Страница 25 из 79
Глава 9
ВНЕДРЕНИЕ «ВОДОНАПОРНОЙ БАШНИ»
Неделя пролетела в лихорадочном темпе. Каждое утро я являлась в кабинет Каэлена с готовыми схемами и расчётами. Каждый раз он встречал меня ледяным взглядом и начинал допрос с пристрастием. Каждая моя линия, каждая цифра подвергалась сомнению.
— Почему угол клапана именно сорок пять градусов? — спрашивал он, не глядя на меня, водя пальцем по моему чертежу.
— Потому что при таком угле достигается оптимальное соотношение между потерей давления и скоростью потока, — отвечала я, заставляя голос звучать уверенно. — Меньше — сопротивление растёт, больше — эффективность сброса падает. Это проверено.
— «Проверено», — передразнивал он беззвучно. — Где? В твоей «далёкой школе логистов»?
Но он не отбрасывал мои идеи. Он их браковал, переделывал, заставлял пересчитывать. И после третьего, пятого, десятого круга правок иногда, сквозь зубы, произносил: «Допустимо». Это было высшей похвалой. Я научилась читать его настроение по мельчайшим признакам: чуть сжатые губы означали интерес, белый край шрама — раздражение, а едва заметное прикосновение к перстню — глубокую, скрытую задумчивость. Я превратила эти наблюдения в свою личную науку — «каэленологию», и это помогало не сойти с ума от его вечного холодного прессинга.
Именно в одну из таких минут относительного затишья, когда он разглядывал мою схему восточного коллектора, а я, стоя у окна, пыталась размять затекшую шею, я и выстрелила главной идеей. Я неделю вынашивала её, сверяя расчёты, прикидывая, как это будет выглядеть на местности. И вот момент настал.
— Знаете, — сказала я, глядя на город, раскинувшийся у подножия башни, — вся ваша система — это абсурд. Хотя бы с точки зрения логистики.
Он медленно поднял голову. Шрам на щеке напрягся.
— Продолжай, — произнёс он тоном, предвещающим либо прорыв, либо катастрофу. В воздухе запахло озоном, как перед грозой.
— Смотрите, — я подошла к карте, висевшей на стене, и взяла указку. Её деревянный кончик замер над линиями магистралей. — Вот здесь, в верхнем городе, у вас три магистральных канала. Они питают сотни домов. В каждом доме — свой слабенький кристалл в «драконьей слезе», который тянет воду из общего потока. Каждый кристалл требует подзарядки, обслуживания, контроля. Это тысячи точек отказа. Тысячи магов-водоводов, которые бегают и их подпитывают. Это не система. Это бардак, помноженный на суеверный страх что-то изменить.
— И что ты предлагаешь? — в его голосе появилась опасная, хищная заинтересованность. — Отменить воду? Или, может, заставить всех ходить к колодцу, как в добрые старые времена?
— Нет. Централизовать накопитель, — я ткнула указкой в самый высокий холм на окраине города, где стояла старая, полуразрушенная сигнальная башня, похожая на сломанный зуб. — Вот здесь. Строим один мощный резервуар. Огромный кристалл-аккумулятор, который раз в сутки, в часы минимальной нагрузки, заряжают несколько сильных магов. А дальше — вода идёт самотёком. По трубам. Физически. За счёт перепада высот. Никакой магии в каждой точке. Только в одном месте — в накопителе. В домах — простые краны. Механика. И никаких «драконьих слёз», которые вечно пересыхают.
Я обернулась к нему. Каэлен смотрел на карту. Его лицо было непроницаемо, но глаза бегали от холма к нарисованным кварталам, прокладывая невидимые маршруты. В кабинете стояла такая тишина, что я услышала, как в камине упал уголёк и как скрипнуло перо в руке у писца, застывшего в углу.
Потом он рассмеялся. Это был не тот смех, что был у магистра Гильома. Это был низкий, безрадостный, почти злой звук, будто рвущаяся цепь.
— Ты предлагаешь, — начал он медленно, поднимаясь из-за стола и приближаясь ко мне, — тратить колоссальные силы и ресурсы один раз. Чтобы построить эту… цистерну на холме. Чтобы потом, годами, не тратить их вовсе. Взамен тысяч мелких, ежедневных усилий — одно большое, разовое.
Он остановился в двух шагах. Его тень накрыла меня.
— Именно, — кивнула я, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле, но не отступая ни на сантиметр. — Экономия в долгосрочной перспективе — колоссальная. Надёжность системы возрастёт в разы. Контролировать нужно будет не тысячи точек, а одну. А если эту одну точку сделать максимально защищённой и дублируемой…
— Это… — он перебил меня, и в его синих глазах вспыхнули искры, похожие на отражение молнии в льдине, — это до неприличия рационально. Это оскорбительно для магической традиции, для всей нашей иерархии, построенной на контроле над мельчайшими ручейками силы. Это гениально в своей наглой простоте.
Он повернулся, резким движением схватил со стола кувшин с водой и налил в чистый хрустальный бокал. Вода зазвенела, будто смеясь. Потом он поставил бокал на карту, прямо на холм с башней.
— Вот наш резервуар, — сказал он, и его палец, холодный и сухой, лег рядом на пергамент. Потом он провёл мокрым пальцем от бокала вниз по карте, оставляя блестящую, медленно расплывающуюся дорожку. — А вот — самотёк. Всё так просто? Вода ищет путь вниз, а мы просто… направляем её?
— В теории — да, — сказала я, глядя на водяную дорожку, сползавшую к нарисованным домикам Гончарного тупика. — На практике нужно рассчитать диаметры труб, материал, угол уклона. Нужны клапаны, задвижки, ревизионные колодцы для чистки… Это инженерия, а не магия. Точная наука.
— Стоп, — он резко поднял руку, и капли с его пальцев брызнули на пол. — Ты говоришь, как полководец о предстоящей битве. Ты уже всё продумала. Вплоть до этих… «ревизионных колодцев».
Я покраснела, почувствовав жар на щеках. Признаться, я чертила эскизы этой системы ещё на Земле, для одного заброшенного посёлка в Горном Алтае. Принципы были те же: гравитация, давление, трение. Здесь лишь вместо бетона и стали были камень и магически упрочнённый чугун.
— Есть… некоторые наброски. И предварительные расчёты.
— Покажи. Завтра. К утреннему совету, — его глаза горели холодным синим огнём, сжигающим все возражения. Это был взгляд не лорда, а хищника, учуявшего добычу, способную изменить правила игры. — Мне нужны не «некоторые наброски», а подробные расчёты: экономия эфирной силы в процентном соотношении, стоимость материалов, трудозатраты, срок окупаемости проекта. Цифры, консультант. Только цифры. Если они сойдутся… мы сделаем пробный проект. Для одного квартала. Самого проблемного, самого вонючего. Чтобы эффект был виден, как звёзды в безлунную ночь.