Страница 14 из 79
Дик так засмотрелся, что едва не наступил на какую-то болонку, которая, заливаясь громким лаем, в панике неслась куда-то. За ней спешила внушительных размеров дама в пышном платье. Он не успел посторониться, и эта клуша толкнула его под локоть, из-за чего Дик выронил папку, и все документы разлетелись. От досады Варден выругался и, быстро собрав бумаги, направился к ведьмочке. Она как раз наклонилась, чтобы поднять один из листков, отлетевший в ее сторону, и взгляд Ричарда, который в этот момент подошёл к ней, застрял где-то в районе ее декольте.
— Вы уронили, — она с улыбкой протянула ему документ. Пытаясь скрыть смущение, Дик выговорил ей за поведение феникса, который носился над ними с оглушительными воплями. На что девушка лишь надменно фыркнула и, свистом подозвав птицу, направилась дальше по своим делам. А Ричард еще минуту смотрел ей вслед.
А потом на рынке, перед облавой, он слышал, как бабы судачили, что старая Матильда должно быть померла, раз феникс переродился, и теперь у них новая ведьма. И это не к добру! Ведь все знают, что Матильда была последней из клана. Откуда тогда эта взялась?
А когда началась толкучка, его взгляд безошибочно выхватил из толпы ее шляпу. Она стояла посреди теснящих ее со всех сторон людей, беспомощно глядя вокруг и прижимая к себе корзинку с продуктами. Пришлось вытащить ее оттуда и отвести в безопасное место. Велев ей ждать, он вновь присоединился к оперативникам, а вернувшись спустя минут двадцать, не нашёл ее. Сбежала!
И вот теперь Дик направлялся к ведьминскому дому, чтобы наконец выяснить, кто она? Откуда взялась? И куда делась Матильда! Ну не могла же она переродиться, как феникс, и так радикально поменяться! Хотя кто этих ведьм знает! Их колдовство, таинственное и неизученное, всегда противопоставлялось магической науке из-за своей загадочности и непознанности.
Ричард
.
Я подошел к дому и окинул его взглядом. Старинный особняк, определенно требующий ремонта. Окно на втором этаже было закрыто. Приблизился к крыльцу. Стоило мне начать подниматься, как ступени завыли под ногами, словно стая диких котов. Непроизвольно вздрогнул! Не знал про эту особенность! Черт бы побрал этих ведьм с их штучками! Так и весь квартал переполошить недолго. Окно соседнего дома немедленно распахнулось, и оттуда высунулось недовольное лицо госпожи Блюмен, первой сплетницы на районе.
— Да что же это такое? — возмущённо заголосила она, а я поморщился. Голос женщины мало чем отличался от завывания ступеней, — ни ночью, ни днем покоя нет. Вот при Матильде такого не было!
— Доброе утро, госпожа Блюмен, простите, что потревожил, — поприветствовал ее.
— Доброе утро, господин Варден. Как хорошо, что вы здесь. Заставьте эту вертихвостку ступени настроить, а то это просто невозможно. Вот Матильда приличная женщина была, а эта, тьфу, — она смачно сплюнула.
— А что произошло, госпожа Блюмен? — местные сплетники всегда были ценным источником информации.
— Да вчера приходили сюда двое мужчин после заката. Стемнело уже. Да только видно ступеньки их напугали. Они даже на крыльцо не поднялись, деру дали. Но ведь это неприлично — приглашать к себе мужчин в такое время.
— Думаю, она их вряд ли приглашала. Во сколько это было, госпожа Блюмен? — нахмурился и постучал в дверь. Кто-то вчера пытался тайно проникнуть в дом к моей ведьмочке, но был раскрыт. Так, стоп! С какой это стати, она — моя⁈
— Да уже после одиннадцати вечера, точнее не скажу. Вы уж скажите ей… — причитания госпожи Блюмен отвлекли от размышлений на тему неуместных мыслей.
В этот момент дверь отворилась, и на пороге появилась ОНА. Взъерошенная, волосы подвязаны косынкой, и в совершенно неприличном наряде. На ведьмочке были широкие светлые полотняные штаны, напоминающие длинные панталоны, и свободная в тон рубашка, похожая на ночнушку, с закатанными по локоть рукавами. При виде меня ее лицо вытянулось от удивления
— Опять вы? — начала было она.
— Это что за вид⁈ — прошипел, загораживая ее от госпожи Блюмен, — а ну, живо в дом!
Грубо втолкнул ее внутрь и быстро вошел, захлопнув за собой дверь. Не хватало ещё сплетен и слухов!
— Инквизитор! — раздался недовольный голос откуда-то сверху. На вешалке сидел феникс и злобно сверкал на меня глазами.
— Ты почему за ней не следишь? — вернул взгляд фамильяру. В конце концов это его работа — обучать и воспитывать молодых ведьм. А эта — совсем еще девчонка!
— Не слушается! — смутился фамильяр.
— А ничего, что я здесь? А, господа мужчины? Что вообще происходит? — звонкий голосок ведьмочки дрожал от возмущения. Я повернулся к ней и окинул ее взглядом:
— Немедленно приведи себя в порядок и надень что-то приличное!
— Да что вы себе позволяете! Это мой дом! Как хочу, так и хожу! И я прилично одета! — на этих словах феникс закашлялся, явно пытаясь скрыть смех. А она, судя по искреннему удивлению, написанному на ее милом личике, действительно не понимала, в чем проблема.
— Дорогая моя, — я отогнал полезшие было в голову нескромные фантазии и взял себя в руки, — не знаю, откуда вы прибыли, но здесь, в Дервилле, да и в королевстве Роквуд в целом, подобный внешний вид считается верхом неприличия. И я очень прошу вас одеться и не ходить перед представителем власти в исподнем.
Девушка вспыхнула, как маков цвет, смущенно опустила глаза и опрометью бросилась к лестнице. Я выдохнул и покачал головой. Да уж, весьма динамичное начало отношений! Так, стоп, какие отношения? Что за глупости лезут в мою голову?
— Имя? — снова заговорил феникс.
— Ричард Варден, ответственный инквизитор центрального квартала, — представился по всей форме.
— Дитрих, — фамильяр поклонился мне.
— Очень приятно, — кивнул ему, — можно пройти?
Без разрешения в дом ведьмы входить нельзя. Я и так уже нарушил это правило. Но учитывая, что меня до сих пор не попытались испепелить, ведьмочка еще не овладела своей силой, а ее фамильяр настроен весьма благосклонно, что крайне важно. Эти бестии неуязвимы для магии, и с ними невозможно договориться. Слушаются они только свою хозяйку, но вполне способны сами принимать решения и воплощать их в жизнь. Так что можно считать, что одобрение фамильяра я получил.
— Проходи, — он слетел с вешалки и перелетел на спинку дивана, затянутого чехлом. Я огляделся. Кругом пыль, грязь, ведро с водой посреди гостиной. Рядом валяется тряпка.
— Уборка, — извиняющимся тоном пояснил феникс, — кухня, чисто.