Страница 15 из 54
Я замедлила шаг и стала внимательно вглядываться, чтобы ничего не упустить из виду. Затем я обошла тот участок аллеи, на который указала Елизавета, и вдруг мне в глаза бросилось что-то непонятное, зацепившееся за одну из веток. Я подошла поближе и увидела то ли клочок чего-то, то ли какую-то прядь. Аккуратно сняв висевшее на ветке, я внимательно разглядела это и поняла, что держу в руке пучок черных волос. Но волосы были не натуральные. Скорее всего, проходивший мимо этого дерева зацепился за ветку и оставил часть парика. В том, что это был парик, сомнений не было, уж очень жесткими были эти волосы. Я открыла свою сумку и, вынув целлофановый пакет, положила в него свою находку.
Интересно, кому мог принадлежать этот пучок волос? Елизавета сказала, что силуэт, который она заметила и который тут же исчез из поля зрения, принадлежал мужчине. Ну, тогда, значит, и этот пучок волос принадлежал тоже ему. Хотя зачем он надел парик? Видимо, чтобы остаться инкогнито и не выдать себя. Предположим, убийца был из числа гостей, тогда это объясняет необходимость парика. Скорее всего, это был мужчина довольно крепкого телосложения. Ведь для того чтоб нанести смертельный удар, мужчина должен иметь значительную массу тела. Но как преступник мог узнать о том, что Владислав Персильванцев назначил Елизавете свидание?
Получается, кто-то подслушал их, Елизавету и Персильванцева. Или же если заранее не было известно о свидании, то тогда убийца должен был постоянно следить за дядей Екатерины. Однако это предположение верно только в том случае, если именно Владислав Персильванцев был выбран на роль жертвы. Кроме того, вполне возможно, что у преступника был сообщник. Скажем, он следил за тем, что делает Персильванцев, где он находится в данный момент, и все сообщал убийце. Сообщник мог и отвлечь внимание Персильванцева, а убийца в это время нанес ему смертельный удар. Но, опять же, это только предположение. Пока нет никаких доказательств, что преступников было двое.
— Татьяна Александровна, а я еще вам нужна? – раздался голос Елизаветы.
Погруженная в свои мысли, я совсем забыла про горничную.
— Что? А, нет, Елизавета Вячеславовна, вы свободны, спасибо за помощь, – сказала я.
— Ну, тогда я пойду, а то мне еще убираться нужно, – сказала женщина.
— Да-да, конечно, идите. Да, вот еще что, Елизавета Вячеславовна. Попросите, пожалуйста, Геннадия Владимировича, чтобы он пришел сюда, к ротонде. Я буду его здесь ждать.
— Хорошо, скажу, – ответила горничная и ушла по направлению к коттеджу.
Начальника службы безопасности я ждала не очень долго. Вскоре он появился на одной из дорожек.
— Елизавета передала мне, что вы хотели меня видеть? – спросил Сидоров.
— Да, я попросила ее об этом. Дело в том, что я хочу пройтись по периметру забора и осмотреть все там на предмет возможного проникновения на территорию коттеджа извне, – объяснила я.
— Понятно, – кивнул мужчина. – Правда, у нас уже были кинологи, и их собака никаких следов не обнаружила. По крайней мере, они так сказали.
— Хорошо, но я предпочитаю осмотреть все сама, – сказала я.
— Хорошо, пойдемте, Татьяна Александровна.
— Я думаю, что осмотр нужно начать с входных ворот, – сказала я и посмотрела на Сидорова.
— Как скажете, Татьяна Александровна, – кивнул начальник службы безопасности.
Мы пересекли территорию коттеджа и вышли к входным воротам.
— Ну вот, а теперь будем идти вдоль забора, – сказала я.
Сидоров снова послушно кивнул.
Двигаясь по периметру, я внимательно осматривала кустарники и деревья, которые росли вдоль забора, а точнее сказать, их ветви. Мы с Сидоровым сначала осмотрели одну сторону забора, а потом стали идти вдоль противоположной. Внезапно я наткнулась на сломанную ветку, а потом еще на одну.
— Геннадий Владимирович, – обратилась я к начальнику службы безопасности, – у вас здесь, в поселке, что, недавно был сильный ветер?
— Да нет вроде бы, – подумав, ответил мужчина и удивленно посмотрел на меня. – А почему вы спрашиваете? Что-то случилось?
— А вот сами взгляните, – сказала я и показала на сломанные ветки.
— Вот ничего себе! Кто же это сделал? – пробормотал Сидоров.
— Как видите, сломано несколько веток, – сказала я.
— Да, вижу.
На самом деле одна из веток была переломана почти пополам, а рядом с ней еще одна ветка склонилась до самой земли. Наконец, на третьей ветке, самой тонкой, листья были оборваны почти до середины.
Я вплотную подошла к забору и увидела небольшую щель. Конечно, выйти или войти на территорию коттеджа через эту щель было невозможно, однако при известной степени тренированности перемахнуть через забор не составляло большого труда.
Я посмотрела в эту щель и увидела покрышку от машины.
— Геннадий Владимирович, как вы считаете, можно перелезть через этот забор? – спросила я.
— Ну, что вы, Татьяна Александровна! Это нужно быть великаном, забор-то высокий, – ответил Сидоров.
— Подойдите, пожалуйста, ко мне, – попросила я мужчину.
Сидоров подошел к щели, и я уступила ему место для обзора.
— Видите эту автомобильную покрышку, Геннадий Владимирович? – спросила я.
— Э.. да.. вижу, – обескураженным тоном проговорил начальник службы безопасности. – Это что же такое получается?
— Кто-то, кому очень нужно было попасть на территорию коттеджа незамеченным, нашел слабое звено, то есть незащищенное место в ограждении, и к тому же подтащил покрышку, чтобы удобнее было перелезть, – объяснила я. – Знаете что, Геннадий Владимирович, давайте сейчас выйдем на улицу и посмотрим, что делается снаружи. Все-таки сломанные ветки и поставленная автомобильная покрышка свидетельствуют о том, что на коттедж кто-то имеет очень серьезные виды. Дай бог, чтобы я ошибалась в своих предположениях.
Мы вышли с территории коттеджа и начали идти по периметру, теперь уже наружному.
Да, несмотря на то, что по верху забора грозно ощетинилась колючая проволока, на самом деле злоумышленникам до нее не было ровным счетом никакого дела. Естественно, какой же дурак полезет вверх на «колючку», когда можно спокойно вырыть подземный лаз?
Я самым внимательным образом осмотрела пространство перед забором примерно в десяти метрах.