Страница 68 из 260
В ответ Хинкс напомнил Мэллори, что в экспедицию от Индийской геодезической службы включен Генри Морсхед, который был с Келласом на восхождении на Камет. Хинкс писал: «Не думаю, что стоит беспокоиться. Вы будете находиться под руководством очень опытных альпинистов, которые позаботятся, чтобы не загружать вас невыполнимой работой. Наверняка на вас повлияло мнение Фаррара, которое мало кто разделяет, что главная цель экспедиции в этом году – взойти на Эверест. Рэберну предоставлена полная свобода действий во время восхождения, но оно состоится после полной рекогносцировки горы. Что касается Морсхеда, в конце концов, он прекрасный и очень быстрый восходитель. Полагаю, вам будет нелегко угнаться за ним после нескольких месяцев работы в полевых условиях. Это, пожалуй, наилучшая тренировка».
Снисходительный ответ человека, который никогда не поднимался по чему-либо сложнее лестницы, еще больше разозлил Мэллори. В письме Джеффри Янгу от 9 марта он одобрил участие Морсхеда: «Я очень рад, что Морсхед отправится с нами. Я знаю двух его братьев; это хорошая семья, и, судя по тому, что доводилось слышать, он наверняка отличный парень». Тем не менее вопрос оставался открытым. Мэллори согласился участвовать в экспедиции не без колебаний. Он понимал – что бы ни утверждал Хинкс, он остался единственным альпинистом, подходящим для работы на Эвересте по возрасту, опыту, физической и психической подготовке.
Мэллори попытался решить вопрос в обход Хинкса и позвать в участники своего старого школьного друга Гая Буллока. 31 марта Мэллори писал Янгхазбенду: «Вот немного фактов о Буллоке. Я познакомился с ним в Винчестере, он хорошо учился и был отличным бегуном – лучшим на длинных дистанциях, хорошо проявлял себя во всех спортивных состязаниях. Стойкий и крепкий парень, который никогда не терял головы… Он необычайно вынослив, и сейчас, оглядываясь назад, не могу вспомнить никого, кто смог бы продержаться дольше меня, за исключением него. Уверен, Буллок станет ценным кадром в экспедиции, он уравновешенный и компетентный во всех отношениях, на него можно положиться в чрезвычайной ситуации, поскольку, случись что, он сломается одним из последних».
Гай Буллок, конечно, не мог полностью заменить Джорджа Финча, однако это был действительно хороший выбор. Как и Мэллори, Буллок являлся протеже Грэма Ирвина – их учителя в Винчестере, и они совместно совершали восхождения еще в совсем юном возрасте, например поднялись на вершину Дан-Бланш (4356 метров) в Пеннинских Альпах летом 1905 года. Буллок стал членом Альпийского клуба в 1909 году в свои 22, за год до того, как в состав включили Мэллори, которому к тому моменту исполнилось 24. Буллок был хорошим альпинистом, собранным и опытным, являясь противоположностью рассеянному и забывчивому Мэллори, собственно говоря, на горе они бы представляли идеальную связку. Буллок был невосприимчив к холоду, мог заснуть где угодно и при любых условиях, не терял головы в кризисных ситуациях. Его отец работал дипломатом, был знатоком Китая и преподавал китайский язык в Оксфорде. Гай пошел по его стопам, поступив на консульскую службу в 1913 году. Первым местом работы стал Новый Орлеан, где он занимался в основном британцами, бежавшими от мексиканской революции. В апреле 1914 года Буллок отправился из Луизианы на остров Фернандо-По, где с началом Первой мировой войны организовывал операции против Германского Камеруна – на тот момент западноафриканской колонии Германской империи. В ноябре 1916-го Буллок получил назначение в Марсель и, таким образом, вернулся в Европу, однако в следующем году его отправили в столицу Перу Лиму.
До отъезда участников в экспедицию оставалось всего две недели, и Янгхазбенд немедленно написал в Министерство иностранных дел с просьбой разрешить Буллоку, который все еще находился в Лиме, присоединиться к экспедиции. Ведомство ответило отказом, аргументировав, что столь опытного сотрудника, как Буллок, невозможно отпустить с работы на восемь месяцев. Тогда Янгхазбенд обратился с просьбой непосредственно к министру иностранных дел. Эту должность в тот момент занимал лорд Керзон. Благодаря вмешательству Керзона Буллоку не только дали восьмимесячный отпуск, но и сохранили половинное жалование на время отсутствия. 1 апреля Буллок получил официальное приглашение в экспедицию. Ведомство предоставило ему отпуск до 31 декабря 1921 года без возможности продления, так что, по сути, если все пойдет, как планировалось, у Буллока будет только одна попытка взойти на гору.
* * *
У Комитета Эвереста оставалась последняя проблема: найти деньги. Еще в январе Янгхазбенд обратился к членам и друзьям Королевского географического общества с официальным призывом сделать взнос в Фонд Эвереста. «В лучшие дни, – отметил он, – Общество смогло бы собрать бо`льшую часть суммы самостоятельно. Но сейчас мы едва восстановили потери, понесенные во время войны». Поступления значительно сократились просто потому, что много членов Общества погибло во Франции. Альпийский клуб оказался в такой же ситуации. Требовалось собрать 10 тысяч фунтов стерлингов – предполагаемую стоимость экспедиций в ближайшие два года. Альпийский клуб справился с поставленной перед ним задачей, собрав к 4 марта около 2 тысяч фунтов. Королевское географическое общество сумело собрать менее половины этой суммы, несмотря на значительно большее число членов. 25 февраля Янгхазбенд опубликовал новый призыв. На этот раз дело пошло лучше, особенно после 16 марта, когда общественность узнала, что принц Уэльский пообещал пожертвовать Фонду Эвереста 50 фунтов стерлингов, а его отец, король Георг V, – вдвое больше.