Страница 21 из 53
— Хорошо, – наконец сказал он, – давайте я расскажу вам все, что знаю. В общем, так. Маргарита пришла в нашу поликлинику после окончания медицинского университета. Сначала медперсонал относился к ней с настороженностью: все-таки только что выпустилась, опыта практически никакого. Но Белодворчикова сразу зарекомендовала себя как старательный и внимательный педиатр. Она постоянно обращалась к более опытным врачам, уже имеющим порядочный стаж работы. И с больными Маргарита тоже смогла найти общий язык, маленькие пациенты-малыши к ней тянулись. В общем, уже совсем скоро Белодворчикова стала частью нашего коллектива. А потом мы взяли в штат Елизавету Солодовникову. Вот тогда-то все и началось. До меня стали доходить слухи, что Солодовникова по-хамски ведет себя с сотрудниками поликлиники: грубит, обрывает. Причем всех без исключения: и младший персонал, и уборщиц, и врачей. Она могла на ровном месте оскорбить своих возрастных коллег, повысить голос, да просто наорать. И ко мне стали приходить сотрудники и рассказывать о совершенно невыносимом характере Солодовниковой. А когда я сделал Маргариту заведующей педиатрическим отделением, Солодовникова сконцентрировала свои нападки на ней. Для Солодовниковой это был страшный удар, ведь она добивалась именно этой должности. Но, взвесив все за и против, я пришел к выводу, что с таким мерзким характером Солодовникова не может возглавлять отделение. Она вела себя очень высокомерно, а в обращении часто допускала фамильярность. И всячески подчеркивала свою исключительность. Ну, и как я уже сказал, начала всячески донимать Белодворчикову. Правда, узнал я об этом не сразу. И очень жалею до сих пор, что дело зашло так далеко, что Маргарите пришлось увольняться. А если бы я вовремя заметил, что происходит между ними, и приструнил бы Солодовникову, то, думаю, Белодворчикова осталась бы с нами. Но..
Антон Владимирович помолчал.
— Понимаете, Татьяна Александровна, эта дама изощренно клеветала на Маргариту, придумывая всякие небылицы. То она припишет Маргарите опоздание на пару минут, то сочинит, что Белодворчикова якобы перепутала карты пациентов, а то и вовсе их потеряла.
— Но ведь можно же было вывести эту Солодовникову на чистую воду, разве нет? – возразила я.
— Это было не так-то просто сделать, Солодовникова ведь далеко не глупая. Она тут же начинала оправдываться и утверждать, что, оказывается, больничные карты уже нашлись, их просто по ошибке переложили в другую ячейку в регистратуре. Ну, и на все остальное у Солодовниковой тут же находились ответы. Короче, я уже нисколько не сомневался в том, что Солодовникова открыто травит Маргариту, – сказал главврач.
— И вы что-то предприняли? – спросила я.
— Поскольку, как я уже сказал, все выпады Солодовниковой против Маргариты доказать было невозможно, эта дама очень изощренно изворачивалась, то я сказал Елизавете, что объявлю ей выговор за создание нездоровой обстановки в коллективе. Сказал, чтобы она прекратила заниматься сплетнями и наветами.
— И как? Это подействовало? – поинтересовалась я.
— Ну.. как сказать. На некоторое время Солодовникова притихла. Но потом опять взялась за свое. И привязалась к Маргарите прямо в конференц-зале. Тогда я решил поговорить с Белодворчиковой, – сказал Антон Владимирович.
— С Маргаритой? А не логичнее ли было поговорить с Солодовниковой? – я с изумлением посмотрела на мужчину.
— В сложившейся ситуации – нет! – отрезал главврач. – Во-первых, я был уверен, что мои слова отскочат от Солодовниковой, как от стенки горох. А во-вторых, Солодовникова и так каждый день приходила ко мне в кабинет со своими россказнями, – объяснил он.
Я внимательно слушала.
— Так вот, – продолжил Сидоров. – Я пригласил в свой кабинет Маргариту и сказал, что есть возможность перейти на работу в недавно открывшийся филиал нашей поликлиники. Но Белодворчикова написала заявление об увольнении по собственному желанию. Она сказала, что совершенно измотана и не в состоянии продолжать работу. К тому же все равно уходит в декрет, а в недавно открывшемся филиале кому-то надо работать.
— И вы? – я вопросительно посмотрела на мужчину.
— И я ей его подписал. А что мне оставалось делать? Я не мог удержать Маргариту насильно. Я сказал ей, что если она передумает, то я приму ее на работу в любое время. И в основную поликлинику. И в филиал, – сказал главврач.
— Понятно, – кивнула я. – Однако вы, Антон Владимирович, могли бы предложить перевод в филиал Солодовниковой. Все-таки Маргарита пришла на работу в поликлинику раньше, чем эта интриганка.
— Да, я тоже считаю, что было бы справедливо, если бы Солодовникова покинула основную поликлинику и перешла в филиал. И я предложил такой вариант Елизавете, – сказал главврач.
— И что же? Что она вам ответила? – спросила я.
— Она отказалась. Потому, что от филиала до дома ей было далеко добираться. В общем, когда Солодовникова наконец-то избавила нас от своего присутствия, когда она уволилась, я позвонил Маргарите и попросил ее вернуться в поликлинику. Но она отказалась. Объяснила, что у нее маленький ребенок, она учится на курсах и собирается работать косметологом.
«Значит, Елизавета Солодовникова намеренно изводила Маргариту, – подумала я. – Может быть, Елизавета была такой по характеру? Может быть, она просто не могла обходиться без того, чтобы кого-то травить, цепляться и интриговать? И, возможно, не будь Маргариты, Солодовникова нашла бы себе другую жертву, как знать».
— Скажите, а можно узнать адрес проживания этой ядовитой дамы? – спросила я. – Я имею в виду Елизавету Солодовникову.
— У меня нет таких сведений, Татьяна Александровна. Но вы можете узнать координаты Солодовниковой в отделе кадров. Скажите, что к ним вас направил я. Если что – переадресуйте их ко мне, – сказал главврач.
— Спасибо, Антон Владимирович, – сказала я, вставая.
— Татьяна Александровна, – окликнул меня Сидоров, когда я была уже у двери.
— Да?
— Скажите, а как сейчас чувствует себя Маргарита? – спросил мужчина.
— Скорая после нападения отвезла ее в больницу. Там ее обследовали, к счастью, все обошлось, ничего серьезного. Но ей все-таки посоветовали остаться на несколько дней. Но Маргарита не послушалась и ушла из больницы, – сообщила я последние сведения.
— А.. что с дочкой? Ее уже нашли? – задал следующий вопрос главврач.
— К сожалению, пока еще нет, не нашли, – сказала я.
— Татьяна Александровна, вас не затруднит сообщить мне о том.. ну, в общем..
Мужчина замялся.