Наследство огненной ведьмы

В тот же момент книга распахнулась на первой странице.

— Ой, — я отскочила от нее, — она живая, что ли?

— Магия! — ехидно пояснил феникс.

Ладно, ладно, я уже поняла, что здесь есть магия. Осталось разобраться где это «здесь», и смогу ли я, в случае чего, вернуться домой. Ведьмы, магия, разумный говорящий птиц — это, конечно, здорово, но по здравому размышлению, я сейчас в совершенно незнакомом городе. Да чего уж там! Я в абсолютно чужом мне мире! И понятия не имею, что делать и как жить дальше. От всех этих размышлений голова уже шла кругом.

Я взглянула на книгу и перевела взгляд на платья, висевшие в шкафу, затем взглянула на белье. Мда, сначала неплохо бы решить насущные проблемы, такие как одежда и еда. В животе уже настойчиво бурчало, сообщая мне, что я ничего толком не ела последние пару дней.

Я пробежала глазами оглавление. Вот, раздел «бытовая магия», подраздел «одежда: изготовление, починка и пр.» Правда, страница почему-то не указана. И как быть?

— Как мне найти нужный раздел? Тут страницы не указаны, — я снова посмотрела на Дитриха.

— Подумать, — заявил мне вредный птиц.

Подумать, подумать, что подумать? Как мне раздел-то найти? Книга зашелестела страницами. Я взглянула на открывшуюся заметку: «инструкция по пользованию гримуаром — пункт первый — чтобы найти какую-либо информацию необходимо чётко сформулировать вопрос мысленно или вслух.» Ааа! Вот теперь понятно, что имел ввиду феникс! Я должна подумать, что хочу найти.

— Раздел «Одежда» — громко произнесла вслух. Страницы зашуршали, открывшись на требуемом месте.

«Чтобы изменить размер, цвет, фасон, материал одежды, четко произнести следующее заклинание, представив и озвучив в конце требуемые изменения. Для подгонки одежды по размеру, наденьте вещь на себя и добавьте к заклинанию фразу „сделать по фигуре“. Если нет возможности надеть вещь, отрегулировать размер можно при помощи слов „минима“ — меньше и „максима“ — больше »

Так, ясно-понятно, что ничего не понятно. Надо пробовать. Я взяла сорочку и, нацепив ее, медленно прочла написанную ниже абракадабру. По ткани пробежали искры, и сорочка села, как будто по мне и шили.

— Здорово! — я захлопала в ладоши. Теперь панталоны. Отлично! С бельем разобрались. И тут мне пришла в голову гениальная мысль, а что если превратить одну из сорочек в привычный мне бюстик. Сказано — сделано. Я выудила из шкафа очередную вещь, разложила ее на стуле и, представив себе лифчик, быстро произнесла заклинание, которое каким-то чудесным образом отпечаталось в моей голове. Вот никогда бы не подумала, что способна запомнить такую несуразицу с первого прочтения. Ну хорошо, со второго! Сорочка скукожилась и превратилась в вполне приличный бюст второго размера. Вот ещё бы кружавчиков добавить! Попробуем! Отлично! То, что нужно! Ой, про крючки забыла! Еще раз! Замечательно!

Стянув сорочку, я надела свежеизготовленную вещь и подошла к зеркалу. Сидит неплохо и грудь подчёркивает. Так теперь мне нужны трусики. Через пару неудачных попыток мне удалось превратить «бабушкины» панталоны в весьма элегантные слипы.

Осталось разобраться с платьем. Я вытащила из шкафа первое попавшееся. Цвет — темно-серый, фасон — прощай, молодость! Нет, это никуда не годится! Я — молодая девушка, а не древняя старуха. Нужно что-то более яркое и менее строгое. Цвет — темно-зеленый! Вырез поглубже, не нужен мне глухой ворот под шею! Рукава — три четверти. Длину юбки пока менять не буду. Кто знает, какие у них тут порядки! Надо сначала оглядеться! До щиколотки, чтоб в подоле не путаться! О, самое то! И белые кружева по воротнику и манжетам. Тут я окончательно уверовала в себя и превратила старую кожаную сумку, найденную в глубине полки, в красивую поясную с широким ремнем. Фасон туфель менять не стала, просто обновила и подогнала по размеру. По мне, они и так очень симпатичные.

— Ну как? — я развернулась к Дитриху, демонстрируя наряд.

— Срам! — воскликнул птиц и гневно вспыхнул, глядя на мое декольте. Я взглянула на себя в зеркало. Пожалуй, он прав. Тут я слегка перестаралась. Сделав вырез менее откровенным, снова повернулась к нему.

— Хорошо, — одобрил фамильяр и взлетел, — Кухня! Еда! Книга! — крикнул он, кружа надо мной.

— Блин, как я этот талмуд потащу! Я сюда его еле доперла! — с сожалением посмотрела на гримуар, — вот был бы он поменьше!

Книга, словно услышав меня, тут же сжалась до приемлемого размера. Теперь ее вполне можно было унести. Правда и шрифт стал мельче, но у меня со зрением пока все в порядке, так что не принципиально. Подхватив свой магический справочник, я направилась вслед за Дитрихом.

Мы спустились на первый этаж. Я шла, посекундно озираясь по сторонам. Дом был в жутко запущенном состоянии. Ощущение, что идешь по заброшенному особняку с приведениями, а не по дому, где еще вчера жила милая старушка! Кругом пыль, грязь. Паутина повсюду: на перилах, на окнах, на люстре, в каждом углу, на каждой ступеньке высокой лестницы, которая привела меня в большую проходную гостиную, одновременно являвшуюся и холлом.

Огромный закопчённый камин в пол-стены, полка которого была уставлена оплывшими свечами и залита воском. Диван и кресла, накрытые белыми чехлами. Журнальный столик с забытой на нем тарелкой и кружкой. Книжные шкафы с помутневшими стеклянными дверцами, за которыми виднелись пыльные корешки книг и различные безделушки. Возле входной двери лежал видавший виды коврик для ног. На вешалке висел оставленный хозяйкой плащ с большим капюшоном, а в узкой деревянной подставке стояли ее трость и зонтик с красивой изогнутой ручкой.

— Сюда! — раздался голос птица откуда-то из глубины дома.

Пройдя через требующую уборки гостиную, я оказалась в захламленной и не менее грязной кухне. Дитрих поджидал меня там.

Немытая посуда, заросшая плесенью, горой лежала в поржавевшей раковине. Подтекающий кран противно капал. Залитая пригоревшим жиром чугунная плита на дровах вызывала ужас и панику. По центру стоял большой дубовый стол с заляпаной чем-то, облезшей столешницей, его окружали замызганные лавки. По стенам висели шкафы для припасов с покосившимися дверцами.

Так же здесь располагался черный ход, ведущий на небольшой задний дворик, где стоял покосившийся дровник, а за ним был заросший лопухами и крапивой садик с парочкой высоченных яблонь. Похоже, в последние годы Матильда совсем не следила за домом. Штукатурка на стенах потрескалась и местами уже начала осыпаться.

Я брезгливо повела плечами.