Страница 49 из 59
42. Последний ритуал
Мирра
Тот короткий миг тишины в ночном саду был похож на глубокий вдох перед тем, как нырнуть в ледяную воду. Всего мгновение назад мир обрёл смысл и форму в его объятиях — а теперь снова трещал по швам, грозя осыпаться осколками. На террасу, тяжело дыша, выбежал Гаррон. Его лицо казалось мертвенно-бледным даже в мягком лунном свете, а грудь судорожно вздымалась. Он не стал тратить время ни на поклоны, ни на положенные при дворе любезности — сейчас всё это было неуместно.
— Сир! — выдохнул он, и голос его сорвался, охрипший от долгого бега. — Разведчики схватили одного из заговорщиков на окраине города. Он рассказал, что Лориан не бежал, как мы думали. Он здесь. Под самым городом. И готовит последний удар.
Тайрен отстранился от меня. Вся нежность, что светилась в его глазах ещё секунду назад, сменилась холодной, гладкой сталью. На моих глазах он снова становился тем, кем должен был быть: воином, принцем, мужчиной, на чьих плечах лежала судьба целого королевства.
— Что за удар? — коротко бросил он.
— Ритуал, сир. Очень мощный. Он собирается накрыть всю столицу Каменным Проклятием. Превратить каждого жителя в камень. И он уже начал плести его.
Мое сердце ухнуло в пропасть, и я почувствовала, как холодеют пальцы.
Идиллии пришел конец.
Через десять минут мы уже стояли в арсенале, среди стоек с оружием и запаха металла, кожи и оружейного масла. Тайрен, облачённый в чёрную, словно сама полночь, броню, молча затягивал ремни на моих лёгких кожаных доспехах. Его пальцы двигались быстро и уверенно — так, как двигаются руки человека, которому постоянно приходилось делать это перед боем.
— Ты готова? — тихо спросил он, не поднимая глаз.
— Давай избавим наш мир от этого чудовища, — ответила я, и собственный голос показался мне чужим — твёрже, чем я ожидала.
Мы собрали небольшой, но смертоносный отряд — дюжину лучших воинов «Драконьей Гвардии», и Гаррон, разумеется, был среди них. Разведчики указали место: древние катакомбы, прорытые глубоко под фундаментом старого, давно заброшенного храма. Место, насквозь пропитанное силой земли, древнее и тёмное — идеальное для магии такого рода.
Спускаясь во тьму по узким, скользким от сырости ступеням, я чувствовала, как вибрирует вокруг сам воздух. Густая тяжёлая магия Лориана уже сочилась сквозь камень и давила на плечи, словно невидимая толща воды. Но теперь связь с Тайреном перестала быть моим бременем. Она стала якорем, тем, что удерживало меня и не давало захлебнуться страхом. Я ощущала его решимость, его непоколебимую силу, и от этого мне самой становилось спокойнее, твёрже. А он, в свою очередь, через ту же самую связь чувствовал мой страх и гасил его одним лишь своим присутствием. Тёплым и надёжным, как огонь в очаге.
Мы двигались как единый отлаженный механизм, в котором каждая деталь знала своё место. Тайрен шёл впереди, и его меч бросал короткие беспокойные блики на влажные поблёскивающие стены. Я держалась сразу за ним, но смотрела не на врагов и не на оружие — мой взгляд был прикован к потокам магии, которые я теперь видела почти так же отчётливо, как сами камни вокруг.
— Слева! — шепнула я, и Тайрен, не задавая вопросов, не теряя ни мгновения, вскинул щит. Магический заряд, вылетевший из тёмного бокового прохода, ударил в металл и рассыпался безвредными искрами.
— Прямо по коридору, трое, за колонной, — рокотнул он в ответ, и его воины бесшумно скользнули вперёд, тенями утекая в темноту. Стражу Ордена они нейтрализовали прежде, чем те успели хотя бы вскрикнуть.
Мы больше не были ни принцем и его пленницей, ни врагами, ни заложниками обстоятельств. Мы стали двумя сторонами одной монеты, идеально подходящими друг другу. Его сила и моя проницательность. Его ярость и мои знания. Его клинок и моё чутьё. Связь, которая когда-то казалась мне цепями, теперь превратилась в самое совершенное оружие, какое только можно было себе представить.
Наконец, выбив тяжёлые двери, мы ворвались в центральный зал. Лориан стоял в самом центре круга из потрескивающих, пышущих жаром рун. Его руки были воздеты к высокому сводчатому потолку, с которого, словно чёрная смола, медленно сочилась тёмная энергия. Он был на самом пике своей мощи и глаза его горели фанатичным, нечеловеческим огнём.
— Слишком поздно! — проревел он, заметив нас. — Этот город заплатит за твою гордыню, Тайрен!
Драконья Гвардия с ходу схлестнулась с последними его последователями — лязг стали и крики сразу же заполнили зал. А мы с Тайреном пошли прямо на Лориана, не сворачивая и не замедляясь.
Он обрушил на нас настоящий шквал заклинаний. Тайрен превратился в стену из стали и ярости, принимая на себя удары, которые испепелили бы меня в одно мгновение. Я же, прячась за его спиной, лихорадочно искала слабость в плетении ритуала — то место, где можно было бы его разорвать.
— Руны на полу! — крикнула я, перекрывая грохот битвы. — Он черпает из них силу! Нужно разорвать круг!
Пока Тайрен оттягивал на себя внимание Лориана, я бросилась к ближайшей руне. Опустившись на колени, я прижала ладонь к раскалённому камню и влила в неё свою собственную чистую энергию, ломая тёмный узор изнутри. Руна вспыхнула слепящим белым светом и погасла. Лориан взвыл от ярости, ощутив, как его сила начинает утекать сквозь пальцы.
Теперь всё его внимание сосредоточилось на мне. Тайрен, увидев это, бросился наперерез, и они сошлись в яростной, отчаянной схватке: меч против магии, плоть против тьмы. Но Лориан был слишком силён даже ослабленным. Мощной волной энергии он отшвырнул Тайрена назад, и тот тяжело ударился о каменную плиту. В следующий миг над ним уже сверкало остриё, выкованное из чистой, концентрированной тьмы.
И именно в этот момент я наконец увидела её — его уязвимость. Не в ритуале, не в рунах, а в нём самом. Амулет на тонкой цепочке у его горла — тусклый, неприметный камень, который пульсировал в точном такт с его заклинаниями. Это был его фокус. Источник его контроля. Сердце его силы.
— Тайрен! Амулет! Разбей его! — закричала я что есть мочи.
Тайрен, поднимаясь на одно колено, услышал меня. Он не стал переспрашивать, не стал сомневаться, не потерял ни секунды. Собрав последние остатки своей драконьей силы, он выдохнул концентрированный сгусток чистой звуковой энергии — пронзительный, разрушительный рёв, от которого задрожали древние камни и осыпалась пыль со сводов. Волна ударила точно в грудь Лориану.
Амулет разлетелся на тысячу мелких осколков.