Паук

Он одним глотком допивает оставшийся кофе, задерживая внимание на мелькающем в окне напротив человеке, и, оставляя пустую кружку на журнальном столе, отходит к тумбочке, находя в ней оставленные для него Гюнсо ноутбук и телефон. Морщась от неприятных ощущений во всём теле, Хэймин садится на кровать и открывает ноутбук. Печатать и нажимать комбинации клавиш одной рукой было неудобно и непривычно, но он приспосабливается, заходя в одну из папок и находя там сохранённую документацию клуба. Ван Хэймин не был бы собой, если бы не подстраховывался и тут. Все заключённые за последнее время сделки, счета, финансовые отчётности и принятые поставки — Хэймин копировал на свой личный ноутбук всё. Он знает, что, возможно, это никак не было связано со взрывом, но хочет проверить каждую свою догадку. Так его и застаёт пришедший утром Гюнсо: сидящим на кровати за ноутбуком с задумчивым выражением лица.

— Как будто и не уходил, — усмехается Гюнсо, следом за которым в палату заходит Каин.

— Ты посмотри, он и здесь работает! — делает жест рукой Минги, смеясь.

Хэймин, не отрывая взгляда от экрана, делает им жест рукой подойти ближе и продолжает вчитываться в открытый документ.

— Что-нибудь выяснили?

— Да ты даже не смотришь на нас, — фыркает Минги, плюхаясь в кресло около больничной койки.

— Спецы восстанавливают записи с камер, — отвечает Гюнсо, слыша рядом вздох Каина, чьё возмущение осталось без ответа. — Руководство прислало своего человека помочь в расследовании, но ты знаешь, что это значит.

— Контролируют нас, — кривит губы Минги. — Их человек докладывает им обо всём, что происходит в клубе.

— Кого прислали? — интересуется Хэймин, не отрываясь от ноутбука.

— Змея. Ли Чэя.

Хэймин хмурится, а на его лице отражается смесь раздражения и злости. Ли Чэй был прихвостнем руководства, имея удивительную возможность отыскивать грязное бельё везде, где он окажется. Вездесущая ищейка, от которой не было спасения.

— Он будет под нас рыть, — констатирует факт Гюнсо.

— Уже скачал нашу бухгалтерию, — подтверждает Каин.

Хэймин заканчивает вчитываться в документ, закрывает ноутбук и, морщась от боли, поднимается с кровати. Хва Гюнсо прослеживает за тем, как он подходит к кухне, в полном молчании достаёт из шкафчика банку кофе и ставит кипятиться чайник. Пока Хэймин был здесь, в больнице, Ли Чэй рыскал по «Чёрному дракону», опрашивая его людей и перекачивая данные с рабочего компьютера. Весь клуб сейчас подчинялся слову Змея, и Хэймин ничего не мог с этим сделать.

— Делайте всё, что он говорит, — наливает себе стакан воды Хэймин. — Ли Чэй выполняет приказы Главы, как и все мы.

— Ты ведь знаешь его методы, он перегибает, — ловит его взгляд Гюнсо.

— Содействуйте ему во всём, — повторяет Хэймин.

— Что ты собираешься делать? — прищуривается Минги.

— Искать виновных в произошедшем.

— Мы ждём, когда закончат восстанавливать записи с камер, — говорит Гюнсо. — Нам нужны зацепки. Хоть что-то, от чего можно было бы оттолкнуться.

— Вы должны увидеть записи раньше Ли Чэя, — даёт распоряжение Хэймин.

— Будь моя воля, я бы его и на порог клуба не пустил, — фыркает Минги.

Хэймин слышит щелчок вскипевшего чайника, заваривает себе кофе и устало трёт переносицу. Он не спал ночью, вчитываясь в документацию клуба и пытаясь найти прорехи или зацепку — что угодно, что дало бы подсказку, в какую сторону им смотреть.

— Сообщите, как придут результаты записей, — садится на диван Хэймин. — И оставьте сигареты.

— Куришь даже в больнице? — усмехается Гюнсо, доставая из кармана пиджака сигареты.

— Помогает быстрее восстанавливаться, — криво улыбается Хэймин, забирая пачку.

— Ну, тогда ждём тебя в строю, — смеётся Каин.

Они прощаются, несильно, чтобы не тревожить и без того ноющее тело, хлопая Хэймина по плечу, и выходят из палаты, оставляя его одного. Хэймин вертит в руках пачку сигарет, делает глоток кофе и вновь начинает прокручивать в голове документы, что успел просмотреть за ночь. Веки ощущались тяжёлыми, а голова кипела. Ему определённо нужно было поспать. Он откладывает на журнальный стол сигареты, допивает кофе и возвращается в кровать, вновь открывая ноутбук. Сон мог и подождать. Его внутренняя чуйка подсказывала, что искать нужно было среди свежих документов, и Хэймин ей доверял. Когда он наконец-то цепляется взглядом за цифры рядом с одной из последних поставок, на город за окном уже опускались сумерки.

Отправленная в Афганистан партия наркотиков, часть суммы за которую была проведена через стороннее заведение. Хэймин всегда просматривал все отчётности и контролировал каждую поставку, но эту не помнил. Он не заключал этот договор и уж точно не ставил свою подпись ни на одном из документов, а значит, кто-то сделал это за него. Днём отправки значилась завтрашняя дата, а местом — принадлежащий триаде порт. Он берёт телефон, тут же набирая одному из своих людей, и диктует название числящейся в документе компании, давая распоряжение пробить её. Кто-то пытался его подставить, и нужно было вычислить его имя раньше, чем отправка партии состоится.

Раздающийся рядом звук звонка вырывает из мыслей, а голос на той стороне трубки сообщает, что сторонней компанией, фигурирующей в платёжном документе, была «Акидзава Групп», принадлежащая Са Рёдзе. Хэймин отключается, тут же звоня Гюнсо и передавая ему информацию, на что тот чертыхается сквозь зубы и, принимая указания, сбрасывает вызов. У них оставалось мало времени, но теперь хотя бы было понятно, где искать. Ван Хэймин родился чёртовым везучим ублюдком, иначе как объяснить, что он нашёл документы именно сейчас, за сутки до отправки партии, после которой его обвинили бы в отмывании и краже денег, а взрыв в клубе объявили бы попыткой скрыть это.

Са Рёдзе был прямым конкурентом, мечтающим забрать себе часть Западной территории и все примыкающие к ней торговые точки, и сотрудничать с ним означало предать своих. Это не первый раз, когда японцы копали под Организацию, но первый, когда попытались убрать лично Хэймина. Предшественник Хэймина снисходительно относился к бизнесу чужаков на его земле, позволяя им торговать на принадлежащих триаде точках, Ван Хэймин же отменил эту договорённость сразу, как занял своё место, возвращая отданный район их людям.