Страница 38 из 43
Доктор Шмелев, невысокий пожилой мужчина с густыми седыми бровями, заходил к ней дважды в день. Он осматривал её с каким-то благоговейным трепетом, качая головой и повторяя одно и то же:
- Удивительно, Татьяна Александровна, просто удивительно! Такое падение... с такой высоты... И реабилитация после комы идет невероятными темпами. Это настоящее чудо.
В этот раз он сидел на краю кровати, осторожно проверяя рефлексы её ног.
- Чувствительность полностью восстановилась. Переломы срастаются так, будто у вас в крови какой-то волшебный эликсир. Снимаю шляпу перед вашей силой воли. - он улыбнулся, глаза его светились искренним недоумением и восхищением одновременно. - Скоро начнем занятия по восстановлению моторики. Вы очень сильная девушка.
Таня криво улыбнулась:- Не знаю, доктор. Ощущаю себя сломанной фарфоровой куклой.
- Это пройдет, - уверенно кивнул Шмелев, делая пометки в планшете. - Но я хочу, чтобы вы обещали мне одну вещь: при любых изменениях - головная боль, головокружение, нарушение зрения, даже просто тревожное ощущение, немедленно нажимайте на кнопку вызова. В любое время суток.
Таня нервно рассмеялась:- Это же в копейку мне обойдется. Я и так думаю, сколько я вам должна, не придется ли квартиру продавать?
Доктор удивленно поднял брови:- Разве вам не сказали? Ваше лечение и всю реабилитацию оплатил Сергей Эдуардович. Это ведь от него все цветы и подарки, - он кивнул в сторону тумбочки, где стояла очередная ваза с дорогими белыми розами.
- А, ясно,- Таня отвела взгляд. - Понятно.
***
Дни в больнице тянулись мучительно медленно. Таня упорно тренировала руки, сжимая и разжимая резиновый мячик, который ей дал физиотерапевт. Ноги все еще не слушались должным образом, и передвигаться приходилось на инвалидной коляске, но она не сдавалась.
" Я выживала и не в таких передрягах,"- думала она, заставляя непослушные пальцы сгибаться. В памяти мелькали обрывки воспоминаний: нищее детство в асоциальной семье, где каждый день был борьбой; приезд в Москву без денег и связей; тяжелые первые годы, когда приходилось считать каждую копейку. Обманы, предательства мужчин, которым имела глупость довериться. И другие воспоминания- о мире, где она была сильной, могущественной... Где был Рейвен.
"Кому-то горе, а я назло всем выздоровею," - упрямо решила она, когда очередная попытка самостоятельно встать с коляски закончилась неудачей.
- Татьяна Александровна, к вам посетитель,- медсестра заглянула в палату.
Сердце Тани радостно забилось. Неужели кто-то все-таки пришел? Может, кто-то из бывших, узнав, где она, решился навестить? Да даже Сергею, будь он неладен, она была бы рада. Она быстро поправила волосы, попыталась улыбнуться.
Но в палату вошел мужчина средних лет в строгом костюме. По его официальному виду и цепкому тяжёлому взгляду сразу стало понятно- не посетитель. Из органов.
- Добрый день, Татьяна Александровна. Я следователь Крылов, - он показал удостоверение и сел на стул возле кровати.- Мне нужно задать вам несколько вопросов о происшествии в Москва-Сити.
Таня напряженно кивнула.
- Расскажите, как вы оказались за окном небоскреба? - спросил он без особого энтузиазма, словно просто выполнял рутинную работу.
- А вы не знаете?- вопросом на вопрос ответила Таня. Что-то в этом человеке казалось ей странным. - Сергей толкнул меня.
- По показаниям Сергея Эдуардовича Ветрова, вы находились в состоянии алкогольного опьянения, - следователь листал блокнот. - Он утверждает, что вы шантажировали его, угрожая выброситься из окна, если он не вернется к вам. В результате вы потеряли равновесие и выпали.
Таня почувствовала, как внутри поднимается волна возмущения:- Это неправда! Если бы это было так, с какой стати Сергей Эдуардович оплачивал бы мое лечение и присылал подарки?
- Потому что его мучает совесть, - пожал плечами следователь. - Хоть он и не толкал вас, но косвенно чувствует свою вину.
Он вдруг отложил блокнот и посмотрел на Таню с открытой неприязнью:- Знаем мы таких, как вы. Зачем вы приезжаете в Москву? Цепляетесь за богатеньких, вцепившись как клещи. Беспринципные - вам все равно, женат человек или нет, старый или молодой, лишь бы деньги были. А на простых работяг даже не смотрите!
Таня слушала эту неприкрытую исповедь чужой обиды, и внутри нее что-то щелкнуло. Воспоминания о другом мире, о власти, о силе, которой она обладала там, затопили сознание. Она выпрямилась в коляске, и голос ее стал неожиданно твердым:
- Пошёл вон!
Следователь так и замер с открытым ртом:- Что вы себе позволяете? Как вы смеете...
- Я сказала -пошел вон! - в её голосе звучала власть и сила, привычка повелевать. - И Сергею передай, чтобы не тревожился - я заявления писать не стану. И претензий никаких не имею.
Следователь подхватился, быстро собрал свои вещи и, бросив на нее последний возмущенный взгляд, вышел из палаты.
Как только дверь закрылась, Таня устало откинулась на подушку. По щекам потекли слезы.
***
На следующий день, после очередной бессонной ночи, Таня вспоминала тот мир, Рейвена, золотого дракона, которого полюбила всем сердцем. И который предал ее, вернув обратно. Но был ли это предательством? Или же спасением?
Она вспоминала его взгляд в последние секунды - взгляд, полный боли и любви. Словно это решение далось ему с невероятным трудом. И еще - её странно быстрое выздоровление. Переломы, которые должны были заживать месяцами, срастались за недели. Организм восстанавливался с невероятной скоростью.
"Он вложил в артефакт свою драконью силу, +/- подумала Таня. - Может быть, даже годы своей жизни. Чтобы я выжила здесь.".
Невольная благодарность кольнула сердце. Рейвен будто знал её лучше, чем она сама. И знал, что ей на самом деле нужно.
***
День выписки настал через две недели. Таня стояла у окна палаты, опираясь на трость. Ходить самостоятельно она уже могла, хоть и медленно. Никто не пришел проводить ее - медсестра помогла собрать вещи, доктор Шмелев пожал руку и дал рекомендации по дальнейшей реабилитации.
Такси везло ее по московским улицам к элитному ЖК. Водитель пытался заговорить, но Таня отвечала односложно, глядя в окно на незнакомо-знакомый город. Она вернулась, но мир вокруг казался чужим.
Просторная квартира встретила её внезапной пустотой. Таня медленно прошлась по комнатам, касаясь вещей, которые когда-то казались важными. Дорогая мебель, дизайнерские светильники, шелковые шторы - все это теперь выглядело бессмысленным в своей пустой роскоши.