Страница 35 из 79
— Два года, — Эстер взглянула в мою сторону и налила себе еще чаю, — до этого мы все жили в других приютах. Мегги специально разыскивала огненных и усыновляла.
— Как же ей это удалось? — я определенно не понимала. Ведь в Мэгги нет силы, ну по крайней мере я ее не ощущаю.
— Не знаю, — пожала плечами Эстер, — она говорит, что чувствует в нас силу. Три года назад Мэгги удочерила меня, затем усыновила Стефана, а потом мы еще год колесили по стране, пока нас не стало двенадцать, и тогда мы приехали сюда. Нам выделили этот дом, точнее эту часть дома. И с тех пор мы живем тут.
— То есть по документам вы все являетесь ее приёмными детьми?
— Да, — Стефан сжал кулаки.
— Но Мэгги не замужем, — удивилась я (по законам Роквуда человек, не состоящий в браке, не мог усыновить ребенка, только взять под опеку), — как ей позволили?
— У нее есть документ, подтверждающий, что она замужем, — пояснила Хельга, черноволосая красавица, — никто не разбирался. А когда мы приехали в этот город, она наплела в мэрии, что мы все из одного приюта, а она — наша учительница, что приют сгорел…
— И ей поверили?
— А почему нет, — пожал плечами Стефан, — никому нет до этого дела. Наоборот, все бросились ей помогать! — в голосе парня звучал гнев, остальные поддержали его недовольным шепотом.
Похоже Мегги не просто оступилась. Дети явно ее не долюбливают. К тому же я почувствовала остаточную магию от сработавшего заклинания. Это мог сделать кто-то из них. Вот только кто? Я пригляделась. У пятерых младших не хватило бы сил, а вот остальные — вполне способны. Надо проверить мои подозрения! Начнем со Стефа, он самый старший, и его силы вполне проявлены.
— Стефан, скажи честно, это ты сделал так, чтобы Мэгги упала с лестницы? — пристально посмотрела на него. Парень побледнел и нахмурился. Я чувствовала его растерянность, его страх, его беспокойство, не за себя, за остальных. Нет, он не стал бы этого делать. Слишком хорошо понимает, что они зависят от этой женщины.
— А даже если и так, то что? — воскликнул Стэф и вскочил на ноги. «Пытается выгородить кого-то,» — промелькнула мысль.
— Ничего, — спокойно ответила ему, — и это не ты. Но кто-то из вас, дети, это сделал, и я должна знать, кто это был.
— Это я виновата, — тихо призналась Мелли, — я вчера захотела, чтобы Мегги исчезла из нашей жизни. Она ругалась на меня за то, что я убежала, там, на площади, и грозила запереть в чулане.
— Нет, малышка, это так не работает, даже у ведьм, — поспешила успокоить ее, — недостаточно просто пожелать что-либо. Желание, конечно, важно, но без реальных действий ничего не выйдет. Мне показалось, что в момент ее падения я видела вспышку магии.
Дети удивлённо переглянулись. В их глазах было искреннее недоумение.
— Но мы не умеем колдовать, госпожа Аннета, — Эстер посмотрела на меня, — нас никто не учил.
— Это мог быть выплеск силы, случайный, — я покачала головой, — все это очень странно. А давайте посмотрим, что же там случилось, — предложила я, — и пожалуйста, называйте меня Ани.
Мы встали из-за стола и всей гурьбой отправились в холл. Я осмотрела лестницу. Крайняя доска третьей снизу ступени была сломана.
— Что скажешь? — я посмотрела на Дитриха. Феникс мотнул головой, давая понять, что у него нет предположений на этот счет.
— А что там на втором этаже? — взглянула наверх.
— Там комната Мегги, — ответила Эстер, — но она не разрешает нам туда ходить.
— Значит, надо пойти и посмотреть, пока ее нет, — улыбнулась я и уже собиралась направиться к лестнице.
— Не ходи, — Мелли вцепилась в мою юбку, — а вдруг лестница заколдована, и ты тоже упадёшь! — в голосе девочки был страх. Я пригляделась. От лестницы шло легкое свечение. На нее действительно было что-то наложено. Возможно, какое-то охранное заклинание, чтобы не позволить детям подняться по ней.
— Есть другой путь, — позади меня раздался голос одного из мальчишек. Я оглянулась. Арчи. Рыжеволосый, с жгучими черными глазами и лукавой усмешкой, авантюрист, — только нужно пройти через старый особняк.
— Показывай, — я была настроена решительно. Мы должны выяснить, что же она скрывает, и сделать это нужно было до того, как вернётся Ричард. Мысль об инквизиторе отозвалась болью в сердце. Его долго не было. За это время до больницы можно было дойти пешком. А значит он до сих пор с ней. Возможно, ждет, пока ей окажут помощь, чтобы потом привести назад. Почему тогда не прислал никого, чтобы присмотреть за детьми? Надеется на меня? Как мило! Ну что ж. Надо оправдать его доверие! А заодно и вывести эту аферистку на чистую воду!
Мы всей толпой вышли из флигеля и дошли до черного хода, ведущего в кухню особняка. За долгие годы запустения здание сильно пострадало от ветра, дождей и холода. По стенам пошли трещины, а их отделка была безнадёжно испорчена сыростью и плесенью. Пустые провалы окон, рассохшиеся двери. Печальное зрелище! Мы прошли через кухню и подсобные помещения и теперь медленно поднимались по узкой лестнице, ведущей на второй этаж. Похоже раньше во флигеле жила прислуга.
— Сюда, — Арчи, шедший впереди, указал мне на неприметную дверь. Войдя в нее, мы оказались на балконе второго этажа флигеля. Отсюда был виден холл и та злополучная лестница.
— Идем, — я, держа Мелли за руку, осторожно пошла вперёд. Пройдя балкон, мы попали в темный коридор. Я хлопнула в ладоши, но светильники не включились.
— Я так и знал. Нет у нее никаких сил, даже кристаллы не смогла зарядить, — злорадствовал Стефан.
— Но свет нам все же нужен, — я покачала головой.
— Да легко, — в руках парня вспыхнул светящийся шар. Он отпустил его, и тот медленно поплыл перед нами, освещая нам путь.
— И давно ты так умеешь? — поинтересовалась я.
— Сколько себя помню, — пожал плечами Стефан, — вот, наверное, ее комната.
Мы столпились перед запертой дверью. Светляк Стефа висел над нашими головами, чуть колеблясь, от чего тени казались живыми. Все замолчали, и внезапно наступившая тишина добавляла жути и в без того мрачную обстановку.
— Проникновение со взломом, — усмехнулась я, — групповое, по предварительному сговору с вовлечением малолетних — десять лет рудников. (Ричард принес мне уголовный кодекс, и я на досуге полистала его.)
— Нет тут никакого взлома, это наш дом, и мы даем разрешение, — возмутился Винсент, серьёзный паренёк лет четырнадцати с крупными каштановыми кудрями и веснушками. Вылитый профессор. Ему еще очков не хватает, — я читал кодекс.