Незабудка

Дверь скрипнула, выпуская его из тесной комнаты в крыле для гостей. Томас огляделся, пытаясь собраться с мыслями. Когда его притащили сюда слуги, избив до полусмерти- только тогда он понял Всё было ложью. Никакого введения в высшее общество, никакой помощи. Он был лишь очередной игрушкой в их руках, развлечением, не более. Эти аристократы любили только себя, свои прихоти, свои игры. А он, глупец, сам отдал им самое дорогое- Джорджию. Не понимая, что и сам он стал лишь очередной их забавой, просто над ним издевались дольше и изощрённей. На долю мгновения ему стало стыдно за то, что Джорджия по его вине пережила ад. Но тут же он поспешил оправдать себя тем, что Джорджия сама во всем виновата. Она слишком рьяно вжилась в роль, слишком флиртовала и улыбалась за ужином.

Опершись на кровать, он, постанывая от боли в теле, встал. Подволакивая опухшую от удара ногу он вышел в коридор. Дойдя до гостиной, он замер, оглядывая царившую там разруху. Откуда-то издалека послышались звуки.

- Где она?- прохрипел, когда пошёл на звук и заметил там слугу, сгружавшего в большую корзину грязные скатерти, покрытые пятнами от вина и постельное белье, покрытое пятнами крови. Слуга, не поднимая глаз, лишь сально хмыкнул, продолжая своё дело.

- Отвечай, черт тебя дери!- Томас схватил его за плечо, но тот вывернулся с неожиданной силой.

- Не твоё дело! - прошипел слуга, и в его глазах мелькнул вызов.- Знаешь, сколько здесь таких как ты и твоя девка побывало!? За всеми уследить- жизни не хватит!

- Моё дело! Где Джорджия?- Томас почувствовал, как кровь приливает к лицу. Он бросился в хозяйскую часть дома, туда, где ещё недавно смеялись его "друзья".

Френк, со спутанными светлыми волосами, но одетый в чистую одежду, вышел навстречу.

-О, Томас. Что же ты вчера так рано оставил нас? Ты пропустил самое интересное.- издевательски хохотнул он.

-Где она!?- не обращая внимания на подначивание рявкнул Томас.

Френк сделал неопределённый жест рукой:

-Испарилась. - он лениво щёлкнул пальцами- и тотчас один из слуг, собравшихся позади Томаса, поспешил к хозяину и начал поправлять его шейный платок. - Может, побежала к своим краснокожим сестрам- рассказывать, каково это- быть с настоящим мужчиной.

Слуги угодливо захмыкали.

Бросившись на Френка, Томас почти коснулся кулаком его мерзкого лица. Но слуги скопом кинулись на него. Один схватил за ногу, рванув с такой силой, что Томас едва не упал, другой ударил в живот. Томас отчаянно отбивался, но силы были неравны.

-Вышвырните это ничтожество подальше от поместья. - послышался голос Френка.- И, Томас. Ни один из нас не отдал бы свою женщину ни за какие блага. - насмешливо добавил он. - Ты же в очередной раз доказал, что ничтожество. Мы смеялись за твоей спиной всякий раз, когда ты строил из себя джентльмена.

Томас почти не чувствовал, как его бьют, как тащат по полу, как затаскивают куда-то и везут, подпрыгивая на каждом ухабе. Его тело было словно чужое, жалкий мешок с костями. В голове стучала одна мысль: он действительно ничтожество.

Наконец, экипаж остановился. Его вышвырнули в грязь, а вслед прозвучал ледяной голос:

- В следующий раз хозяин не будет так добр. Рискнёшь притащиться ещё раз- сыграешь в ящик.

Томас, скользя по грязи, с трудом поднялся. Отерев коричневую жижу с лица, тупо глядел вслед удаляющему экипажу несколько секунд . А после зашагал вперёд. Каждый шаг отдавался болью. Он плёлся по дороге, ведущей прочь от этого проклятого места. Шёл долго, но не останавливался, хоть всё тело и болело, а каждый шаг давался тяжелее предыдущего. Так он наказывал себя. За слабость, за то, что предал и продал всех, кого любил.

Вдалеке показалась телега. Весёлый мужик, увидев его состояние, тут же посерьёзнел.

- Эй, милсдарь! Что с вами?- крикнул он, подъезжая ближе.

- Подведёшь до поместья Грейвз в Йоркшире довезёшь, пять золотых дам.- поспешил воспользоваться моментом Томас. Мужчина задумался, скользя глазами по его богатой, но грязной одежде и покрытому синяками лицу. Не верил, что у такого как он найдётся столько денег.

Томас горько усмехнулся. Не только знать видела, что он не из их круга, но и простой народ, оказывается, не обманешь. Только он сам, ослеплённый иллюзиями, отказывался видеть правду. Джорджия ведь столько раз пыталась ему это сказать.

-Ладно, садись. Коль не обманываешь, поехали.- почесав затылок, наконец, согласился возница.

" А ведь она говорила мне, что я слеп."- озарило Томаса- "Говорила, что я не похож на джентльмена. Что общество меня не примет. А я считал, что она просто боится меня потерять. Глупец. Она- единственная, кто пытался говорить правду....".

- Так что? Едем, чтоль? Пять золотых - это не шутки. Коль платишь- с ветерком довезу.- напомнил о себе мужик.

Томас, кивнув, с трудом перевалился через бор и рухнул на сено. Возница кинул хмурый взгляд на скарб, лежавший под ним, но ничего не сказал, решив, что пять золотых с лихвой компенсируют все неудобства

Телега ехала, скрипя и уходя чуть в сторону на каждом ухабе или рытвине. Очередной толчок отзывался новой волной боли, но Томас стиснул зубы. Теперь главное- добраться до дома и найти Джорджию. "Если она ещё жива."- добавил издевательски внутренний голос.- " Ты ведь понимаешь, что эти богатые звери могли, вдоволь натешившись, убить и выбросить её тело в реку. ".

Дорога казалась бесконечной. Наконец, вдали показались знакомые очертания поместья Грейвз. Томас, собрав последние силы, велел одному из слуг, выбежавших навстречу, ступать в дом и принести вознице обещанные деньги. Сам же, отмахнувшись от предложенной слугами помощи, похромал в дом.

Бабушка, леди Грейвз, стояла посреди гостиной, бледная как мел, сжав тонкие губы. Рядом с ней, сгорбившись, сидел в кресле сэр Эдвин, учитель Джорджии. Его обычно безупречный костюм был измят, а лицо выражало глубокую тревогу. Глаза за стеклами очков с изумлением наблюдали

- Томас! Что с тобой?- воскликнула леди Грейвз, увидев его избитое лицо.

- Джорджия! Она не возвращалась?- выдохнул Томас, игнорируя её вопрос.

Сэр Эдвин поднял голову. На его лице было странное выражение- то ли волнение, то ли едва сдерживаемая злость.

- Я пришёл к ней, как обычно, утром. Её не было в домике. А потом…Когда шёл обратно к воротам, то нашёл у них вот это.

Он протянул Томасу сложенный лист бумаги.

-Я позволил себе прочесть, и ...

Томас выхватил записку. Почерк был неровным, словно писавший не особо владел письмом.