Страница 38 из 74
— Хорошо. Я выполню вашу просьбу, даже если великий визирь Лачанги будет против. Но с одним условием: вы прямо сейчас честно расскажете мне, что произошло в доме князя Долгорукова.
— Но, Ваше Величество… — запротестовал прокурор.
— Молчите, — властно оборвал его император.
Показания Хазима Аль‑Вафи не понравились прокурору, а Михаил Долгоруков побелел от ярости.
Когда меня официально признали невиновным и судья объявил, что заседание окончено, Долгоруков подошёл ко мне.
— Тебе удалось выкрутиться, — выпятив подбородок, сказал он. — Но не радуйся раньше времени. Ты довёл моего дядю до смерти, и это клеймо ты будешь носить всю жизнь.
Не дождавшись моего ответа, он резко развернулся и вышел из зала заседаний.
Наблюдавший за этой сценой император лёгким кивком подозвал меня.
— Александр Васильевич, я хочу поговорить с вами наедине.
Мы уединились в совещательной комнате. Его Величество рассеянно посмотрел в окно, затем повернулся ко мне.
— Надеюсь, вы понимаете, что я был обязан арестовывать и судить вас, — прямо сказал он. — Законы Империи едины для всех. Но вы предоставили убедительные доказательства вашей невиновности, и они меня полностью устраивают.
— Благодарю вас, Ваше Величество, — ответил я.
— Ваш дядя возвращается в столицу, — сменив тон, вздохнул император. — Великий Визирь больше не желает видеть его послом в своём городе. А ведь Ярослав Игоревич просто выполнял мой приказ. Что вы об этом думаете, Александр Васильевич?
— Мой дядя воспользовался вашим приказом, чтобы свести личные счёты, — ответил я. — И Великий Визирь это прекрасно понял.
— Счёты… — задумчиво повторил император. — Если бы вы только знали, как мне надоела эта аристократическая грызня. Как видите, даже ваш род она не миновала. Ну и что мне делать с вашим дядей, чтобы он вконец не озлобился?
— Не знаю, — честно ответил я. — Только дядя может решить, злиться на меня или нет. Ваше вмешательство здесь не поможет.
— В том‑то и дело, — согласился император. — Нельзя взять и приказать человеку перестать ненавидеть ближнего своего.
Он резко махнул рукой.
— Ладно, не берите в голову. Я что‑нибудь придумаю. Хорошо, что с нелепым обвинением против вас покончено. Имейте в виду, вы по‑прежнему мой личный советник по вопросам магии.
— Благодарю вас, — улыбнулся я. — Скажите, Ваше Величество, завещание князя Долгорукова уже вскрыто? Вам известно, кто будет его наследником?
— Князь Долгоруков завещал место главы рода своему племяннику, Михаилу Александровичу, — ответил император. — Я мог бы наложить вето на это решение, но не вижу смысла. А почему вы спрашиваете?
— Я хочу присутствовать на официальном утверждении Михаила Александровича в качестве главы рода Долгоруковых. Это возможно?
— Думаю, да, — удивлённо кивнул император. — Но для чего вам это нужно? Вам мало сегодняшнего разговора?
— Я не верю, что князь Долгоруков покончил с собой из мести, — сказал я. — Должна быть другая причина. Я надеюсь её найти.
— Будьте очень осмотрительны, Александр Васильевич, — нахмурился император. — И с любыми предположениями в первую очередь идите ко мне.