Новеллы о любви

-Доброе утро, класс,- начала она, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. - Меня зовут мисс Робертс, и я ваша новая учительница. Я очень рада познакомиться с каждым из вас.

Она попросила детей представиться по очереди и рассказать что-нибудь о себе. Это дало ей время собраться с мыслями и оценить уровень подготовки класса. Ей предстояло учить детей разного возраста и с разным уровнем знаний, и эта задача казалась непростой.

Но к ее удивлению, преподавание оказалось почти естественным занятием. Словно все уроки матери, все книги, которые она прочитала, все знания, которые она накопила за годы, нашли свое применение. Она разделила класс на группы по возрасту и уровню, дав старшим задания для самостоятельной работы, пока занималась с младшими.

К полудню, когда был объявлен перерыв на обед, Элизабет чувствовала приятную усталость и удовлетворение. Дети оказались любознательными и в основном послушными, особенно после того, как она продемонстрировала знание предметов и способность поддерживать дисциплину.

Томас Хоук выделялся среди всех. Он был не только самым умным в классе, но и имел какую-то внутреннюю зрелость, редкую для его возраста. В перерыве он подошел к ней с книгой Цицерона, которую, как он объяснил, нашел в вещах отца.

- Папа говорит, что она принадлежала моей маме,- рассказал Томас, бережно перелистывая страницы. - Она умерла, когда я был совсем маленьким. Папа говорит, что она была очень образованной.

Элизабет почувствовала укол сочувствия. Этот мальчик, как и она сама, рос без матери.

- Твоя мама, должно быть, была замечательной женщиной, Том. И я уверена, что она была бы очень горда тобой.

Том улыбнулся, и на мгновение Элизабет увидела в нем ребенка, которым он был под маской серьезного не по годам мальчика.

Когда занятия закончились, и последние ученики покинули школу, Элизабет осталась одна, приводя в порядок свои записи и планируя следующий день. Ей нравилось это ощущение - быть полезной, делиться знаниями, видеть, как загораются глаза детей, когда они понимают что-то новое.

-Как прошел первый день, мисс Робертс?- глубокий голос шерифа Хоука заставил ее вздрогнуть. Он стоял в дверях, наблюдая за ней с непроницаемым выражением лица.

-Шериф! Вы меня напугали, -Элизабет положила руку на сердце, пытаясь успокоить его бешеное биение. - День прошел хорошо, спасибо. Кстати, у вас и правда замечательный сын.

- Да, Том - хороший мальчик,- согласился шериф, подходя ближе. - Умный, как его мать.

Элизабет заметила мимолетную печаль в его глазах, когда он упомянул жену.

- Но я пришел, чтобы задать несколько вопросов о нападении,- продолжил он, возвращаясь к официальному тону. - Если вы не слишком устали.

Элизабет напряглась, но кивнула.

- Конечно, шериф Хоук. Я готова помочь всем, чем могу.

-Сколько было нападавших? Вы можете их описать?

Элизабет осторожно описала бандитов, стараясь немного изменять детали, чтобы они их не нашли, ведь бандиты могли рассказать о находках в её вещах, совсем не подходящих для учительницы. Она рассказала о нападении, об украденных вещах, о страхе, который испытывали пассажиры.

-И вы сказали, что они также забрали все ваши документы и письма?- уточнил шериф, внимательно наблюдая за ее реакцией.

- Да, все бумаги были в маленькой шкатулке, которую они сорвали с крыши дилижанса вместе с моим основным багажом,- ответила она, стараясь выглядеть расстроенной, но не подозрительной.

- Странно, что они не тронули ваш саквояж с книгами," : заметил шериф.

- Они вытряхнули его содержимое, но не увидели ничего ценного,- объяснила Элизабет. - Книги и учебные принадлежности не представляют интереса для бандитов. На то они и бандиты.- нервно хохотнула она.

Шериф кивнул, но в его глазах читалось сомнение.

- Я отправил телеграмму в Либерти, чтобы подтвердить вашу личность и сообщить о нападении. Надеюсь получить ответ в ближайшие дни.

Элизабет почувствовала, как холодеет внутри. Что, если настоящая Элизабет Робертс всё-таки осталась в Либерти? Что, если кто-то знает о ее отъезде к тетушке в Орегон?

- Это... это хорошо,: она постаралась, чтобы голос звучал ровно. - Хотя я сомневаюсь, что в Либерти смогут многое рассказать обо мне. Я пробыла там совсем недолго, проездом из школы в Сент-Луисе.

Шериф поднял бровь.

- Сент-Луис? Вы не упоминали об этом раньше.

- Простите, я была так потрясена нападением,- Элизабет сделала вид, что собирает бумаги, чтобы скрыть волнение. -Да, я получила образование в женской семинарии Сент-Луиса.

-Интересно,- задумчиво произнес шериф. - Там же училась моя покойная жена. Мария была на несколько лет старше вас, но, возможно, вы слышали о ней? Мария Хоук, в девичестве Мария Кортес.

Элизабет почувствовала ловушку в этом вопросе, но годы в банде научили ее быстро лгать.

- Боюсь, что нет, шериф. В семинарии было много учениц, и я не могу вспомнить всех, кто учился там до меня.

Шериф смотрел на нее долгим, оценивающим взглядом, затем кивнул.

- Что ж, если вспомните что-нибудь полезное о нападавших, дайте мне знать. Хорошего вечера, мисс Робертс.

Когда он ушел, Элизабет опустилась на стул, ощущая, как дрожат колени. Шериф Хоук был опасен - проницательный, внимательный, не доверяющий ей. Она должна быть предельно осторожной.

Но, несмотря на это, первый день в школе оставил в ее душе теплое чувство. Впервые за много лет Элизабет почувствовала, что делает что-то правильное, что-то, чем могла бы гордиться ее мать.

С этой мыслью она закрыла школу и направилась в дом миссис Уилкокс, готовясь к новому дню в своей новой жизни.

Глава 5:

Три недели пролетели незаметно. Элизабет погрузилась в работу учительницы с энтузиазмом, который удивил ее саму. Каждое утро она просыпалась с мыслями о предстоящих уроках, о том, как помочь отстающим ученикам, чем занять наиболее способных, таких как Томас Хоук.

Горожане постепенно привыкли к новой учительнице. Родители были довольны успехами детей, особенно тем, что мисс Робертс уделяла внимание не только чтению, письму и арифметике, но и истории, литературе, даже основам естественных наук. Люди приносили ей готовую домашнюю еду, делились домашней утварью и всем необходимым.