Только мы вдвоем

— Ну, как видишь, меня здесь не было.

— Очевидно, — говорю я. — А почему ты лез через окно?

Он приподнимает бровь.

— Ты вломилась в мою комнату и теперь устраиваешь мне допрос?

— Ты явно пробирался обратно тайком.

— Ты всегда такая наблюдательная? — спрашивает он, срывая с себя футболку и натягивая через голову чистую, а я успеваю мельком заметить его рельефный пресс. Раньше у него такого не было. — Потому что если да, то тебе стоит подумать о карьере детектива, Мышка.

— Не называй меня так, — огрызаюсь я.

Я впервые повысила на него голос, и его глаза слегка округляются. Он скользит взглядом по моему лицу, словно видит меня впервые. Он запускает ладонь в волосы, делая этот беспорядок на голове еще более хаотичным.

— Я был с Сашей.

Я не могу сдержаться, потому что я мазохистка.

— И что вы делали?

Эмброуз делает несколько шагов вперед, оказываясь ко мне вплотную, лицом к лицу, и его ухмылка становится дьявольской.

— А сама как думаешь, что мы делали?

Кровь шумит у меня в ушах, и воздух между нами буквально трещит от напряжения. Его взгляд опускается к моим губам, и я сама не замечаю, что задерживаю дыхание, пока в ванной не включается душ.

Эмброуз отстраняется, хватает худи со стула у письменного стола, и его внезапное исчезновение ощущается как удар под дых.

— Тебе лучше уйти, пока она не застукала тебя здесь.

Забыв про наушники, я выскальзываю из его двери и бегу обратно вниз — как раз в тот момент, когда в комнату входит Алима, держа в руках большой швейный набор.

— Я нашла его! — улыбается она.

Я выдавливаю из себя улыбку, не доверяя собственному голосу.

— Милая, ты в порядке? Ты вся раскраснелась.

— Да. — Я сглатываю. — Лучше не бывает.

После того как мы с Кэт приготовились у меня дома, за нами заехали Мейтленд и Брэндон. Отец Мейтленда любезно предложил подвезти нас на бал, а после забрать. Мы протиснулись поближе друг к другу, чтобы сфотографироваться перед домом, и рассмеялись, когда Алима расплакалась от того, какая Кэт красивая.

— Ты выглядишь потрясающе, — шепчет мне на ухо Брэндон. Он берет меня за запястье и надевает браслет-корсаж, утопающий в белых лилиях и гипсофиле.

Мой папа прочищает горло.

— На расстоянии Библии друг от друга, сынок.

— Пап, прекрати, — ворчу я.

Он ведь даже не верующий.

Мы забираемся в машину, и, когда я выглядываю в окно, то вижу красный «Корвет», припаркованный на подъездной дорожке Кингов. Счастливая четверка уже забилась внутрь, и из динамиков на всю мощь орет музыка.

Кэт сжимает мою руку.

— Сегодня будет так весело!

Я сжимаю её руку в ответ.

— Еще бы.

Я не любительница школьных танцев, но даже мне приходится признать, что комитет по оформлению превзошел сам себя. Прежде скромный спортзал превратился в яркий, сказочный мир. Красная ковровая дорожка ведет нас к входу, уводя прямо в разинутую пасть Чеширского кота. С потолка свисают разноцветные фонари, а стробоскопы окрашивают спортзал в яркие неоновые цвета. Я машу знакомым учителям, которые вызвались помочь на стойке регистрации и раздаче еды. Здесь даже мистер Мойнихан, и я уверена, что не по своей воле. На нем фиолетовый костюм и цилиндр с целой падающей башней из чайных чашек. Не похоже, что он в восторге.

— Привет, Мара. Привет, Кэт. Девочки, вы прекрасно выглядите сегодня.

Миссис Шеннон, наша учительница алгебры, улыбается, отмечая наши имена в своем планшете и забирая билеты.

— Спасибо, миссис Шеннон, — отвечаем мы в унисон.

Кэт берет меня под руку, увлекая внутрь.

— Пошли скорее, я хочу танцевать!

Я хватаю стакан пунша со стола с угощениями и осушаю его одним глотком, молясь, чтобы какому-нибудь бунтующему ученику удалось незаметно плеснуть в чашу каплю жидкой храбрости.

Танцевать на людях не так уж плохо, когда вокруг тебя полно народа, окутанного полумраком. Мы вчетвером образуем свой маленький уединенный круг, дергаясь вообще без какого-либо умения, и, к моему удивлению, мне это чертовски нравится. Мы как раз изображаем свою версию «волны», когда из динамиков раздается громкий голос, сообщающий, что сейчас будет объявлена праздничная свита. Девчонки визжат направо и налево, пока мы все отходим к краям спортзала, освобождая место для номинантов в центре. Директор Сакс, обычно крайне серьезный мужчина, стоит посреди зала в камзоле Безумного Шляпника и оранжевом парике.

— Тише. Тише.

В зале воцаряется тишина. Он достает из кармана камзола черный конверт.

— Начнем с девятого класса. Вашими представителями в свите праздника от девятиклассников стали… Кэтрин Кинг и Мейтленд Браун!

Толпа взрывается криками. Кэт смотрит на меня округлившимися глазами, пока я прыгаю от радости и кричу. Она и понятия не имеет, как сильно её все любят, и именно поэтому она заслужила быть в этой свите. Мейтленд берет её за руку и ведет в центр спортзала, где волонтер надевает на них ленты и вручает Кэт одну красную розу.

— Двигаемся дальше. Вашими представителями в свите праздника от десятого класса стали… Саша Бейкер и Эмброуз Кинг!

По всему спортзалу разносится визг, пока Саша шествует в центр, уже протягивая руки к своей ленте. В своем светло-голубом мини-платье и белых шпильках она выглядит точь-в-точь как Алиса, вокруг которой и строится вся наша тематика. Эмброуз присоединяется к ней, благодаря парня, который передает ему ленту. Его волосы аккуратно подстрижены и идеально уложены — полная противоположность тому хаосу, который я видела у него на голове утром. Он чертовски хорош в бордовом костюме и умудряется как-то прилично выглядеть даже в этой кошмарной радужной бабочке. В груди резко покалывает. Я больше не могу смотреть на то, какими раздражающе идеальными выглядят Эмброуз и Саша.

Я приподнимаюсь на цыпочки, чтобы дотянуться до уха Брэндона, и кричу, перекрывая визг в зале:

— Я, пожалуй, сбегаю за пуншем!

Он растерянно оглядывается на свиту в центре.

— Хочешь, я пойду с тобой?

— Нет, оставайся. Я быстро!

Я выбираюсь из толпы, ища спасения в тихом, пустом коридоре. Несколько учителей болтают между собой, а я снова наливаю себе пунш, пока внутри объявляют остальных представителей праздничной свиты, а также короля и королеву бала. Пользуясь затишьем, я выскальзываю через одну из задних дверей во внутренний дворик.