый, — Хельга протянула руку к мутировавшему растению, и оно доверчиво потерлось о ее пальцы, — будем звать тебя Шипастиком, — она подхватила горшок и пошла в дом, откуда тут же донеслись восторженные вопли. Похоже, новый питомец всем понравился!
— Дети! — я улыбнулась зеленщице, а та, быстро поблагодарив, поспешила уйти.
Я вернулась в дом. Шипастик гордо красовался на столе в окружении ребят.
— Я думаю, ему будет лучше на кухонном окне, — заметила, внутренне содрогнувшись от вида зеленого монстрика, — туда постоянно залетают какие-нибудь насекомые, и он сможет их ловить, а тебе, — я посмотрела на Хельгу, — будет напоминать, что дозировка придумана не просто так. Давай, показывай другие средства. А то вдруг и там какие-нибудь неожиданные эффекты есть. Да, и запиши этот рецепт, на всякий случай, вдруг пригодится.
Пока Хельга заносила результаты своего эксперимента в свою рабочую тетрадь, я проверяла другие, изготовленные ею снадобья. И хорошо, что я это сделала! Так средство для чистки посуды в ее исполнении превратилось в убойную кислоту, напрочь растворяющую все, включая металл. Порошок от моли замечательно отращивал мех на любой поверхности с которой соприкасался. А эссенция для очистки ткани от грязи и придания ей устойчивости обратила кухонную тряпку в кусок блестящего металла.
Я не стала ругать ее за это. По первости у меня самой нередко получались разные неожиданности. Отсмеявшись, я принялась разбирать с ней ее ошибки. Попутно мы записывали интересные и необычные модификации снадобий в ее личный сборник. А затем она снова, но уже под моим руководством, принялась готовить новые. На этот раз все прошло гладко. Хельга тщательно сверяла названия ингредиентов, вымеряла дозировку, и теперь все средства обладали именно теми свойствами, которых от них ожидали. Горожане будут довольны! Распределив все заказы по пакетам, я надписала каждый, теперь оставалось только дождаться заказчиков. Самое время заняться обедом.
В дверь снова постучали.
— Там пришел Тим, почтальон! — доложила мне Фреди.
— А этого какая нелёгкая принесла? — я быстро вытерла руки о передник и поспешила в холл. Убедившись, что девочка не ошиблась, я приоткрыла дверь.
— Добрый день, госпожа ведьма, — он улыбнулся и протянул мне конверт со столичным штампом, — вот, опять на ваш адрес, из столицы. Я как раз мимо проходил, решил занести по пути.
— Спасибо, Тим, — я сунула ему монетку, и закрыв дверь, задумчиво посмотрела на конверт. Ни получателя, ни обратного адреса. Дата отправки — вчера. Значит, письмо из столицы идет до нас сутки. И оно явно не от Ричарда. От кого же тогда? Может это пропавшее извещение? Кто-то из работников почты нашел и отправил, чтоб прикрыть себя или коллег? Я торопливо вскрыла конверт и развернула послание. В глазах потемнело, голова закружилась, ноги подкосились, и я осела на пол. Три дня! У нас есть всего три дня, чтобы найти нам новое жилье и перенести туда вещи!
— Ани! Что с тобой? — Фреди увидела, что я сижу на полу, — Эстер, Итен! Ани плохо!
Я сидела в кресле, судорожно сжимая в руках кружку с успокоительным чаем, который заварила Жанни. Ребята сидели рядом. Я посмотрела на них. В их взглядах были беспокойство и надежда. Внутри что-то щелкнуло. У них ведь больше никого нет. Им больше некому помочь, кроме меня. Я просто не могу их подвести. Я пригубила напиток, чувствуя, как приятное тепло растекается по телу.
— Мы будем ждать три дня. Если Ричард не успеет вернуться, а новый хозяин особняка прибудет, тогда мы переберёмся в приют. Там у нас хотя бы будет крыша над головой. Мы перезимуем, а весной выкупим дом ковена, за любые деньги, — я смотрела на них, — и восстановим его. Вместе у нас хватит сил! А сейчас давайте обедать, а то у меня от голода уже живот сводит.
Дети заулыбались. Мое воодушевление захватило и их. Винс помог мне встать. От волнения меня все еще потряхивало. Держась за юношу, я дошла до кухни. Видимо, на фоне нервов я чувствовала сильный жар, который был настолько нестерпимым, как будто я горела изнутри. От гнева, от несправедливости, от желания как-то все изменить. Я очень этого хотела, но не знала как.
— Винс, дорогой, открой, пожалуйста, окно, очень душно, — пожаловалась я, и в этот момент салфетка, которую взяла в руки, чтобы стереть пот, вспыхнула пламенем.
— Сила! Прорыв! Воды! — завопил Дитрих, который и сам сейчас засветился не хуже солнца. Первой среагировала малышка Мелли, она просто вылила стакан с чаем на феникса:
— Не меня! Ани! — пронзительно вскрикнул птиц, — скорее!
Норд, который как раз набирал воду в чайник, просто опрокинул его мне на голову. А следом Эстер выплеснула мне в лицо ведро с грязной водой, в которой я мыла овощи и к счастью не успела вылить. Раздалось лекое шипение, это погасла начавшая тлеть на мне одежда. В кухне повисла гробовая тишина.
Я смотрела на себя, мокрую с ног до головы, с очистками на плечах и обуглившимся подолом, на барахтающегося в грязной луже феникса, который в последний момент кинулся ко мне, и начала смеяться. Истерически, надрывно.
Я просто смеялась над собой, над нелепостью всего происходящего. Над своими переживаниями. Я не того боюсь! Вот чего надо бояться! Вот за что стоит переживать! Как бы не спалить к чертям весь этот город! А не за переезд! И не за зиму! За возросшую силу надо бояться! Смех перешел во всхлипы, я опустилась на стул и разрыдалась, закрыв лицо руками. Дик, где же ты? Возвращайся скорее! Я не справлюсь с этим без тебя!