Страница 69 из 102
66
Обмениваюсь с Пёрчем тревожными взглядами. Что это значит? Нас желает видеть сам император?
Зачем? Что ему от нас надо?
– Он сказал зачем? – жестко спрашивает Дастан. Ему тоже не нравится происходящее. Пожалуй,
даже больше, чем нам с Пёрчем.
– Простите, Ваше Высочество. Его Величество ожидает вас всех в малом приёмном зале.
От Дастана исходит ощутимая волна напряжения. Чем бы ни был этот малый приёмный зал, но раз
император желает принимать нас именно в нём, нам явно следует остерегаться.
– Передайте моему отцу, что мы подойдём через минуту.
– Ваше Высочество, сожалею, но Его Величество просит вас присоединиться к нему немедленно.
Вот как. Это не похоже на просьбу. Больше на приказ. Дастан смотрит на меня и произносит,
медленно и многозначительно:
– Не стоит так пугаться, Шиэрра Дерр. Просто помните про этикет: не открывать рот, пока
император не даст вам слово. Я иду с вами.
Иными словами, молчи в тряпочку, я рядом и защищу. Киваю.
Мы следуем за Шиэрром Ротеком мудрёными тропами, затем минуем анфиладу кабинетов и
помещений, затем длинные, извилистые коридоры. Всё это время я лихорадочно размышляю, что
императору могло от нас понадобиться. У каждого члена императорской семьи в день выделено
два часа на посетителей вроде нас. Естестественно, перед посещением им подают списки
визитёров и цель их визита. Значит ли это, что император намеренно отслеживал, кто придёт на
приём к Дастану или мы просто попались случайно?
Малый приёмный зал охраняется тщательнее, чем кабинет Дастана. Тут уже не двое, но шестеро
стражников. Двое в начале коридора, двое в конце, ещё двое у самых дверей. Чем ближе мы
подходим к заветной двери, тем сильнее на меня давит: тут ещё один защитный купол,
призванный защищать конкретно одного человека. Господи, если бы я жила под такой охраной
каждый день, я бы уже через неделю с ума сошла от напряжения! Неудивительно, что Дастан так
стремился отсюда сбежать! Бросаю на него быстрый взгляд. Дастан выглядит спокойно и
буднично, и лишь только шестое чувство подсказывает мне, что он вовсе не так расслаблен, как
кажется.
Шиэрр Ротек стучит – снова три раза, затем всё повторяется. Наш провожатый открывает дверь,
слитным движением уходит вправо, чтобы не перегораживать нам проход, и объявляет наши имена:
– Его Высочество принц Аррак Риярх! Шиэрр Пёрч, Берк! Шиэрра Дерр, Леенна!
Я вхожу первая. Малый приёмный зал представляет собой по сути такой же кабинет, как у
Дастана, только втрое больше. Сразу напротив входа – стол; слева, расположенный боком, ещё
один – для секретаря. Но если в этой части всё выглядит формально, то справа устроен
небольшой угол, видимо, для самых избранных посетителей: широкое кресло, несомненно, для
императора, два диванчика для посетителей, столик с чайным сервизом. Вдоль стены, у окна,
стоит слуга, готовый в любой момент по щелчку пальцев разливать чай.
Рассматривая обстановку, я не сразу замечаю хозяина дворца, и обращаю на него внимание
только тогда, когда Дастан говорит:
– Отец.
Пёрч толкает меня локтем, чтобы я поклонилась. Выдаю неуклюжий поклон, затем поднимаю
голову. И меня тотчас пригвождает к месту тяжелым, испытующим взглядом.
– Ваше Величество, – отмечается Пёрч.
И снова незаметно меня пихает.
Я не испытываю робости перед императором. Ещё в своём мире я не умела раболепствовать,
потому что свято верила, что и в королях течёт та же кровь, что и в простолюдинах. И сейчас,
рассматривая сидящего за столом мужчину, я испытываю лишь злость. Ведь это из-за него и его
нежелания признавать правду мы все оказались в таком положении!
– Сын, – говорит Килаир, мельком взглянув на Дастана, а затем обращает всё свое внимание на
Пёрча, – Берк, давно не виделись. Рад видеть тебя в добром здравии. Как идёт служба?
– Спасибо, Ваше Величество, всё хорошо. Я как раз явился к Дастану, чтобы окончательно
перехватить у него все дела.
– Не могу выразить, – Килаир встаёт и указывает нам на диванчики справа, давая понять, что
мы здесь желанные посетители, – как я этому рад. Мой средний сын, наконец, одумался и
вернулся в лоно родной семьи.
И Килаир отечески кладёт руку на плечо сына. Дастан щурится. На мгновение я пугаюсь, что
сейчас скинет руку отца, но он берёт себя в руки и отвечает, глядя Килаиру в глаза:
– Ты ведь знаешь, отец: у меня не было выбора.
– Мы уже обсуждали это, – отвечает ему Килаир. Тон его становится ниже, и даже самому
недалёкому человеку стало бы понятно, что разговор этот личный и не предназначен для
посторонних ушей, поэтому мы с Пёрчем делаем вид, что нас тут нет. Впрочем, долго
притворяться нам не приходится. Уже в следующую секунду император переводит свой взгляд на
нас и говорит, – как раз это я и хотел с вами обсудить. Прошу вас, садитесь.
Это он и хотел с нами обсудить? С нами?
Пёрч толкает меня сзади, намекая, что пора сделать хоть шаг к диванчикам. Передвигаю своё
тело, куда указывают. Император садится в кресло, Дастан опускается на диван справа от него,
нам с лейтенантом достаётся диван слева. Моментально подходит слуга, подкатывает столик на
колёсах, берёт с верхней полки блюдо, снимает поднос, демонстрируя пирожные, ставит тарелку
перед нами, затем разливает чай. Дождавшись, когда слуга отойдёт, Пёрч интересуется:
– Ваше Величество, вы сказали, что хотели обсудить возвращение Дастана в лоно семьи… Но я
не совсем понимаю, каким образом это касается
нас
.
– Я слышал, – говорит император, – что эта юная Эрра пришла сюда, чтобы лично поблагодарить
капитана стражи за спасение своей жизни во время нападения салларов.
Чашка чая, которую мне вручил секундой ранее Пёрч, дзенькает о блюдце. Я? Он ведь говорит
обо мне? И о нашей легенде, которую мы придумали с Пёрчем, чтобы я могла увидеться с
Дастаном?
– И что с того? – резко спрашивает Дастан. – Она уже произнесла свои слова благодарности.
Бросаю на него быстрый настороженный взгляд, гадая, отчего он так напрягся.
– О, – бархатно смеётся император и вдруг бросает на меня прямой взгляд, – почему бы юной
Эрре не сделать это ещё раз?
Хмурюсь, не понимая, чего хочет от меня Килаир. Пёрч, поворачиваясь ко мне, шепчет одними