Страница 12 из 79
Я со вздохом приблизилась к чугунному монстру на гнутых ножках. С трудом открыла прикипевшую дверцу. Внутри было пусто. Нужны дрова. Рядом валялось несколько поленьев. Я засунула парочку вовнутрь.
— А разжечь как? Спички есть?
Дитрих слетел со шкафа, проковылял к плите и, недолго думая, дыхнул на дрова пламенем, от чего они моментально вспыхнули.
— Спасибо, — я погладила птица и водрузила миску на конфорку. Спустя некоторое время, снадобье запузырилось, а кухня наполнилась ароматом трав. Я помешала варево и при помощи старого полотенца сняла его с огня. Дрова еще горели, и я решила согреть себе воды. Всё-таки теплой водой мыть удобнее. Набрав котелок из-под крана, я поставила его на плиту и присела на табуретку, ожидая, пока вода согреется, а снадобье немного остынет.
Минут через пятнадцать дрова прогорели, а вода закипела.
«Растворите чайную ложку средства в ведре воды и тщательно промойте загрязнение.»
Налила ведро, бросила в него ложку своего варева и хорошенько размешала. По воде поплыли хлопья мыльной пены. Прекрасно. Я сварила мыло. Вряд ли мне это поможет оттереть всю эту вековую грязь и копоть. Но делать нечего. Нужно приниматься за уборку, а то солнышко уже клониться к закату, а желудок требует жрать! Не есть, а именно жрать!
Я намочила старое полотенце в мыльной воде и принялась оттирать стол. Батюшки! Как в рекламе! Провёл по засаленной поверхности, а у тебя не только грязь и жир отмылись, но еще и краска обновилась и полировка как новая! Воодушевившись своими успехами, я с энтузиазмом взялась за дело! Спустя пять ведер воды и часа три времени, кухня блестела, как после клининга. Даже плита и раковина теперь выглядели как новые. Осталось найти какого-нибудь мастера, кто сможет починить кран, подтянуть дверцы и заменить прогнившую доску около задней двери.
— Ужин? — Дитрих, облюбовавший дверцу шкафа с ингредиентами, взирал на меня сверху.
— Дай дух перевести, — махнула на него тряпкой. Средство, конечно, отличное, но я сейчас ни рук, ни ног не чую. Как представлю, что мне вот так весь дом отмывать, аж в дрожь бросает.
— Сейчас полы помою и будем готовить, — ободрила я поникшего фамильяра. Хотя чего я птица-то голодом морю? Ему-то готовить не надо. Печень я ему свежую купила. Сейчас достану кусочек и пусть ест на здоровье, а я пока с уборкой закончу.
Я вынула из корзинки шмат мяса, отрезала приличный кусок и, положив на чистую тарелку, поставила на стол.
— Дитрих, ужинать, — позвала я его. Птиц немедленно устроился рядом, и принялся разрывать мясо на небольшие кусочки.
— Может тебе порезать? — уточнила я. Как же я сразу не подумала! И ему так удобнее и грязи меньше, а то вон, опять весь стол угваздал.
— Порежь, — согласился феникс и отстранился от тарелки. Я накромсала недоеденную часть на мелкие куски. Дело пошло лучше. Теперь феникс аккуратно заглатывал их, а я любовалась, как багровеют его перья, переливаясь в закатных лучах, освещавших кухню через большое окно.
— Наелся? — я вытерла ему клюв, помыла стол от брызг крови и сполоснула пустую тарелку. На улице уже смеркалось, а в кухне стремительно темнело. Ну полы я, допустим, и так помою, а вот как мне готовить в темноте?
— Дитрих, а как тут работает освещение?
Феникс сидел на шкафу и чистил клювом перья.
— Свечи. Полка, — лениво произнес он.
Достав с полки над плитой несколько свечей, я расставила их по кухне.
— А зажечь как?
Птиц встрепенулся, и свечи тут же вспыхнули.
— Слушай, а по-другому никак? Боязно как-то, все же открытый огонь. А вдруг пожар?
Феникс расхохотался:
— Ведьма! Огненная!
— Да знаю я, знаю. Но ведьма из меня пока только одно название. Сам же говоришь, что слабая.
Фамильяр стал серьёзным.
— Можно. Кристалл! Вверху!
Я подняла голову. Надо мной висел абажур кухонного светильника. Весь в подтеках жира. Вот про него-то я и забыла. Прополоскав тряпку в ведре, я полезла на стол. Отмыв грязь и копоть снаружи, решила протереть его изнутри и обнаружила в нем небольшой кристалл прозрачного цвета. Я достала камень и положила на стол.
— И что теперь?
— Зарядка! — фамильяр спорхнув со шкафа, опустился рядом и положил на кристалл лапу. Через пару мгновений камень потемнел.
— Готово! — сообщил мне птиц.
Я поставила кристалл на место.
— Ладоши! Хлопни! — подсказал мне Дитрих. Я хлопнула, и кухня озарилась теплым мягким светом. Отлично. Так намного лучше. Я погасила свечи. Намотала тряпку на швабру и принялась драить полы. Закончив с уборкой, прополоскала тряпку, помыла ведро и убрала все это в чулан, откуда предварительно вымела всю паутину и разогнала всех незарегистрированных жильцов. Нечего бесплатно занимать вверенную мне жилплощадь!
Вернувшись на кухню, я снова растопила плиту и поставила на огонь кастрюлю с мясом для супа, а сама принялась перемывать посуду. Волшебного средства у меня было полно. Остатки я сложила в пустую банку и тщательно закрыла крышкой. Посуды, к счастью, было немного, и к тому моменту, как мясо сварилось, я уже успела почистить и нарезать овощи. Ссыпав все в кастрюлю, посолила и взялась за салат. Быстро нашинковав зелень и добавив огурцы с помидорами, полила все маслом и переложила в красивый салатник. Оставшиеся продукты я убрала в буфет, а мясо отнесла на ледник, расположенный в погребе под домом, вход в который находился прямо на кухне. Суп мирно булькал на плите. А я сидела за столом и листала книгу.
— Дитрих, а когда силы восстановятся?
— Уже.
— Раздел «Уборка»
Книга ожила и раскрылась на нужной странице. Там было одно занятное заклинание, которое мне очень хотелось проверить.
— Не надо! — птиц угадал мои намерения, — завтра! Ужин! Спать!
Я с сожалением вздохнула. Но ба велела слушать фамильяра. Так что поверю на слово. Он-то побольше меня понимает в этой магии. Поужинав, я помыла посуду, погасила кристалл и зажгла свечу. Дом уже давно погрузился во мрак. Завтра первым делом нужно будет зарядить все кристаллы, чтобы не бродить в потемках.
Я почти добралась до верхней площадки, как ступеньки крыльца завыли в разнобой, а с улицы донеслась нецензурная брань и удаляющийся топот. Похоже, кто-то хотел заглянуть в гости, но передумал. И правильно. Гостей я принимать уже не в силах. Я доползла до спальни, приняла душ, переоделась в свою пижаму и улеглась в кровать. Птиц устроился на шкафу, спрятав голову под крыло.
— Доброй ночи, Дитрих.
— Спи, Ани!