Страница 32 из 53
— Э-э-э, Татьяна, могу звать Семена? – спросила Юля, похоже, заметив мое замешательство и прервав мои грустные мысли.
— Да, конечно, – быстро сказала я, и девушка ушла.
Я позволила себе сесть в кресло Сони, и в этот момент в кабинет вошел Семен.
— Какие у вас ко мне вопросы? – спросил парень серьезно и с ноткой недружелюбия.
«О как! Решил вот так сразу брать быка за рога?!»
— Во-первых, присядьте, пожалуйста, – указала я ему на стул, и парень сел. – Во-вторых, вопросы по поводу вчерашнего дня. Хочу уточнить, что вы делали и где были вчера в районе от двенадцати до тринадцати.
Парень слегка удивился.
— Я в это время заказ отвозил. На Дробный переулок, дом восемь.
— Кто может это подтвердить?
— Юлька. Софья.. Да кто угодно в нашей кондитерской. И информация об этом на сайте нашем есть. – Потом он несколько обиженно отвел глаза в сторону, видимо, начиная соображать, почему я спросила его об этом. – Я к отравлению того торта не имею никакого отношения. С чего бы мне подводить свою начальницу под монастырь? Что я, дурак, что ли?
— Ну, я слышала, жалуются на тебя. Угрюмый ты вечно. Делаешь все со злостью, – спокойно заметила я. – Конфликты устраиваешь..
Парень в ответ сердито закатил глаза и вздохнул:
— Характер у меня такой..
— Но сейчас я вижу, этому есть объяснение..
Парень на меня опять вопросительно посмотрел, в его взгляде я заметила готовность к бою хоть словесному, хоть физическому. Но в то же время на его лице можно было прочитать: «Девушка, вы какая-то криповая».
— Рукав твоей рубашки неаккуратно зашит, словно ребенок это делал. У тебя, надо полагать, есть младшая сестра, – сказала я, а Семен вытаращил глаза. Похоже, я попала в точку. – Вы вдвоем живете, ты и она. Видимо, ваши родители рано ушли из жизни, скорее всего, вы оба в детдоме оказались, причем за тобой никто не пришел, и, думаю, ты покинул его несколько лет назад по причине своего совершеннолетия, что объясняет твою угрюмость – детдомовцам чаще всего сложно в жизни за пределами детдома, увы. А кто-то действительно надолго остается угрюмым, потому что обида берет, что его никто не взял. Но у тебя есть сестра, которую ты забрал, потому что ты – единственный ее опекун, а она для тебя единственный родной человек. Ты хочешь обеспечить своей сестре хорошее будущее, поэтому, помимо своей работы, еще интенсивно занимаешься спортом, – сказала я, глядя на мышцы его рук.
Семен замялся, взгляд его смягчился.
— Да, все верно то, что вы сказали. И про детдом, и про сестру. Да.. – пробормотал он. – А тренируюсь, чтобы никто подойти ко мне не смел. Силачей ведь боятся, а на улице придурков и воров хватает, надо уметь давать отпор.
Нет, парень, хоть брутальный и резкий, не мог отравить торт. Не в его это характере: это любящий брат и защитник маленькой девочки. К тому же как он сам верно заметил, зачем ему подставлять свою начальницу? Соне он предан, как и своему делу.
— Что ж. Не смею вас больше задерживать, Семен. – Я ему улыбнулась. – Удачи вам с вашей сестрой и в жизни.
Парень кивнул, слегка улыбнувшись, уже собирался уйти, но остановился и вернулся ко мне:
— Вы тут упомянули Любку, ну, что хотите поговорить с ней. Я хочу заметить, что у нее реально зуб на Софью. – Я заинтересованно подалась вперед к Семену. – Она часто жаловалась на нашу начальницу, а еще Любка любит у нас тут выходить покурить и перемыть Софье кости. А неделю назад я, разгружая продукты из грузовика, услышал, как она сказала про Софью что-то из серии «полицию бы на нее натравить». И Любка вчера была на своем рабочем месте, когда я уезжал с заказом; говорю это в случае, если она будет пытаться вам врать – она это любит.
«Вот это уже интересно».
— Большое спасибо, что сказали. Позовите Любу сюда, пожалуйста, – сказала я.
Девушка робко вошла и так же робко села передо мной.
— Люба, скажите, пожалуйста, что вы делали и где были вчера в районе от двенадцати до тринадцати? – спросила я.
Опять, как когда я вошла в кондитерскую и спросила, кто Люба Безымянных, у девушки нервно забегали глаза.
— Вчера меня на работе не было. Я простыла. – Первую фразу она произнесла почти скороговоркой, а вторую чуть помедленнее.
«Вчера простыла, а сегодня выздоровела? Смешное вранье. Ладно, дошкольник или первоклассник сказал бы, а тут девушка двадцати с небольшим лет».
— Люба, что я говорила по поводу дачи ложных показаний? – мягко, но строго, как родитель у провинившегося ребенка, спросила я. – Это тоже статья. Два человека подтвердили и, думаю, еще несколько подтвердят, что вы вчера были на рабочем месте.
Девушка нервно сглотнула.
— Ну да. Я была вчера здесь. Работала, как обычно.. – ответила Люба, а потом добавила с раздражением: – Но теперь я здесь больше не работаю, поэтому знать не хочу, что тут происходит. Я теперь не имею к этому месту никакого отношения! Я могу уйти?
— Нет, – строго сказала я и слегка ударила кулаком по столу. – Мы еще не закончили. Значит, вы были вчера здесь. Вы не заметили ничего странного или подозрительного в кафе?
— Нет, – неуверенно ответила Люба.
— Точно нет?
Люба начала нервно теребить цепочку на шее.
— Я.. я не.. Я была на кухне все время, не обратила внимания, – запинаясь, сказала она.
— Вы, как я погляжу, не очень внимательны.. – заметила я, и девица возмущенно взглянула на меня. – У вас одна серьга потерялась.
Люба тут же дотронулась до своих ушей.
— Черт, я бешеные деньги за них заплатила! – завопила она.
— Если будете и дальше теребить свою цепочку, она лопнет. Советую ее заменить, – заметила я.
У Любы сначала на лице отразилось удивление, потом недовольство.
— Так, вы сейчас что, «Модный приговор» решили устроить? Вы точно детектив? – с вызовом спросила она.
«Чувствую, что с воспитанием у девушки проблемы».
— Да, я детектив, возможно, вы забыли, я уже показывала свое удостоверение. – Девица на этих словах закусила губу, понимая свой косяк. И невнимательность. – Вы просто невнимательны и рассеянны, судя по тому, как о вас отзываются ваши коллеги. И на работу вам по большей части наплевать.
— Эй, я сюда прихожу в указанные часы, всегда вовремя, ни дня не пропускаю, – заметила Люба, скрестив руки. – И делаю все то, что от меня просят. Я свои обязанности выполняю и права свои знаю.