Страница 39 из 59
33. Охота
Тайрен
Король, мой отец, сидел на троне, и его костяшки побелели на резных подлокотниках. Его ярость была почти осязаемой, она давила на присутствующих вельмож и заставляла их вжимать головы в плечи.
— Лориан и его так называемые «Дети Рассвета» перешли черту, — голос отца гремел под сводами зала, отскакивая от каменных стен. — Они принесли огонь в столицу. Они пролили кровь королевской гвардии. Этого я не прощу.
Он поднялся, и его высокая фигура отбросила длинную тень.
— Отныне они — предатели. Враги короны. Я объявляю на них Охоту. Я учреждаю особый отряд, наделенный всеми полномочиями, чтобы искоренить эту заразу раз и навсегда. Каждый, кто укрывает их, будет считаться их соратником. Каждый, кто помогает им, разделит их судьбу.
Король обвел взглядом замерший зал, и его глаза остановились на мне.
— Возглавит Охоту мой сын, Тайрен.
Все взгляды обратились ко мне. Я шагнул вперед, преклонив колено. Это было не просто исполнение долга. Это было личное. Лориан покушался на мой город. Он убивал моих людей. Он чуть не убил… ее. Эта мысль вспыхнула в голове непрошеной искрой, разжигая угли ярости.
— Я принимаю волю вашего величества, — мой голос прозвучал ровно и глухо. — Я выслежу их всех. До единого.
Я поднялся, и в гуле одобрительных возгласов придворных я слышал лишь одно — обещание мести, которое дал сам себе.
* * *
Штаб «Охоты» развернули в южном крыле дворца. Через просторный зал, где раньше устраивали балы, теперь сновали вестовые, на длинных столах были разложены подробные карты города, а офицеры отдавали отрывистые приказы. Я был в своей стихии, координируя действия патрулей, выставляя заслоны на ключевых улицах и анализируя первые донесения.
К вечеру стало ясно, что мы бьемся головой о стену.
На военном совете доклады офицеров были один мрачнее другого. Капитан гвардии, седой ветеран с перевязанной рукой, хмуро докладывал: — Они нападают из ниоткуда, мой принц. Используют магию, которую наши чародеи не могут опознать. Неправильная, гнилая магия. После их атак остаются воронки, которые сочатся тьмой.
Другой офицер, отвечающий за разведку, вторил ему: — Они знают город лучше нас. Появляются в запертых кварталах, уходят через давно заваленные катакомбы. Наши стандартные методы перекрытия улиц против них бесполезны. Мы теряем людей впустую.
Я слушал их, и мои кулаки сжимались под столом. Каждое их слово складывалось в уже знакомую мне картину. Гнилая магия, способная ранить даже дракона. Знание тайных ходов, доступных лишь тем, кто вырос на этих улицах. Я пытался найти другой ответ, перебирал в уме все возможные варианты, но каждый раз мысль возвращалась к одному и тому же. К ней.
Единственный человек во всем королевстве, который знал тактику Лориана изнутри. Единственный, кто мог предсказать его следующий шаг.
Я поднялся, резко оборвав очередного докладчика. — Свободны, — бросил я офицерам. — Ждите моих приказов.
Когда за последним из них закрылась дверь, я остался один посреди зала, заставленного картами и планами. Меня душила злость. Глухая, бессильная злость на судьбу, на эту злую иронию. Я, наследный принц, командир элитного отряда, опять оказался в зависимости от ведьмы. Это был удар по моей гордости, по всем моим принципам. Я ненавидел саму эту необходимость.
Мирра
Я сидела у высокого окна, глядя на далекие огни города. Отсюда, из тишины и безопасности, ночные события казались дурным сном. Но фантомное чувство падения и холод его чешуи под моими ладонями напоминали, что все это было правдой.
Дверь отворилась без стука. Я не обернулась. Я знала, кто это.
Тайрен вошел в комнату, и воздух мгновенно стал плотным, наэлектризованным. Он остановился в нескольких шагах позади, и я чувствовала его взгляд на своем затылке. Тишина длилась несколько долгих мгновений. Наконец я медленно повернулась.
Он выглядел уставшим, под глазами залегли тени, но стоял прямо, как натянутая струна. Взгляд его золотых глаз был холодным, как сталь зимним утром.
— Лориан и его выродки теперь дичь, — произнес он без всяких предисловий. Его голос был ровным, лишенным эмоций. — А я — охотник.
Он сделал шаг ближе.
— Но ты знаешь где находятся их норы. Знаешь их яд. Ты нужна мне.
Последние два слова прозвучали так, будто он вырвал их из себя с усилием. Он смотрел прямо на меня, и я видела в глубине его глаз нечто большее, чем просто приказ. Отчаяние. Он пришел потому, что у него не осталось выбора. И в этот миг я поняла, что расстановка сил изменилась.
Он выдержал мой взгляд, и его челюсти едва заметно сжались.
— Ты будешь моим оракулом, ведьма, — продолжил он, и в его голосе зазвенел металл. — Будешь присутствовать на каждом совете. Ответишь на каждый мой вопрос. Но ошибешься хоть раз — намеренно или нет — и я найду тебе другое применение.
Я ничего не ответила. Я просто смотрела на него, позволяя ему видеть, что его угрозы меня не пугают. Я видела его ярость, его уязвленную гордость, и понимала — это мой единственный шанс.
Тайрен развернулся и пошел к выходу. Уже в дверях, не оборачиваясь, он бросил стражнику: — Через час приведите ее в южное крыло.
Дверь за ним захлопнулась. Я осталась одна в тишине роскошной комнаты. Глухое отчаяние, ставшее моим спутником, отступило, и внутри зародилась надежда. Он давал мне шанс остановить это безумие.