Страница 67 из 68
– Первое заклинание выявляет повреждения. Констебли и детективы-инспекторы применяют его еще до прихода целителей, чтобы понять, стоит ли вызывать подмогу и требуется ли срочное вмешательство. Второе заклинание демонстрирует всех, кто входил в обследуемое помещение за последние сутки. Третье – показывает все оставленные следы и перемещения предметов за те же двадцать четыре часа.
– Вы знаете, что он делал в департаменте, – выдохнула я, осознав, к чему была эта лекция.
И вдруг поняла страшное. Детектив-инспектор мог увидеть меня у монастыря. Он мог, но...
Я снова гулко выдохнула. Он не зря сказал, что заклинание демонстрирует произошедшее в обследуемом помещении. То есть для активации плетения требуются ограничения в виде четких границ, а именно стен.
Эти заклинания не работали на улице. Эти заклинания не могли помочь ему расследовать дело о пожаре в монастыре. Потому что целых стен у монастыря не осталось.
– Знаю, – подтвердил лорд Карилл и не стал томить меня: – Полагаю, его целью были ваши маршрутные листы. На этот счет я уже подал рапорт, но доказать, что лорд Роерти приходил в департамент именно за этой информацией невозможно. Сотрудника, который вынес ваше дело из архива, уже арестовали.
– А дело вернули в архив, – дополнила я.
Вот куда оно пропадало этим утром!
– Ваш муж узнал, по какому маршруту проходят ваши дежурства и в какое время, – продолжил радовать меня детектив-инспектор. – К следующему дежурству у вас будет новый маршрут.
– Не торопитесь, – попросила я, прикидывая новые возможности.
На размышления требовалось время, а еще лучше – отсутствие компании. В присутствии лорда я редко могла собраться должным образом. Не только из-за его сильной ауры, которая, несомненно, давила. Но и потому, что его прямой взгляд отвлекал.
– Вы по этой причине набились мне в напарники? Я была приманкой?
– Именно так, – не стал юлить Прайнер. – Я предположил, что ваш супруг готовит похищение. Его карета следовала за нами, но он не предпринимал активных действий.
– И тогда вы решили удалиться. Чай и булочки стали предлогом. Вы вышли из чайной через заднюю дверь?
Кивнув, детектив-инспектор плавно подался вперед.
– Я ждал похищения, но в свете услышанного понимаю, что сделал неверные выводы. Зачем вы предъявили ему обвинения, Софи? Разве вы не понимаете, что теперь ему проще избавиться от вас?
– Как раз таки понимаю. – Я улыбнулась и все же сделала глоток тягучего шоколада. – Дело в том, что Афис Герт прав. У меня нет доказательств его причастности к смерти моих родителей. Логические выводы, предположения, но не более. Даже если я предъявлю ему обвинения, его выпустят, едва арестовав.
– И вы... – начал было Прайнер.
Он пытался понять мою задумку. Хмурился, но был не способен осознать масштаб. Потому что привык работать честно, опираясь на законы и порядок.
– Я хочу, чтобы он попытался меня убить. Это даст мне время на поиск доказательств, а еще раскроет его истинные мотивы и...
– Софи, – неожиданно перебил меня лорд Карилл. – Я был последним, кто занимался делом о смерти ваших родителей. Ничего не было, ни единой зацепки. Я лично проводил повторный допрос леди Гановски, делал обыск в ее доме, соскобы с ее ладоней, чтобы отыскать хоть что-нибудь. Ты говорила, что в чашках был яд, но эту версию отмели еще на стадии первичного расследования. Яд не был обнаружен ни в крови, ни в желудках, ни на коже, ни на слизистых твоих родителей. Их сердца просто остановились.
Грустная улыбка сменилась горькой усмешкой. Резкий переход на «ты» не остался для меня незамеченным. Неужели Прайнер волновался? За меня?
Спрятав взгляд, я гипнотизировала шоколад, рассматривая его то под одним углом, то под другим.
– Несколько вопросов, – произнесла я и без перехода задала первый: – Вы присутствовали при вскрытии их тел?
– Не присутствовал, но магистр судебной экспертизы, который делал вскрытие, обладает моим полным доверием. Подтасовка фактов была невозможна. Заклинание, о котором я говорил, используется в Департаменте уголовных расследований ежедневно.
Приняв новую информацию к сведению, я не спешила соглашаться с ней. Да и этого было слишком мало, чтобы делать какие-то выводы.
– Вы сказали, что вы были последним, кто работал по этому делу. Кто занимался им до вас?
– До меня – мой коллега, детектив-инспектор из уголовного департамента. Но первыми на место преступления прибыли констебли из Департамента общественных расследований. За ними явился их инспектор. Вы, должно быть, не помните, но именно он делал первичный осмотр места.
– Инспектор из общественников? – не поверила я. – Но как? Две смерти, два убийства. Соф...
Едва не сказав: «Софи сразу уведомила о яде», я умолкла на мгновение и тут же нашлась:
– Совершенно не понимаю. Я сразу сказала о яде в чашках. Служанка должна была рассказать дежурному констеблю об отравлении. Вторая служанка побежала за целителем раньше, чем я обнаружила примесь чего-то более плотного в чашках, но эта...
Резко выдохнув, я села ровнее. Память Софи, как назло, не торопилась повторять видение того обеда. Закрыв веки, попыталась вспомнить. Кого именно Софи отправляла за констеблями?
Вспомнила. Мисс Амелию Ролл.
Открыв глаза, я залпом осушила чашку с чаем. Мята заколола язык, освежающей сладостью прокатилась по горлу.
– Что зафиксировал дежурный констебль? Как звучало обращение служанки? – спросила я требовательно.
– Она рыдала и ничего толком не могла объяснить. Лишь попросила отправить в дом свободных констеблей, а после убежала.
– Она не плакала и уж тем более не рыдала, когда вернулась, – возразила я, едко усмехаясь. – Это она, вопреки приказу ничего не трогать, забрала со стола чашки и другую посуду, пока я встречала констеблей.
– Софи, вы должны мне все рассказать.
Детектив-инспектор пытался настоять, но тщетно. Все мои предположения, все зацепки и отдельные фрагменты обретали ясность. Картина произошедшего становилась наполненной и объемной, но кое-что меня никак не отпускало.
– Почему это дело не отдали вам, когда стало понятно, что это убийство?
– Личная заинтересованность, – ответил он просто.
Этого было достаточно, но...
– И вы не настояли? Не попытались продавить начальство? Мой отец служил в вашем департаменте.
– Настаивал, но было поздно. Дело уже передали другому детективу-инспектору.
– Потому что?.. – не отставала я.