Страница 104 из 167
Глава 32
Глава 27
Джек
ㅤㅤㅤㅤㅤ
— Прекрати! Прекрати, пожалуйста!
Я испуганно наблюдаю, как мама пытается оттолкнуть отца в сторону. Пальцы намертво впиваются в деревянный наличник дверного проема. В эту секунду он наотмашь бьет ее тыльной стороной ладони, и она тяжело валится на пол.
Зачем он это делает? Он не должен причинять ей боль. Мама всегда говорит, что нам нельзя бить людей.
— Ты не смеешь разговаривать со мной в таком тоне, уяснила? — орет он на нее.
Раскаты его бешеного голоса подобно грому разносятся по всему притихшему дому.
— Прости меня, дорогой. Я люблю тебя, но только не при Джеке, умоляю. Он ведь еще совсем мальчик, — плачет мама.
Она с трудом поднимается с пола и пытается ласково обхватить его лицо своими ладонями.
Он издевательски хохочет в ответ. Я никак не могу понять, почему ему так смешно.
— Это еще почему? Парень обязан с малых лет знать, как выглядит настоящая любовь. Он должен понимать, что значит быть настоящим мужчиной.
Отец медленно поворачивается ко мне со странной улыбкой на лице. Но ведь это совсем не похоже на любовь. Любовь — это когда мама печет вкусное печенье и разрешает мне облизать ложку. Или когда она нежно укрывает меня одеялом перед колыбельной. Это ее громкие крики поддержки на моих хоккейных тренировках и матчах.
— Сынок, запомни раз и навсегда. Вот это и есть любовь, жалкая и абсолютно бесполезная штука, — чеканит он, брезгливо косясь на маму. — Тебе будет гораздо проще прожить эту жизнь вообще без нее.
Я перевожу взгляд на маму и замечаю, что из ее носа тонкой струйкой бежит алая кровь. Она беззвучно шевелит губами, посылая мне заветные слова о том, что любит меня.
— Не смей смотреть на нее, Джек. Она пустое место.
Он неторопливо вытаскивает из-за пояса штанов пистолет. Оружие выглядит точь-в-точь как то, с которым я только что играл на улице. Вот только на его стволе почему-то отсутствует привычный яркий оранжевый наконечник. Отец хладнокровно прижимает дуло к маминой голове, и она начинает рыдать еще сильнее.
Мне совсем не нравится происходящее.
Я чувствую, как по щекам катятся жгучие слезы. Я больше не могу видеть мамины слезы, от этого внутри становится невыносимо тоскливо. Я размазываю сопли рукавом кофты.
— Но ведь я люблю тебя?
— Тебе не следовало этого делать.
Я резко просыпаюсь от внезапного толчка, сердце бешено колотится в груди. Широкая ухмылка на лице отца, когда он хладнокровно держал дуло пистолета у маминой головы, продолжает преследовать меня даже спустя тринадцать лет. Я с силой провожу ладонями по лицу, пытаясь стереть остатки кошмара. Плотная ткань футболки неприятно липнет к телу, пропитавшись выступившим холодным потом.
Я неторопливо поднимаюсь с места, резким движением скидывая с себя одеяло, в котором запутался на диване в гостиной у девчонок. На кухне я поспешно включаю кран и несколько раз брызгаю прохладной водой себе в лицо, но эта простая процедура никак не помогает унять странную дрожь, поселившуюся где-то глубоко внутри моих костей. В этот момент я чувствую себя абсолютно…
опустошенным
.
Та страшная ночь произошла ровно за пять месяцев до того, как он предпринял реальную попытку убить её, и мне пришлось дрожащими пальцами вызывать полицию.
Я до единого слова помню всё то, что он наговорил мне в те минуты. Оглядываясь назад, я понимаю, что мог сделать гораздо больше для её защиты. Я должен был попытаться остановить его, но просто замер на месте.
Каким образом я вообще должен учиться строить нормальные отношения с противоположным полом? Ведь именно их союз перед глазами служил для меня единственным примером любви на протяжении всего детства. Я рос, изо дня в день наблюдая, как мой отец методично ломает и избивает маму.
Я до ужаса боюсь в один прекрасный день стать точно таким же, как он. Боюсь превратиться в его извращенную версию мужчины.
А что насчет Ал? Одно только знание того, что её тоже предал и сильно ранил человек, которому она доверяла, просто убивает меня изнутри.
Это меня уничтожает.
Она заслуживает видеть рядом с собой парня, способного любить её без всяких сомнений и страхов. Человека, для которого это чувство будет таким же естественным и простым, как обычный вдох. Я до конца не уверен, что способен дать ей нечто подобное. Мне безумно хочется этого, но я просто не умею.
То, как Алондра смотрела на меня во время нашего танца, заставляло верить в чудо. В её глазах читалось такое восхищение, будто я собственноручно подвесил луну на небесах специально для неё одной. В ту секунду мне нужно было поцеловать её. Она тихо прошептала, что доверяет мне, и в моей груди мгновенно взорвалось теплое, такое непривычно нежное чувство. Находясь рядом с Ал я начинаю чувствовать себя лучшей версией самого себя. Мне хочется стать для неё абсолютно всем в этой жизни.
Именно поэтому я уверенно шагнул вперед и поцеловал её, а она ответила мне взаимностью.
Ал делает меня по-настоящему счастливым, но я просто не имею права заходить с ней слишком далеко. Это лишь вопрос времени, когда я совершу какую-нибудь непоправимую глупость и причиню ей сильную боль, независимо от моих первоначальных намерений.
После того поцелуя она даже не захотела со мной разговаривать. Она просто сбежала в дамскую комнату, хотя всё, чего мне хотелось в тот момент, — это продолжать целовать её губы.
Я бесшумно передвигаюсь по темной гостиной, натягивая через голову любимое худи. Затем я забираю телефон с зарядки и выхожу на просторный балкон. Мне нужно набрать номер единственного человека на земле, который сейчас способен помочь мне разобраться в этой каше в голове.
Пронизывающий ночной холод приятно остужает кожу. Он помогает немного заземлиться и отвлечься от царящего внутри хаоса.
— Джек? У тебя всё хорошо? — раздается в трубке сонный мамин голос после третьего гудка.
Я в очередной раз устало провожу ладонью по лицу.
— Мне просто нужно поговорить с тобой, — признаюсь я.
Из моего рта вырывается тяжелый вздох, который тут же превращается в полупрозрачное облачко пара перед глазами.
— В четыре часа утра?
Я удивленно моргаю и на секунду отнимаю мобильный от уха, чтобы изучить светящийся экран. Время на часах действительно застает меня врасплох.
— Прости меня, пожалуйста.
— Я была уверена, что ты спишь без задних ног после тяжелого матча. Твой тренер прислал мне сообщение и написал, что ты отыграл просто великолепно.