Страница 58 из 86
— Может и есть тебе что ещё мне рассказать? — обрадовалась Ника и поднялась с пола, впрочем, не забыв покряхтеть — Посиди минуточку. — зачем было выходить, если тут нет дверей и всё слышно, я вообще не понял — Ну-ка?
— Женя взял меня на свой путь.
— Страшно тебе? — будто позлорадствовала.
— Ника, он справится. Он чудо.
— Не понимаешь его, потому так называешь? А, если не справится? Если страдать потом будет? Если боль ему причиню? Если… — Эдик там что-то сделал, так она резко замолчала — Ладно. Если считаешь, что сможет, не стану бояться навредить. Устала я, родной. — они вернулись в комнату и Николет снова уселась на пол — Чего делать будешь? Чистить? Толкать? Заговаривать? — видимо у неё была куча вариантов, но ничего такого я делать не собирался.
— Эм… Пойдёмте в душ. — она аж прифигела — Да не, я не это… Блиин. Там делов-то… Кошмар какой. В общем, просто вода мне нужна. — усмехнулась, но повела — Раздеваться не надо! — поспешил предупредить, а то мало ли. Тут у неё была вполне обычная кабинка, только лейка дурацкая, пластмассовая, старого образца и вешать её было некуда — Эдик, иди сюда. — брови девушки уже не возвращались на привычные места — Над нами подержи. — он был выше и ему было вполне удобно.
— Специально? — с прищуром посмотрела — Чтобы он тоже причастность почувствовал? — шепнула мне на ухо. Не думал об этом вообще-то, но теперь показалось, что так действительно лучше.
— Всё, что делается — это специально. — улыбнулся в ответ и обнял Нику. Она с готовностью обхватила меня изящными тонкими ручками, как только я весь засветился. Не знаю, ощущала или видела ли она Свет, но улыбалась девушка мечтательно.
Душа действительно смертельно устала. Это был не её путь. Только из-за проклятья она и продержалась так долго, но это было противоестественно для простого человека. В итоге, хоть проклятье Эдика и оказалось не того свойства, единственным которым наделял их дед, но оно было в полной мере проклятьем. Душа страдала. Я даже представить себе не мог столь долгого бессмысленного существования. Это словно посадить кого-то в тюрьму пожизненно и отменить смерть. Ей было больно, тоскливо и одиноко. Ничто не могло наполнить эту душу и спасти её от саморазрушения, которое длилось и длилось и никак не хотело заканчиваться. Я видел проклятье. Оно словно булавкой прикололо несчастную к телу, создало эту самую клетку, не позволяя и ей разрушаться. «Отстегнул», Ника ещё крепче меня сжала, и улыбнулась несколько удивлённо. Не верила до последнего, что у малого что-то да выйдет. А я просто хотел, чтобы было правильно. Так, как сейчас, правильно не было. Светлые души, не изменившие себе даже за столь длинную жизнь, перенёсшие всё, и не обратившиеся к тьме, не должны страдать.
— Ника, иди ко мне. — чуть отстранился, продолжая светиться — Надо сначала выйти, потом я тебя провожу. Вода — это переход. Я твой паром. Не бойся. — медленно отодвигался, сжигая эту булавку окончательно. Девушка выплыла из тела и всю кабинку заполонили нити — Ого, какая ты. — Эдик не видел. Тело сползло по мне на пол, и уже это сказало ему о том, что у меня что-то получилось — Выключай. — Эдуард убрал лейку — Ты же не станешь путаться? — тоже прищурился, когда девушка отпустила и моё тело, впрочем, не показав мне ни одной лишней картинки — Эдику пока скажем? — знаю, что как с ребёнком, но я ощущал такое тепло и счастье, что фразы выходили глупыми. Ника кивнула. Я коснулся его руки, и он даже сделал шаг назад, разглядев всю её блестящую красоту. Ника махнула рукой и сказала: «пока шкет». Это услышал только я, но Эдик точно понял. Обвила меня своими длинными нитями, и мы вместе шагнули на путь.