Страница 27 из 236
Это же не машины, а настоящие реликты! Откуда, интересно, таких старичков откопали? Они ж во времена отцовой молодости уже должны были быть списаны. Ан нет. Запас-то прочности — о-го-го! Вот и стояли древние чудо-богатыри где-нибудь на складах длительного хранения, выкопанных в сопках. Стояли, спрятанные так, что большинство жителей тех мест даже и не подозревали о их существовании — под тем же Шелеховым, или под Вересовкой, ждали своего часа. Дождались!
Я прямо чувствовал, как под моими пальцами машины оживали, словно разминая застывшие сочленения. Поглядывали вокруг со значением.
«Что, потомки, думали — самые умные? Молодые-быстрые-сильные? А без дедушек не справились! Ну, сподмогнём!»
И ведь действительно. В условиях современной маломагической войны самые молодые, самые сильные и современные — не справились! Вот и тащила огромная сигара древнего дирижабля в своём нутре, даже не старые, а старинные шагоходы.
И я помогал им оживать.
КАЖЕТСЯ, ЕСТЬ!
Город Иркутск, Управление Третьего отделения Иркутской губернии
3 января 1948 года, утро
Пётр Петрович Витгенштейн
Адъютант не подвёл, и Пётр Петрович, явившись на службу, уже нашёл на своём столе несколько выписок из рапортов и с жадностью принялся их просматривать.
— А ну-ка, что тут?..
Случаи описывались разные и в большинстве, пожалуй, анекдотичные.
Вот, пожалте, Чукотка рапортует. Доброволец-шаман по малограмотности перепутал документы, явился с паспортом брата, на которого к тому же и фотографически похож был чрезвычайно.
Амурский край. Паспорт порван в стычке с тигром. Хм.
Забайкальский округ. Сразу несколько человек, попали в шторм на Байкале, документы промочены до неузнаваемости.
— Позвольте, какой ещё шторм? — пробормотал Пётр Петрович, вспоминая картину зимнего заледенелого Байкала. Ах, вот, дальше есть приписка! Шторм случился летом, да всё недосуг было заменить документы, а тут услыхали, что оборотней собирают, и примчались. Однако, по виду вовсе неподходящие — кабаны да барсы.
А вот, кстати, медведь! Но бурый, ёшки-матрёшки. Паспорт пожёван лошадью. Паноптикум.
— Нда, всё не то…
Однако к обеду Юра принёс ещё один ответ:
— Посмотрите, ваше превосходительство, не его ли мы ищем?
Пётр Петрович живо взял листок.
— Так-так… Документы отсутствуют вообще? Якобы утопил?
— Так точно. В вербовочных ведомостях указано, что принят в состав новобранцев ввиду совпадений сразу по нескольким приоритетным пунктам. Опыт работы со старыми шагоходами, починка, управление. И высший медведь!
— Так, откуда он завербовался?
— Шестаковка.
— Эт где такое?
— Полтора десятка километров от Железногорска!
— Он! — прихлопнул по столу Пётр Петрович. — Как пить дать, он! И где он сейчас?
— Согласно расписанию полёта, дирижабль «Император Константин» находится на стоянке в военно-воздушном порту Новосибирска и готовится к отправке. Прикажете задержать?
— Не нужно. Конечная точка прибытия у них какая?
— Город Йиглава, на границе Моравии и Чехии.
— Вот туда группу наружного наблюдения и отправим. У Аркадия Ильича должна сохраниться полная иллюзия самостоятельности. Я Илье Алексеевичу обещал.
— Понял, ваше превосходительство. Я подготовлю приказ.
— Давай.
Адъютант ушёл, а Пётр Петрович снова взял в руки листок рапорта:
— «Император Константин», надо же…