Страница 35 из 43
— У жизни, — ответила Мария.
Она вставала в четыре утра. Проверяла печи, загружала шихту, контролировала качество. Днём — дом, дети, муж. Вечером — счета, заказы, планы.
И так каждый день.
Дети помогали, как могли. Лиза сидела с Дмитрием, пока Мария на заводе. Аполлинария шила, стирала, готовила. Иван учился у отца. Тот, хоть и слепой, диктовал уроки на слух.
— Ты молодец, — говорила Мария мужу.
— Я ничего не вижу, — отвечал он. — Но я слышу. И помню.
Летом 1835 года Мария отправила Ивана учиться в Тобольск.
— Ты должен получить образование, — сказала она сыну. — Ты старший мужчина в доме. Ты должен знать больше, чем я.
— А Павел с Митей?
— Павел с Митей сначала должны подрасти. Он тоже будет учиться. Но сначала — ты.
Иван уехал в город, поселился у родственников. Мария провожала его на дороге, стояла, пока телега не скрылась за поворотом.
«Ещё один, — подумала она. — Ещё один улетел».
Она вернулась в дом, где ждали муж, дети, завод. Где не было времени на грусть.
Осенью 1835 года Мария перечитала свою тетрадь.
Сто пятьдесят опытов, семьдесят рецептов, пятьдесят чертежей.
Она посмотрела на Дмитрия, который сидел на полу и пытался поймать солнечный зайчик.
— Он будет учёным, — сказала она мужу.
— Ты всегда так говоришь.
— Потому что я знаю.
Она взяла сына на руки, прижала к себе. Маленький, тёплый, живой.
«Ты — мой последний, — подумала она. — Последний сын. Последняя надежда. Ты должен сделать то, что я не смогла».
За окном шёл снег. Первый снег 1835 года. Мария смотрела на него и думала о том, что зима будет долгой. Но она не боялась.
Она знала: весна придёт.