Паук

Он проходит через коридор, ещё раз окидывает взглядом общий зал, где сотрудники суетливо готовились к завтрашнему открытию, и кивает охране, предупреждая о своём уходе. Хэймин толкает входную дверь, вдыхает полной грудью вечернюю прохладу и идёт к своей машине, садясь в непрогретый салон и заводя мотор. Трогаясь с места, «порше» выезжает на проезжую часть и вливается в поток машин, растворяясь среди них. Сегодня у Ян Джи был выходной, и Хэймин следует по уже выученному маршруту, доезжая до знакомой многоэтажки и паркуясь во дворе.

Он набирает код домофона, поднимается на нужный этаж и нажимает на кнопку звонка. С привычно уложенными волосами и одетый с иголочки — никто и не подумает, что ещё утром его рука без содрогания нажимала на курок пистолета, отнимая жизни, а сам он потом потратил уйму времени, чтобы отмыться от засохшей крови. Открывшая ему дверь Джия не знала и о половине того, что происходило в жизни Хэймина, с улыбкой пропуская его в квартиру и уходя на кухню наливать чай.

— Я не ожидала, что ты сегодня приедешь, — говорит она, дожидаясь, когда Хэймин помоет руки в ванной и появится в дверной арке.

— Появилась возможность заехать к тебе, — садится он за стол.

— Голодный?

— Заедем попозже поужинаем, — говорит Хэймин, беря в руки поставленную перед ним кружку со свежезаваренным чаем.

— Опять в тот пафосный ресторан в центре?

— Куда захочешь, — ловит он чужой весёлый взгляд.

— Тогда поехали в закусочную на углу, — улыбается Джия, видя, как в тёмных глазах проскальзывает удивление.

— В закусочную? Джия, я, конечно, не против, но…

— Ты бы видел сейчас своё лицо, — не сдерживает она смешка. — Ладно, поехали в какой-нибудь японский ресторан.

— Может, лучше в корейский или итальянский? — предлагает Хэймин, немного морщась при воспоминаниях о японцах.

— Можно и туда, — не спорит Ян Джи.

Они сидят за чаем ещё какое-то время, поддерживая непринуждённый разговор, Джия рассказывает о своём последнем пациенте, а Хэймин играет в гляделки с трущейся об его ноги кошкой, оставляющей на ткани дорогих брюк свою шерсть. Не сказать, что он любил кошек, но ничего против них не имел. Определённо не самый худший вариант для домашнего питомца.

— Ты ей нравишься, — говорит Джия, замечая интерес Орешек к ногам Хэймина.

— Скорее, ей просто негде скинуть свою шерсть.

Ян Джи не сдерживает улыбку и наклоняется, чтобы провести ладонью по спине кошки.

— Твои брюки нужно чистить, — заключает она, с сожалением смотря на штаны Хэймина.

— Ерунда.

— Мне неловко смотреть на то, как твой дорогущий костюм превращается в шерстяной ковёр. У тебя вообще есть простая одежда?

— Есть. Для спорта и для дома.

— А чтобы выйти, ну, скажем, в магазин? — ловит Джия его взгляд.

— Обычно в магазин ходит моя домработница. Но иногда я заезжаю по пути в ближайший супермаркет.

— Ну конечно, у тебя есть прислуга, я должна была сразу подумать об этом, — усмехается она.

— Только домработница, — уточняет Хэймин. — Иногда я и сам занимаюсь домашними делами, но обычно у меня не хватает на это времени.

Ян Джи слабо улыбается и кивает, обхватывая свою кружку с чаем двумя ладонями.

— А я периодически прошу присмотреть за Орешек соседку, когда остаюсь на ночные дежурства. Не знаю, чтобы я без неё делала, — растягивает губы в тёплой полуулыбке Джия.

— Ты могла бы переехать ко мне, и твоя кошка всегда была бы под присмотром, — неожиданно говорит Хэймин, и Ян Джи замирает, пытаясь убедиться, что ей не послышалось.

Они не говорили об этом, как и о том, что между ними происходило. Хэймин приезжал к ней на работу и увозил в какой-нибудь ресторан ужинать, реже — заезжал к Джии домой или отвозил к себе, оплачивал все их совместные выходы куда-либо и жадно целовал до белых мушек перед глазами, непременно потом долго лаская своими большими горячими руками или ртом. К последнему Джия не могла привыкнуть до сих пор, каждый раз умирая от переполняющих её тело и душу стыда и удовольствия. Хэймин мастерски играл на ней, задевая нужные струны и заставляя выгибаться в своих руках, и всё это совершенно не походило на то, что было у них с Лу Файцзи.

— Переехать к тебе? — моргает Джия, удивлённо смотря на невозмутимого Хэймина перед собой.

— Да. В моём доме достаточно места и для тебя, и для твоей кошки.

— Хэймин… Не слишком ли это… быстро? — пытается подобрать нужные слова Ян Джи.

— Я хочу, чтобы ты была рядом. Учитывая всё, что произошло с тобой в последнее время, так было бы безопаснее для тебя.

— Думаешь, я всё ещё могу быть чей-то целью? — напрягается Джия.

— Конечно. Люди, на которых мы вышли, просто так не отступают. Не после того, как мы побывали в доме одного из членов якудза. Я бы советовал тебе на всякий случай проверить квартиру.

В голове тут же всплывают картинки произошедшего в доме: испуганная женщина, её отрезанное ухо и бесконечный страх в глазах, и в груди расползается липкий холод.

— Что ты имеешь в виду? Думаешь, где-то здесь могут быть жучки?

— Не исключено. Триада уничтожила тех, кто стоял за случившимся с твоим другом, и причастных к этому, но нет никаких гарантий, что на этом всё закончится.

Лицо Хэймина и голос остаются спокойными, а Ян Джи неуютно ёжится, пытаясь унять окутывающее её волнение.

— Не переживай, Джия, я смогу тебя защитить, где бы ты ни была, но мне бы очень хотелось делить с тобой не только постель, но и одну крышу над головой. Это логичное продолжение наших встреч. Или тебе больше нравится секс без обязательств?

— Боже, Хэймин, это не то, что я хотела сказать, — чешет бровь Джия, переставая думать о бродящих где-то кровожадных якудза и переводя озадаченный взгляд на остывающий чай в своей кружке.

— Можешь подумать. Дашь ответ позже.

Ян Джи знает, что означает «позже» в понимании Хэймина: думай, но не слишком долго. У неё было в запасе пару дней, но не больше. Голова ощущается чугунной из-за ворошащихся в ней мыслей и непроходящего беспокойства, и Джия чувствует, как начнёт загонять себя в угол, если не сменит обстановку и не отвлечётся прямо сейчас.

— Мы всё ещё едем ужинать? — спрашивает она, переводя тему, и Хэймин с усмешкой принимает её уловку.

— Конечно. Собирайся.