Страница 59 из 86
Глава 17
Надо думать, времени я там провёл безумное количество. По крайней мере Эдуард действительно выглядел немного поехавшим, когда я вернулся. Подошёл, обнял, снова отошёл, взял за руки.
— Ага. Всё хорошо. Стена была офигенно красивая. Не думаю, что ей там будет плохо. Домой? Я же могу с тобой к парням прыгнуть? Потоки-то тут явно где-то присутствуют.
— Там. На пляже есть. — я удивился, но спорить не стал. Перетерпел поездку обратно и сразу же сквозонул, как только мы оказались недалеко от бунгало.
— Хён! — обрадовался Дан и повис на моей шее — Родители перестали звонить. — это не виделось мне хорошим знаком, но я улыбнулся и уткнулся ему в плечо лбом — Ты устал? — удивился красавчик — От тебя водой пахнет. И солью. — поднял мою голову — Что не так? — чувствует он меня как-то. Хотя нет, это Ви вроде так делает, а Дан просто понимает — Эдуард, ты что с ним делал?
— Явился. — Лекс встал в дверном проёме — Тебе место в группе вроде как и не нужно.
— Помолчи, Лекс. — повернулся на него Дан. Белобрысый пропустил его нервы, поэтому и сейчас не понял, хотел сказать что-то ещё, но Ви подошёл сзади и бесцеремонно толкнул парня на нас, захватывая всех троих и обнимая:
— Вот, так лучше. — быстро отпустил — Что натворил? — тоже посмотрел на Эдика.
— Я… Это было слишком? — наконец понял, что в моём состоянии все винят его.
— Не, это было круто. Она была очень счастливой и тёплой. И мир тоже рад. Я переоденусь. — Дан и Лекс отпустили.
— Лекс, объясни. — услышал, идя по коридору — Я его спросил, он не ответил! — вообще даже подслушивать было незачем, Эдик уже буквально орал.
— Успокойся ты! — умудрился переорать Лекс — Сначала ты объясни.
Закрыл дверь в комнату, стянул шмотки и вырубился, даже не попытавшись переодеться. Ви сидел на кровати у стены вместе с Даном, Лекс крутился на кресле. Я потёр глаза, ощущая де жа вю. Если он снова спросит, что я такое, боюсь истерики не избежать.
— Малыш, — плохое начало, лучше бы начал обвинять. Так разревусь ещё быстрее — Эдуард пересказал нам историю поездки. И мы все втроём так и не смогли понять, что тебя расстроило. Данчик говорит, что это очень важно — понимать и делиться. Вилен убеждает меня, что я несдержанный идиот, по которому никогда непонятно, что я испытываю, злость или привязанность. Мне бы хотелось это всё изменить и начать с твоих мыслей по этому поводу. — охренеть. Уткнулся в подушку. Ненормально это всё же, что у меня настолько острые реакции. Не было такого никогда. А ругались мы с Лексом, так же как и мирились, довольно часто — Жень, я тебя расстроил? — скорее растрогал, но я не смог ответить.
— Вот же… Джой, родной, ты чего? Я не… Не понимаю я. Эдик что-то… Что сделал Эдик?
— Не виноват он. — пробубнил, почти успокоившись.
— Хён, он ненадолго, в Службу. — по-своему понял меня Дан.
— Да по хрен. — постарался тщательнийшим образом вытереть лицо об подушку прежде, чем нормально сесть — Нормально всё.
— Это неправильно, хён. — а-то я не знаю, блин.
— Он ничего плохого не сделал. Просто рассказал мне историю Николет. О себе в те времена немного.
— Мне никогда ничего не рассказывал. — спокойно, но с долей обиды, проговорил Лекс — Это должно быть ценно и приятно, нет?
— Конечно. Хотя, тут без этого было никак…
— Обесцениваешь? — удивился Дан.
— Что? Нет!
— Так что тебя задело? — улыбнулся Ви.
— Эм… Ну… — все так выжидательно смотрели, что я сдался и вывалил на них всё, что вообще-то тоже не считал правильным, хоть и закрываться не хотел — Я не собирался его отталкивать или что-то такое. Думал немного переварю и…
— Ты не понял, что она была ему просто другом? — отчего же, это я хорошо понял, рассматривая картинки на её пути, вот только это ничего не меняло — Я специально спросил. — посветил меня Лекс в тонкости своего допроса.
— Понял, это без разницы.
— У меня загон. — снова сообщил, и даже при всех, я поднял брови и подвинулся ближе к краю кровати — Вот ты узнал про меня там… — аа, ну этого-то разговора я ждал. И даже уже миллион слов для него сочинил. Благо у нас богатый язык — Хочу знать твои мысли. — решил что-то менять, но сложности испытывал неимоверные. Ви потянул Дана с кровати — Нет! Всё нормально. Вы что, не родные, что ли? Не уходите. — абстрагировался от мыслей о Славике и перешёл в привычное успокоение Лекса. Даже облегчение испытал.
— Тебе сколько лет было? — свесил ноги и подвинул ближе кресло с ним.
— Ну, девятнадцать где-то. — я присвистнул — Но я давно не человек!
— Чшш. Я это понял. Думал осуждать буду? Просто задумался о том, у тебя довольно разнообразный опыт, примерно… Примерно во всём, в чём у меня его нет. Но дело даже не в этом. — не дал ему высказаться — В моём отношении ничего не поменялось. Однако, у меня была всего одна жизнь. И мне никогда не приходилось ничего скрывать. Поэтому задумываясь, становится немного обидно. Я ведь считал, что знаю тебя, как никто другой, думал, что всё понимаю. А выходит, я знаю только половину тебя. И мне бесконечно хочется узнать и другую твою часть. Чтобы снова лелеять свою жадность и говорить, что ты только мой. Знай я об этой истории заранее, сюрпризом она бы для меня не стала, и я бы, возможно, не так сильно желал отдать их на съедение твари.
— Хён…
— Вас это тоже касается. Знаю, что вы просто не имели возможности рассказать, знаю, что вам может и самим было мало приятно, но я действительно нуждаюсь в этих знаниях. От этого моё отношение никуда не денется и не поменяется. Но я понял, что сюрпризы такого рода, делают из меня тварь. А я ведь даже не человек, чтобы искать себе оправдания. — притянул Лекса ближе, а потом вообще заставил пересесть — Вы моё всё. Мне нужен целый Скай, как и целый Мишка, и целый Ким.
— Но я боюсь. — шепнул Лекс — Не понимаешь, что ли? Что, если с каждым рассказом, в тебе будет расти разочарование, которое достигнет таких размеров, и ты решишь, что места на твоём пути не хватит для этого всего…
— И вы боитесь?
— Ну, не по тем причинам. — тут же отрапортовал Дан.
— И не совсем этого. — добавил Ви.
— Дурачьё. Обожаю вас. Не денусь никуда. Верьте мне. — мне на самом деле было очень важно это доверие.
— Я верю, хён. — разулыбался Дан, Ви тоже растянул губы в улыбке, Лекс посмотрел на меня покрасневшими глазами.
— Любимый мой нытик, и как бы я самоутверждался-то всю младшую школу без тебя. — я, конечно, так никогда не делал, но Лексу это было прекрасно известно, потому он только улыбнулся.