Страница 7 из 43
За три года Таня накопила достаточно, чтобы купить небольшую квартиру в Москве. Она вкладывала в себя: курсы, образование, внешность. Она наконец-то почувствовала силу и контроль над своей жизнью. Или так ей казалось.
Сергей, начинающий политик и сын известного бизнесмена, должен был стать ее главным призом. Успешный, обаятельный, с большими связями - с таким ее жизнь была бы обеспечена полностью. Она играла роль влюбленной невесты идеально. Он сделал ей предложение после четырёх месяцев знакомства.
Таня не знала, что он нанял частного детектива, который раскопал всю ее подноготную. Все ее схемы, все "женихи", все обманы.
В тот вечер он пригласил ее в один из самых дорогих ресторанов Москва-Сити. Таня, ничего не подозревая, надела свое лучшее платье и приехала, предвкушая приятный вечер.
- Знаешь, я всегда думал, что таких, как ты, не существует,- сказал Сергей вместо приветствия. - Таких расчетливых, таких холодных, таких… пустых внутри.
Он вывалил перед ней папку с фотографиями, распечатками сообщений, доказательствами ее двойной жизни. Таня попыталась все отрицать, потом плакать, потом угрожать- использовала все уловки из своего арсенала. Ничего не сработало.
Их ссора становилась все громче. Другие посетители ресторана начали оборачиваться. Сергей предложил выйти на террасу, чтобы закончить разговор.
На высоте 62-го этажа дул сильный ветер. Сергей кричал, что она разрушила его веру в людей, что такие как она не заслуживают счастья. Таня отбивалась, кричала в ответ, что это мир сделал ее такой, что у нее не было выбора. Что она долгое время пыталась быть хорошей, но ею лишь пользовались, вытирали о неё ноги.
Она не заметила, в какой момент оказалась слишком близко к краю открытого окна лоджии. Сергей, разъяренный, толкнул ее- не сильно, просто чтобы она отступила. Но за спиной Тани оказалась только пустота.
Она не успела даже закричать. Только почувствовала, как земля уходит из-под ног. Ветер свистел в ушах, огни города расплывались перед глазами. Вспышка белого света ослепила ее, резкая боль пронзила все тело, а потом наступила темнота.
***
Таня открыла глаза. Вокруг была незнакомая комната со старинной мебелью, тяжелыми шторами и картинами в массивных рамах. Над ней склонилась женщина в странном чепце и фартуке, смотревшая на неё испуганно.
- Леди Оливия, вы живы! - воскликнула женщина голосом, полным шока и облегчения.- Доктор сказал, что на этот раз...- не договорив, она осенила себя знамением и что-то пробормотала вполголоса.
Таня попыталась сесть, но тело не слушалось. Она была в длинной ночной сорочке из тонкого батиста. На прикроватном столике стояла серебряная чаша с водой и лежали какие-то травы. За окном виднелся сад, какого не бывает в современных городах.
- Где… где я? - прошептала она пересохшими губами.
- В своей спальне, миледи, в Гарден-холле,- ответила женщина, подавая ей воду. - Вы...- она испуганно взглянула на дверь и понизила голос- Умерли. Но Боги смилостивились, дали ещё шанс.
Таня посмотрела на свои руки - белые, с тонкими пальцами, без маникюра, которым она так гордилась. На безымянном пальце левой руки было кольцо с крупным сапфиром, окруженным бриллиантами.
Она не понимала, что происходит. Но что-то внутри подсказывало: это не сон и не бред. И по какой-то необъяснимой причине судьба дала ей еще один шанс. По старой привычке, она окинула женщину перед собой долгим оценивающим взглядом, решая, стоит ли ей довериться. А после, понимая, что всё равно у неё нет выбора- кто-то должен ввести её в курс дела- долго потерей памяти прикрываться нельзя. Тем более, кто знает, может, муж или родные этой Оливии с удовольствием сошлют её куда-нибудь типа Бедлама, если в этом мире есть похожие заведения, и поминай, как звали.
-Как тебя зовут?- обратилась она к женщине. Та удивлённо посмотрела на неё в ответ.
-Лоретта. Вы что же, бедняжка, совсем ничего не помните?- нахмурившись, она мазнула по ней сочувствующим взглядом.
Таня, жестом остановив поток её причитаний, глубоко вздохнула, прежде чем признаться:
-Я- не Оливия. Её души в этом теле больше нет. Меня зовут Татьяна, и я не из вашего мира.
5. Оливия.
Оливия лежала в своей постели, ощущая странное раздвоение. Тело было знакомым и одновременно чужим, память путалась между воспоминаниями прошлой жизни Тани и обрывками знаний о нынешнем существовании леди Оливии. Слабость еще не отпустила её, и каждое движение давалось с трудом.
Дверь её спальни распахнулась без стука. На пороге застыл высокий мужчина в военной форме с суровым лицом и пронзительным взглядом. Генерал Дейр ван Гарден. Её муж. Человек, которого она одновременно знала и не знала. По воспоминаниям Оливии он был очень жестокий и злой человек. Да и её смерть была делом его рук.
- Жива. - холодно произнес он, входя в комнату. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах мелькнуло что-то похожее на странную смесь из облегчения и ненависти.
- Да, мой лорд, - тихо ответила Оливия, автоматически подбирая правильные в этом мире слова.
Генерал подошел ближе, но остановился на безопасном расстоянии, будто опасаясь её.
- Я принял решение, - отчеканил он. - Ты отправишься в монастырь Святой Агнессы на северной границе. Немедленно.
Оливия почувствовала, как сердце пропускает удар. Слова звучали как приговор. В этом мире, похоже, туда ссылали неугодных жён. По крайней мере, выражение лица Дейра об этом свидетельствовало.
- Могу я узнать причину?- осторожно спросила она.
Дейр прищурился, его взгляд стал жестким как сталь.
- Ты знаешь причину. После вчерашнего… происшествия я не могу доверять тебе. Не могу позволить оставаться в этом доме. То, что ты сделала… - он запнулся, видимо не желая объяснять подробности.
Оливия молчала, пытаясь сопоставить обрывки воспоминаний. Что произошло вчера? Что сделало тело Оливии, пока Таня еще не полностью осознавала себя в нем?
- Я понимаю, - наконец произнесла она, опустив глаза. - Я сделаю, как вы скажете, мой лорд.
Её покорный тон явно удивил генерала. Он ожидал сопротивления, истерики, мольб - но не спокойного принятия своей участи.
- Могу я взять с собой Лоретту? - спросила Оливия, вспомнив имя своей служанки из осколков памяти настоящей Оливии.
Дейр нахмурился, затем коротко кивнул:- Можешь. Но только её.