Паук

Хэймин помнил, как Рёдзе пытался купить украденную у одного из клубов информацию и как продажный Да Чжэй был готов сдать все их поставки за лишнюю сотню баксов. Ни предшественника Хэймина, ни Да Чжэя уже не было в живых, а теперь следом за ними на тот свет отправится и Рёдзе. Его план был хорош, но он явно недооценил предусмотрительность своего оппонента. Недооценил Ван Хэймина. Некоторые в Организации верили, что у него есть какой-то талисман, приписывая чуть ли не заговор и контракт с нечистой силой, сам же Хэймин всегда смеялся с таких домыслов и никогда не верил ни в Бога, ни в Дьявола, но, если вспомнить, сколько раз он оказывался на волоске от смерти или, казалось бы, в безвыходных ситуациях, то, пожалуй, можно было и правда подумать о божьем промысле.

Ван Хэймин однозначно не был самым хорошим человеком, да и вряд ли его можно было назвать хорошим вообще, но почему-то жизнь его любила, позволяя подниматься всё выше и выше. Хэймин знает, что ни одно везение не вечно, а белые и чёрные полосы сменяют друг друга раньше, чем ты успеваешь моргнуть. Ван Хэймин всегда рассчитывал только на себя, и, возможно, именно поэтому Фортуна и благоволила ему. Его расчётливость и дальновидность в сочетании с везением можно было считать действительно хорошей формулой успеха, которой Хэймин умело пользовался.

Телефон рядом оживает входящим сообщением, и Хэймин берёт его в руки, читая уведомление. Люди Гюнсо получили восстановленные записи с камер, а значит, дело оставалось за малым — перехватить завтрашнюю отправку наркотиков, и лучше, чтобы в этом поучаствовал лично Ли Чэй, увидев всё своими глазами и засвидетельствовав непричастность Хэймина. Он печатает Гюнсо сообщение, отдавая короткий приказ, и не сдерживает маленькой улыбки. Удача вновь была на его стороне. Не реши он посмотреть документацию и не будь настолько настойчивым, чтобы провозиться с этим всю ночь, они бы не вышли на след Рёдзе так быстро, потеряв непозволительно много времени и слишком поздно узнав о готовящейся поставке, после которой тело Хэймина остывало бы где-нибудь глубоко под землёй с пулей во лбу.

Фортуна ему покровительствовала или Дьявол — не имело значения, пока он вновь и вновь побеждал. Каин и Гюнсо сейчас просматривали восстановленные записи с камер и готовили засаду во время завтрашней поставки, на которой обязательно будет присутствовать Ли Чэй, и всё, что оставалось делать Хэймину, — ждать окончания этой операции и исполнения своего маленького плана. Змей лично станет свидетелем его непричастности, о чём, разумеется, доложит Главе, который в очередной раз лишь убедится в преданности Хэймина триаде. Идеальный расклад, который Ван Хэймина разыграет как по нотам.

Телефон издаёт новый звук входящего уведомления, и Хэймин смотрит на экран, читает сообщение от Каина и чувствует, как на губах растягивается непроизвольная ухмылка. Отправляя ответ, он откладывает телефон в сторону и достаёт из оставленной ему Гюнсо пачки сигарету, в которой уже лежала зажигалка. Закуривая, Хэймин переводит взгляд в окно и думает, что было бы неплохо принять душ и наконец-то поспать. Врачи сказали, что ему повезло, и он отделался лишь трещиной в запястье. Везучий сукин сын. Наверняка многие порадовались бы, окажись он прикованным к кровати с перебитыми костями или вообще мёртвым, но вот он жив и почти что здоров, может продолжать вести дела и совсем скоро вновь войдёт в двери «Чёрного дракона». Ван Хэймин был непотопляем, и это то, что давно пора бы усвоить каждому его союзнику и врагу.

Докуривая, Хэймин заваривает себе чай, ест принесённую ему ещё в обед персоналом больницы еду, принимает душ и чистит зубы. Тело всё ещё болело, а на коже виднелись гематомы от удара во время взрыва, но это было временным. Через несколько недель на нём не останется ни следа от произошедшего. Всё заживёт, как на собаке. Хэймин усмехается собственным мыслям, ложась в кровать, а в голове невольно всплывает образ Ян Джи. Иногда он завидовал спокойной жизни Джии, которая не сталкивалась с тем дерьмом, что видел вокруг Хэймин. Была ли её жизнь счастливой? Хэймин думает, что любое неведение является счастьем. А была ли счастливой жизнь самого Хэймина? Задумываясь об этом, он не находит ответа. В голове роится множество мыслей, а и без того тяжёлые веки смыкаются, наконец-то позволяя расслабиться.