Страница 47 из 167
— Можешь остаться, если есть желание, но тогда тебе тоже придется нанести эту дрянь на лицо, — предлагает Мэйси с усмешкой.
— Нет, всё в порядке. Вы ведь заняты делом, — говорю я, хотя в глубине души мне очень хочется остаться.
Мне нравится быть ее другом, даже если для этого придется измазаться в чем угодно. Черт возьми, Ал вертит мной как хочет, сама того не осознавая. В ней есть нечто такое, что неумолимо затягивает меня в ее орбиту, но я никогда не позволю себе поддаться физическому влечению. Алондра заслуживает гораздо большего, чем просто интрижка на одну ночь, а это единственное, что я могу ей предложить.
— Поздно, теперь ты в ловушке, так что снимай кроссовки. У нас достаточно средств на троих, раз уж Элли нас бросила и сбежала в библиотеку готовиться к завтрашнему тесту, — Мэйси подхватывает меня под руку и дает ровно столько времени, чтобы я успел разуться, после чего тянет к дивану.
Я смотрю на Алондру, ожидая, что она попросит меня уйти, но вместо этого она одаривает меня мягкой улыбкой.
Видимо, я всё же остаюсь.
— Только не мажьте слишком много этой жижи мне на физиономию, ладно?
— Тебе лучше снять толстовку, — советует Ал, и я искренне радуюсь, что она не гонит меня прочь.
В отличие от нее, я способен следовать указаниям без лишних споров и послушно стягиваю одежду через голову.
— Мэйси, принеси ободок.
— А он-то зачем? — спрашиваю я, замирая, пока Ал аккуратно убирает волосы с моего лба.
Я могу лишь догадываться, как нелепо сейчас выгляжу.
— Тебе хочется, чтобы авокадо и огурцы запутались в твоей шевелюре?
— Я и на лице-то их не слишком жажду видеть, — поддразниваю я ее в надежде вызвать смех.
— Потом еще спасибо скажешь, — обещает Мэйси.
Когда Алондра наклоняется ко мне, чтобы распределить холодную пасту по моим щекам, я пользуюсь моментом и принимаюсь жадно изучать каждую черточку ее лица.
Глаза Алондры обладают удивительным золотистым оттенком, который при обычном освещении кажется просто карим, но стоит присмотреться, и становится заметно зеленое кольцо вокруг зрачка. Сейчас этот цвет кажется еще ярче на фоне зеленой маски. Ее темные брови сосредоточенно сдвинуты к переносице, а прикосновения рук нежнее шелка. Розовые губы Ал вздрагивают в подобии улыбки, и я не могу отвести взор, отчетливо вспоминая вкус их поцелуя. Интересно, а она вспоминает ту ночь? Мне стоило огромных усилий не украсть второй поцелуй тогда, и мне кажется, что Алондра не стала бы сопротивляться.
— Я в курсе, что хороша собой, но ты просто пялишься, — шепчет она, очерчивая пальцем контур моего носа.
— Ты прекрасна. Разумеется, я смотрю, — отвечаю я и замираю, когда она прикусывает нижнюю губу белыми зубами, пытаясь скрыть радость.
— Вынуждена тебя огорчить, но у меня вырабатывается иммунитет к твоему обаянию.
Моя улыбка становится еще шире.
— Значит, ты всё-таки признаешь, что я обаятелен?
Подушка прилетает мне в плечо, и я оборачиваюсь к недовольной Мэйси.
— Хватит флиртовать с Алондрой, — отчитывает она меня.
Даже если бы я действительно пытался за ней приударить, Мэйси и Элли заслуживают звания чемпионок мира по умению вовремя прервать чужое свидание. Мне не стоит думать о поцелуях с Ал.
— Я и не думал флиртовать. Если бы начал, ты бы это сразу поняла, — я насмешливо кривлю губы, глядя на Мэйси, а она в ответ показывает мне язык.
— Знай, что с авокадо на лице ты теряешь половину своей привлекательности.
Я прижимаю руку к груди и преувеличенно громко стону.
— Ты только что разбила мое хрупкое эго вдребезги. Кажется, мое сердце отказывает. Скорее, мне нужно искусственное дыхание! — шучу я, видя, как в ореховых глазах Алондры вспыхивают искорки смеха.
— Заткнись, — бросает она.
— Заставь меня.
На этот раз ее взгляд задерживается на моих губах, и мне срочно нужно перестать думать о том, как ее пальцы впивались в мою рубашку, притягивая меня ближе.
Я подмигиваю ей и откидываюсь на подушки, надеясь усмирить участившееся сердцебиение.
— И что обычно происходит на этих спа-вечеринках? Караоке? Голые бои подушками? Самые слезливые мелодрамы в истории человечества? — спрашиваю я, отчаянно стараясь игнорировать тепло ее ноги, прижатой к моей.
— Ты и Дилан правда верите, что мы раздеваемся ради битвы подушками? Да мы вообще ими не деремся.
Вполне очевидно, но разве парню запрещено немного помечтать?
— Милая, ты просто убиваешь мою фантазию на корню, — сокрушаюсь я.
Алондра пытается меня толкнуть, но, к ее сожалению, ей не хватает физической силы, чтобы хоть немного сдвинуть меня с места.
— Подвинься, ты занимаешь слишком много пространства.
— Это всё потому, что я такой большой, — заявляю я с полной уверенностью самовлюбленного нахала, ведь если природа наградила тебя статью, грех этим не хвастаться.
Пожалуй, мне не стоит брать пример с Дилана.
Мэйси разражается хохотом и сгибается пополам, хватаясь за живот.
— Ох, ну ты и шутник.
— Вы с Чедвиком уже помирились? — спрашиваю я, невинно хлопая ресницами.
Она начинает заикаться от неожиданности, и я на секунду чувствую себя подлецом, пока она не начинает смеяться, качая головой в ответ на мою дерзость.
— Не будь таким вредным, — ворчит Ал, вновь пытаясь меня оттолкнуть.
— Я сижу здесь с грязью на лице и этим ободком на голове. Уверен, что имею полное право рассуждать о своих достоинствах без всяких насмешек, но ладно, Мэйси, признаю, это был удар ниже пояса.
— Ровно такой же, как и этот, — отзывается она, направляя на меня камеру телефона.
В ту же секунду я осознаю свою роковую ошибку.
Мой мобильный начинает разрываться от бесконечных уведомлений, но одна мысль о том, чтобы просматривать сообщения и одновременно поддерживать нить разговора, кажется мне изнурительной, так что я даже не пытаюсь дотянуться до аппарата. Я слишком хорошо знаю своих друзей и не сомневаюсь, что это фото станет для них поводом для бесконечного веселья.
— Его высочество слишком много разглагольствует о своих размерах, — зачитывает Алондра вслух, а я ловлю себя на мысли, что мне совершенно плевать на их подначки, пока я вижу ее ослепительную улыбку.
Ослепительную? Что за чушь лезет мне в голову? Кажется, я в жизни не использовал это слово.
— Прости, Джек, но тут я на стороне Мэйси, — произносит она, устраиваясь поудобнее.