Страница 19 из 43
Пробежав мимо неё, гончик подскочили к её таинственному провожатому и улеглись к его ногам, как преданно ему подчиняющиеся верные псы. Оливия вздрогнула, но звери даже не обращали на неё внимания. Будто нашли истинного хозяина.
" Они не просто не напали- они показали ему покорность." - удивилась она про себя, чувствуя, что страх полностью отпускает: что-то в этом человеке вселяло странную уверенность в собственной безопасности. Мужчина, кивнув, махнул рукой вперёд, показывая, что нужно идти дальше.
Они двигались глубже в замковые глубины. Вскоре свернули в каменный тоннель, таящийся за одной из тайных дверей галереи. Шаг за шагом - и вскоре оказались в обширном подземном сводчатом зале, где царил сырой полумрак. Оливия, все ещё сжимая кинжал, напряжённо оглядывалась. Вдоль стен умирали факелы, оставляя лишь слабый огонёк, отражающийся в скользких подтёках на камнях.
- Зажги лампу, - кольнул её слух суровый шёпот незнакомца.
Она оглянулась в поисках чего-нибудь подходящего и увидела на каменном выступе небольшую магическую лампу. Такие она видела в монастыре, поэтому знала, как с ними обращаться. Стоило лишь коснуться её пальцами, как внутри вспыхнул мягкий, холодный свет. Отражения света дрожали на плечах незнакомца, ещё больше подчеркивая его высокий рост и серебристые пряди волос. Он молниеносно повернул голову к Оливии, давая понять, что нужно идти за ним дальше.
В дальнем конце зала обнаружилась тяжёлая, обитая металлическими полосами дверь. Её петли заржавели от времени, но неприятно поскрипывали, когда незнакомец слегка надавил рукой.
- Открой, -тихо сказал он. - Но сначала… приготовь жертву, дочь моя.
- Дочь? - переспросила она, вздрагивая при его последних словах. -О чём вы…?
- Порежь ладонь, - он произнёс это почти ровно, однако в его голосе едва слышно вибрировали печальные нотки. - Дверь отзовётся лишь на твою кровь -кровь наследницы мракоборца.
У Оливии дрожали руки, когда она развернула клинок, чтобы неосмотрительным движением не порезаться сразу. Клинок выглядел очень острым- полированная сталь, украшенная гравировкой в виде веток, вплетённых в тень некоего узора. Она закрыла глаза и собрала волю в кулак, поняв, что отказаться просто не может: внутри неё жил странный зов, неподвластный сознанию. Едва кончик ножа коснулся её ладони, по телу пробежала судорога боли, из разреза выступила алая капля.
- Быстрее, - поторопил незнакомец.
Она прижала окровавленную ладонь к шершавой поверхности двери. Та вдруг дрогнула - словно начала дышать. Раздался скрежет, старинные засовы с грохотом сдвинулись, и дверь тяжко приоткрылась. Оливия вошла вместе со своим странным проводником.
Внутри оказалось почти непроглядно. Луч магической лампы выхватил из тьмы очертания узоров и статуй по стенам, похожих на тени чудовищ. Но тут она увидела, что в одном из углов сгущается настоящий мрак - густая, живая темнота, словно маленький вихрь. Из её сердца будто невидимой нитью потянулся зов прямо к этому месту. Оливия, как во сне, сделала шаг навстречу.
- Прикоснись к ним, - голос мужчины звучал почти нежно. - Ощути их силу. Она всегда была твоей.
Оливия шагнула к мерцающему облаку тьмы, протянув руку. И тьма не отпрянула. Напротив, она застыла, а затем вроде зашевелилась, точно ища её ладонь. Ощущение позвоночного озноба во всём теле: и страх, и завораживающее чувство, будто облака тёмного воздуха принимали её как родную. В следующий миг из этого клубящегося вихря стала медленно проявляться причудливая форма.
Это был чёрный Венец. Казалось, он высечен из обсидиана и соткан из самой тьмы одновременно. По краю поблёскивали длинные, острые шипы, похожие на волчьи клыки. Оливия даже отпрянула на мгновение, но странное магнитное притяжение подтолкнуло её к тому, чтобы взять эту жутковатую корону. Она коснулась холодной поверхности, ища взглядом мужчину в плаще, но тот лишь в знак одобрения опустил голову. Тени вокруг ожили, обвивая её запястья, а в голове прозвучал голос - глубокий, сильный, почти гипнотический: " Надень! ".
Сердце ухнуло в пятки, но Оливия не могла сопротивляться: Венец манил. Она осторожно подняла его к голове… и ощутила, как чудовищная, почти подавляющая энергия проникает в её сознание. Перед глазами словно вспыхнули чёрные всполохи. Мир дрогнул и на мгновение потемнел, но она не рухнула без чувств.
Сереброволосый мужчина со шрамом на виске опустил капюшон, и Оливия различила в полумраке его мужественные, но измученные черты, кажется , когда-то давным-давно виденные ей во сне. И она не могла понять, кто же из них, Оливия или Таня, помнил его. - Я твой отец, Таня. Истинный отец Оливии, - заговорил он мягким, но усталым голосом.
Она охнула, пытаясь совладать и с приливом необъяснимой чёрной силы, и с откровением о том, что на самом деле происходило.- Таня…- Голос дрогнул, и в нём послышалась боль утраты. - Когда мы узнали, что сын короля, Ричард, жаждал заполучить ту силу, которой мы обладали, мы были вынуждены найти способ безопасно спрятать её, после того, как победили Мрак. Самое лучшее место было там, где никто бы не стал искать, прямо под дворцом. Но король под влиянием Валентайна перестал доверять нам еще раньше. Когда Элиния была беременна тобой. - с любовью произнёс он имя жены. - И мы решились на рискованный ритуал замены душ, чтобы спасти тебя. Да, дитя моё, мы растили чужую душу в теле нашей дочери. А тебя, настоящую, переправили в мир, где корона не смогла бы до тебя добраться.
Оливия… нет, Таня… почувствовала, как внутри всё сжимается от жалости и гнева одновременно. Её жизнь там вряд ли можно было бы назвать спасением. Оказывается, всё время она жила с чужими людьми. Её мать- не родная ей.
-Но не уберегли,- печально произнесла она то, что крутилось в её голове. Они думали, что спасают её, а сами обрекли на ад. Да, не намеренно, но от этого было не менее больно. Получается, она жила не с родной матерью. А родную даже не помнит!
Его усталый взгляд задержался на ней, лицо исказила тень боли.
- У меня нет времени. До сих пор удерживала на этом свете остаточная сила Тьмы, которую я успел вобрать, надев Венец. Я не подчинился ей не только потому, что сильный мракоборец- меня удерживала любовь к тебе и к твоей матери. Но моё время на исходе. Ты не должна дать королю добраться до Венца. И защитить народ от Мрака.