Страница 71 из 79
Площадь перед зданием управления, ещё час назад пустынная, теперь кишела людьми. Они не бежали в панике — они стояли, сбившись в кучки, женщины прижимали к себе детей, завернутых в одеяла, мужчины озирались с недоумением и страхом. Светало. В сером предрассветном свете их лица казались восковыми, неживыми. Среди толпы мелькали синие мантии магов-гидромехаников и красно-чёрные плащи стражников д’Амори, пытавшихся навести хоть какой-то порядок. Воздух гудел от вопросов, плача, резких команд.
И прямо посреди этой толпы, на крыльце заставы, стоял Гильом. Его седые волосы были растрёпаны, дородная фигура в простой кожанке казалась неожиданно мощной, островком спокойствия в бушующем море. Он что-то кричал в рупор, сделанный из свёрнутой жести, но его голос тонул в общем гуле. Рядом с ним я увидела знакомые лица — мастеров из его гильдии, тех самых, чьи дома Каэлен отметил на схеме как «ликвидацию». Они были здесь. И они работали.
Один из них, молодой парень с опалёнными бровями, что-то яростно чертил углём на стене. Другой пытался собрать из обломков что-то вроде насоса. Они не бежали. Они чинили.
Каэлен, не обращая внимания на толпу, пробился к крыльцу. Люди расступались перед ним, не столько из почтения, сколько из инстинктивного страха перед его видом: окровавленным, грязным, с горящими в запавших глазницах глазами повелителя ада. Он шёл, и путь перед ним расчищался сам.
— Гильом! — его голос, хриплый, но невероятно сильный, разрезал гамму, как нож масло. На миг воцарилась тишина.
Старый маг обернулся. Увидел нас. Его глаза, усталые за стёклами самодельных очков, расширились. Он быстро спустился с крыльца, оттеснив двух своих подмастерьев.
— Лорд. Дитя. Боги милостивые, что с вами? — он окинул нас быстрым, профессиональным взглядом, оценивая раны, состояние, ту самую обожжённую ткань на плече Каэлена. — Мы получили сигнал «Киноварь». Что происходит? Утечка из главного узла?
— Хуже, — отрезал Каэлен, и его слово повисло в воздухе, тяжёлое и окончательное. — Ядро в башне дало сбой. Полный разрыв магистрали. Утечка идёт по основному коллектору. Мы перекрыли клапан здесь, но это капля в море. Нужна полная картина. Где очаги? Куда течёт? Говори коротко.
Гильом кивнул, лицо его стало суровым, как у старого воина перед битвой.
— Картина есть. Плохая. Хуже некуда. — Он махнул рукой, и один из мастеров, тот самый с опалёнными бровями, поднёс большой, наспех начерченный на куске дешёвого пергамента план квартала. На нём были кляксы и пятна. — Вот. Ярко-красным — подтверждённые выходы субстанции на поверхность: фонтаны на Рыбном рынке, три колодца в Переплетённом переулке, сливы в реку у Старой пристани. Жёлтым — зоны возможного заражения по течению подземных ручьёв. У нас нет точных схем всех древних ответвлений, они…
— Я знаю схемы, — перебил Каэлен, почти выхватывая план. Его пальцы, грязные и в царапинах, легли на линии, будто чувствуя их через бумагу. — Здесь. И здесь. Не на общих чертежах. Древние дренажные каналы времён Первого Поселения. Они забиты мусором и илом, но могут служить проводниками, как капилляры. — Он поднял взгляд на Гильома. Взгляд был острым, требовательным. — Твои люди? Состояние?
— На ногах. Все. Испуганы, но не разбежались. Ремесленники, лорд. Они видят поломку — руки чешутся её чинить, даже если эта поломка может их убить. Готовы работать. Но что делать, лорд? Просто перекрывать — как вы сказали, капля. Нужно нейтрализовать то, что уже вытекло. А у нас нет ни реагентов, ни знаний о составе этой… гадости. Пахнет, как разогретая рунная пыль с примесью серы.
— Состав я знаю, — тихо, но чётко сказала я.
Оба — Каэлен и Гильом — повернулись ко мне. Взгляды были разными: у Каэлена — острый, моментально оценивающий, сканирующий на адекватность; у Гильома — вопросительный, усталый, но готовый слушать. Как ученик.
Я сделала шаг вперёд, заставляя мозг работать через туман боли, усталости и этого давящего гула толпы. Нужно было перевести увиденное в понятные им термины. Вспомнить лекции по химии и те немногие, скучные анализы магических «отходов», что изучала в архиве из любопытства.
— Это не яд в обычном смысле, — начала я, глядя на пятно на плане. — Это магически обогащённая субстанция стабилизации. Основа — очищенная вода, насыщенная эфирной силой до состояния вязкого геля. Добавки — минеральные стабилизаторы, толчёные рунные кристаллы… Это сверхконцентрат. Как… как чистейший, абсолютный спирт. Он не отравляет. Он выжигает. Выжигает всё живое и нарушает любые, даже природные магические связи. Его нельзя нейтрализовать кислотой или щёлочью. Его нужно разбавить. До безопасной концентрации. Огромным количеством чистой, инертной, обычной воды.
— Река, — мгновенно сказал Каэлен, его взгляд уже бежал по карте к извилистой линии реки. — Но если просто спустить заражённую воду в реку, мы отравим её на десятки километров вниз по течению. Убьём рыбу, отравим поля, отрежем воду половине провинции.
— Не спустить, — я покачала головой, и мир на секунду поплыл, окрасившись в серые пятна. Я судорожно ухватилась здоровой рукой за шершавый край крыльца. — Наоборот. Нужно пустить речную воду в заражённые коллекторы. Создать встречный, промывающий поток. Разбавить субстанцию прямо в трубах и слить уже разбавленное в изолированные отстойники или на фильтрующие поля, которые можно будет потом медленно очистить. Промывка системы.
Наступила пауза. Гильом смотрел на меня с растущим, нескрываемым изумлением, медленно снимая очки и протирая их краем рукава. Каэлен — с тем же ледяным, быстрым внутренним расчётом, щелкающим, как счёты. Я видела, как его глаза бегают по карте, соединяя точки, просчитывая объёмы, потоки.
— Это… теоретически возможно, — произнёс он наконец, и в его голосе прозвучала не надежда, а признание сложности. — Но для этого нужно одновременно и с точностью до секунды открыть шлюзы речной воды в три ключевые точки входа в коллектор и активировать аварийные насосы на станциях очистки, чтобы создать нужное давление. Координация должна быть безупречной. Малейшая ошибка в синхронизации — и мы создадим гидроудар, который либо порвёт остатки сети, либо затопит нижние кварталы уже смесью чистой воды и яда. И утопит там всех, кто не успел эвакуироваться.
— У вас есть люди на этих точках? — спросила я, обращаясь уже к Гильому. Мои пальцы барабанили по дереву крыльца от нетерпения.