Паук

Глава 2

Висящее над головой серое небо, прибитые к асфальту листья, вчера мокрые от дождя, а сегодня уже заледеневшие от первых заморозков, и пробирающий насквозь холод. Тусклое утреннее солнце, проскальзывая сквозь полотна туч, заглядывает через стеклянные панели окон в холл, заставляя отбрасывать напольные кадки с цветами тени. Центральная городская клиническая больница, белая и носящая на своём фасаде большие панорамные окна, казалась сейчас самым светлым пятном среди мрачных домов и тёмных, скинувших почти все свои листья деревьев.

Спешащие на работу люди, сигналящие в утренней пробке машины и на ходу взятый в ближайшей кофейне кофе. Фа Чжун всегда нравилось наблюдать за этой утренней суетой, особенно когда тебя самого она не касалась. Прошедшее ночное дежурство оставило после себя усталость и окутывающую с ног до головы сонливость, и, заходя в ординаторскую, Чжун уже знает, что заварит себе давно ставший привычным по утрам кофе, сдаст смену и закажет такси прямо до подъезда дома, потому что добираться своим ходом на метро в такую погоду совсем не хочется.

Плюхаясь на диван с кружкой дымящегося кофе из пакетика, она устало облокачивается на подлокотник и переводит взгляд на машины и людей за окном. Пасмурный Шанхай сегодня, кажется, выглядел ещё мрачнее, чем обычно, а застрявшие в пробке машины нетерпеливо сигналили по поводу и без. Вот уже пару месяцев, как Чжун тоже подумывает получить права и обзавестись собственной машиной, но где бы ещё найти на это время, если с утра до вечера пропадаешь на работе, а дома хватает сил только на то, чтобы принять быстрый душ и лечь спать. Работа врача всегда была напряжённой, но устроившись работать сюда, в самый большой медцентр в Шанхае, и практически поселившись в этих стенах, она поняла, насколько сильно ошибалась, потому что быть врачом — это не работа, а образ жизни.

— Привет, — раздаётся голос после звука открывающейся двери.

Ло Чэнг, их заведующий хирургией, мягко проскальзывает в комнату, и Чжун улыбается двум стаканчикам с кофе у него в руках.

— Привет, — кивает она, показывая свою кружку.

— Вот же ж, — усмехается он, приземляясь рядом на диван. — Так и знал, что нужно было брать эклеры. Ты ведь только с дежурства? Не завтракала ещё?

— Не завтракала, — мягко улыбается она и ставит на журнальный столик свою кружку. — Капучино с фисташковым сиропом?

— Ага.

— Я, пожалуй, поменяю свой порошковый кофе на твой, — протягивает она руку, и Чэнг с тёплой усмешкой отдаёт ей один из стаканчиков.

— Как прошло? — интересуется он, делая глоток из оставшегося у него в руке стакана — Чжун точно знает, что там американо со льдом.

— Спокойно, — вытягивает ноги она. — Женщина с пневмонией и неудачно поскользнувшийся на лестнице мужчина с сотрясением. А у тебя как ночь?

— Проспал десять часов и всё равно не выспался, — не сдерживает он смешка, и Чжун понимающе улыбается.

— Меньше нужно пить кофе, — усмехается она.

— Так я же только с тобой его пью, — возмущается Чэнг, отвлекаясь на звонящий в кармане мобильник. — Извини. Да? Когда привезли? Понял, иду.

— Вызывают? — делает ещё глоток кофе Чжун, смотря на немного печальное лицо Чэнга.

— Да, извини. Привезли женщину, похоже, требуется операция.

— А другие хирурги? — вопросительно смотрит она.

— Экстренный случай, нет времени, — объясняет Чэнг, хотя Чжун и так прекрасно понимает, как всё работает.

— Удачи, — тепло улыбается она, и Чэнг, ставя на стол свой так и не допитый кофе, улыбается ей в ответ, поднимаясь с места, и, на ходу набирая чей-то номер, выходит из комнаты.

Она переводит уставший взгляд на часы, которые показывали почти девять утра, и делает ещё глоток кофе. Чэнг никогда не ленился заходить за хорошим кофе в кафе рядом с их центром, и Чжун думает, что в следующий раз обязательно испечёт его любимые печенья с шоколадом в благодарность. Ло Чэнг был хорошим врачом и не менее хорошим человеком, и, возможно, у них даже могло бы что-то получиться. Чжун улыбается этим мыслям и цепляется взглядом за очередную проезжающую мимо машину. Ей определённо нужна была своя собственная.

Допивая кофе, она смотрит на оставшийся стоять на столе стакан Чэнга и берёт его в руки, впитывая в ладони тепло. Это неспешное утро оседало в груди приятным чувством уюта, и Фа Чжун уже представляет, как доберётся до дома, хорошенько выспится, а завтра с утра не поленится зайти в ту милую кофейню за углом за американо со льдом — вот Чэнг будет приятно удивлён! Улыбаясь своим мыслям, она поднимается с дивана и, пребывая в отличном настроении, начинает собираться.

***

— В операционную её! Быстро! — жестикулирует Ло Чэнг, ловя взгляд везущих каталку медбратьев. — Звони доктору Ли и доктору Ян, — отдаёт он распоряжение семенящей рядом с ним ассистентке.

— Уже, — мгновенно отзывается девушка, сверяясь с какими-то документами в её руках.

Ло Чэнг был практикующим хирургом вот уже более пятнадцати лет, а заведовал отделением хирургии почти семь лет и повидал за это время многое, но с тем, что предстало перед ним сейчас, сталкивался впервые.

— Где анестезиолог?! — смотрит он по сторонам.

— Уже вызвали! — взволнованно отвечает ассистентка.

— Скорее, скорее!

Спешащие ему навстречу экстренно вызванные доктора на ходу поправляют халаты и надевают на лицо медицинские маски, практически переходя на бег. Ло Чэнг встречается с ними взглядом, молча кивая, и вместе с ними спешно заходит в операционную. Они проводят над операционным столом несколько непростых часов, прежде чем выпускают хирургические инструменты из рук, выходя в коридор и устало опускаясь на диван рядом с автоматом с кофе. Ло Чэнг смотрит на проводящего по лицу рукой Ли Сяовэя, переводит взгляд на устало прикрывающую глаза Ян Джи и наконец-то позволяет себе выдохнуть. Только что они несколько часов подряд буквально по частям собирали женщину на их операционном столе, сделав всё, что можно, и теперь должны были только ждать, как отреагирует на проведённую операцию её организм.

— Вы видели когда-нибудь подобное?... — смотрит стеклянным взглядом перед собой Ли Сяовэй, всё ещё переживая увиденное в операционной. — Её… как будто разобрали по запчастям? Как вообще можно было удалить из одного человека столько органов?

— Лучше спроси, как она жила всё это время, — трёт виски Ло Чэнг. — Её раздробленные кости — меньшее, что ей пришлось пережить.

— Она же… выживет, да? — сжимает кулаки Сяовэй.