Лимонад

Глава 13

Зрелище поля битвы после боя достаточно, чтобы внушить государям любовь к миру и ужас перед войной.

Несколько минут они оставались на земле, не двигаясь. Анна лежала под ним и тихо дышала, не плача. Кристофер лежал сверху, пытаясь успокоить свое взбудораженное сердце. Он знал, что она не могла пошевелиться, ощущая ее жар; под собой он чувствовал невинное тело, которое он изнасиловал. Он глубоко вздохнул и сел. С некоторой неловкостью он поправил брюки и прикрылся.

Он посмотрел на девушку, тихо дышавшую рядом с ним. Она лежала вытянувшись, ее юбка была задрана, а сама она была испачкана, с кровью на платье и коже. Ее тело было обнажено жестокостью, и он видел, как ее грудь медленно поднимается и опускается. Она прижалась одной щекой к земле, как будто не стоило труда даже поднять голову. Он взял юбку за подол и, медленно потянув ее вниз, прикрыл ее израненное тело. Она не отреагировала. Кристофер хранил молчание, не в силах сказать ей хоть слово. Тишина поражала после тех ужасных криков; эта страшная битва казалась далеким сном в меркнущем свете дня.

Казалось, Анна больше никогда не пошевелится и ничего не скажет; однако она внезапно заговорила. В тишине сада, невероятно ясным голосом она спросила:

— А теперь ты меня убьешь?

Кристофер был настолько ошеломлен, что несколько мгновений даже не мог открыть рот.

— Убить тебя? Конечно же нет, — ответил он, проведя рукой по волосам. — Естественно, я женюсь на тебе.

Словно мертвая, она не двигалась; затем она бессвязно засмеялась высоким, безумным смехом, который пугал даже больше, чем ее недавние крики.

— Убейте меня, сэр, потому что я никогда не выйду за вас замуж, а если вы оставите меня в живых, то умрете вы, от моей руки.

Она оперлась ладонями о землю и подтянулась, встав на колени. Казалось, без малейших усилий она поднялась на ноги и повернулась к нему спиной, но Кристофер заметил ее сжатые кулаки, когда она проглотила свою боль, чтобы не показать слабость.

Он тоже встал.

— Тебе никогда не удастся убить меня, Анна, — спокойно объяснил он ей. — И тебе придется выйти за меня замуж. У тебя нет другого выбора.

Она резко обернулась и нанесла ему такую сильную пощечину, что даже он не успел ее предвидеть.

— Не смейте называть меня по имени! Я не хочу слышать, как вы произносите мое имя! Не смейте больше никогда!

Кристофер выпрямил голову и посмотрел на это избитое, исцарапанное лицо. Капля крови оставила красную линию на ее щеке, разделяя ее надвое, словно разбитую тарелку.

Он кивнул головой и повторил:

— Вам придется выйти за меня замуж, мисс Чемпион. У вас нет никаких альтернатив.

Анна сделала несколько шагов прочь от него, пока не добралась до дерева. Однако она не стала к нему прислоняться, а встала прямо и посмотрела ему в глаза.

— Я предпочитаю умереть, — ответила она с ничего не выражающим взглядом.

Ее заявление было настолько ясным — эта альтернатива была бесконечно лучше, чем брак с ним, — что он почувствовал, как ярость, которую он только что усмирил, снова начала закипать внутри него.

— Неужели? — холодно спросил он ее. — Я полагал, вы нежно заботитесь о своей семье. Неужели вы оставите их на произвол судьбы?

Ее глаза широко раскрылись, и она, казалось, пришла в себя. Неумолимо Кристофер продолжил:

— Возможно, вы думаете, что о ваших близких позаботится ваш жених. Вы не берете в расчет, что как только я сообщу ему об этой… вещи… он вызовет меня на дуэль, если он мужчина. И не сомневайтесь: я изрублю его на куски.

Встревоженная, Анна посмотрела на него.

— Мой… жених?

— Если у вас есть жених, — сказал он, поправляясь. Боже правый, только этого не хватало, чтобы она догадалась, что он шпионит за семьей ДеМерси. С этой девчонкой он совершал одну ошибку за другой. — Если вы назовете мне его имя, я смогу…

— У меня нет жениха! — расстроенно закричала она. — Вы не должны никому ничего говорить! Никто не должен знать…

— Все узнают, если вы будете упрямиться, — рявкнул он на нее. — Я сам расскажу вашему отцу. Он не выглядел здоровым, когда я видел его несколько дней назад, но вы, безусловно, знаете об этом лучше.

— Нет! Вы этого не сделаете! Если вы посмеете, я… я донесу на вас, и вас повесят, вы же знаете!

— Вы живете в сказке, мисс. Это будет мое слово против вашего, и будет очень легко найти кого-то, готового поклясться, что вы вряд ли добродетельная женщина, будьте в этом уверены. Теперь вы больше не девственница. Любой мог бы прийти на суд и подтвердить, что имел с вами связь. Думаю, все это будет весьма неприятно для вас, а также для вашего отца.

— Н-никто… Никто такого не скажет…

— Вы понятия не имеете, на что готовы пойти люди ради денег. — Голос Кристофера стал низким и ласковым. — Вы действительно хотите увязнуть в такой трясине? Жизнь и так сложна. Не знаю, слышали ли вы о пожаре прошлой ночью, который сжег поля на западном берегу реки, в сторону Андерхилла. Пожары в сельской местности вспыхивают с такой прискорбной частотой, не находите? Надеюсь, этого никогда не случится с вашим домом, мисс Чемпион.

Она прижала руку к животу, словно получив удар под дых.

— Как… как вы могли? — Слезы, которые, казалось, никогда уже не вернутся в ее высохшие глаза, снова покатились по щекам, смешиваясь с кровью и грязью.

— О, ну только не начинайте снова хныкать! — рявкнул он.

Это окончательно сломило ее. Мир был слишком уродливым местом, чтобы на него смотреть, и она закрыла глаза рукой.

— Зачем вы хотите жениться на мне силой, сэр? Я никому ничего не скажу — никто никогда не узнает — но я не могу выйти за вас замуж, умоляю. Вы уже… — она осеклась, не в силах продолжать. Она сглотнула, и ее губы искривились в судороге. — Почему вы меня так ненавидите?

(Почему ты ее так ненавидишь, Кристофер?)

Наступила минута молчания.

— Я вас не ненавижу, — наконец ответил он. Это правда, он злился на нее, даже сейчас. В его груди кипела неконтролируемая ярость, которую он не мог утолить, потому что эта девчонка была такой чертовски… такой чертовски… О черт, он и сам не знал почему. Тем не менее он женится на ней любой ценой. Решение было уже принято, поскольку порыв присвоить ее…

(Изнасиловать ее, Кристофер. Ты ее изнасиловал.)