Паук

Да Чжэй избит и лишён нескольких пальцев, валяющихся теперь под его ногами на бетонном полу, но не связан и не скован наручниками, смирно сидя под контролем парней Гюнсо. Ван Хэймин слышит его хриплый булькающий смех, смотрит, как последние остатки дыма исчезают в воздухе, со смешком выдыхает, резко разворачиваясь, и прижимает окурок к глазу Да Чжэя, вдавливая его в глазное яблоко и прокручивая. По подвалу разносится животный крик, а пухлое тело мужчины валится со стула на пол, извиваясь на грязном бетоне, пока сам он судорожно хватается руками за глаз. Каин молча достаёт из кармана пальто маленькую пачку влажных салфеток и протягивает Хэймину, который тут же берёт одну салфетку, вытирая руки. В нос проникает запах антисептика и чего-то фруктового.

— Кто был твоим покупателем? — задаёт вопрос Хэймин, комкая использованную салфетку и бросая её на пол.

Воющий от боли на полу Да Чжэй больше не извивается, замерев в одной позе и, кажется, выпав из реальности. Хэймин ловит взгляд Каина и кивает ему, на что тот тут же пинает ногой лежащего мужчину и дёргает его за воротник, заставляя принять сидячую позу.

— Кому ты продал нашу инфу? — повторяет прямо в ухо мужчине Каин, снова вздёргивая его за воротник.

— Р-рёдзе… Са Рёдзе, — захлёбывается своим болезненным стоном Да Чжэй.

— Сука, этот япошка и сюда сунул нос, — цокает языком Каин, отшвыривая от себя несопротивляющееся тело. — Я всегда говорил, что его нужно вытравить из бизнеса, как сраную крысу.

— Хэймин, у нас на него ничего нет, — вмешивается Гюнсо. — Можем предъявить просрочку процента за работу на нашей территории, но не больше.

Ван Хэймин засовывает руки в карманы, поднимая взгляд на болтающуюся на потолке тусклую лампу, и делает глубокий вдох, тут же морщась от царящего вокруг запаха затхлости.

— Перекройте выходы. Тащите всех его людей сюда, — говорит Хэймин, и Гюнсо с Каином мгновенно отдают приказ своим людям.

Стоящие по периметру комнаты парни синхронно приходят в движение, щёлкая предохранителями пистолетов, и быстро покидают подвал.

— Что ты хочешь найти? — ловит его взгляд Хва Гюнсо.

— Хочу убедиться, что всё произошедшее здесь не покинет пределы этих стен.

— Собираешься закрыть клуб? — приподнимает бровь Каин.

— Зачистить, — тянется за новой сигаретой Хэймин.

Гюнсо и Каин посылают друг другу напряжённые взгляды и следуют примеру Ван Хэймина, доставая из кармана сигареты и щёлкая зажигалкой.

— Куда вывезешь кукол? — спрашивает Каин, затягиваясь.

— В Турцию, — зажимает зубами сигарету и растирает напряжённую шею ладонями Хэймин.

— А тех, кто уже подпорчен? — облокачивается на стену Каин.

— Айболиту отправлю. Гюнсо, свяжись с ним, — переводит он взгляд на выдыхающего дым мужчину.

Хва Гюнсо молча кивает и достаёт из кармана свой телефон. Это была короткая передышка перед тем, как их люди приволокут сюда всех работников клуба, на каждого из которых нужно будет потратить время, а после — устранить и подсчитать кукол «Жасмина», распределяя сохранивших свой товарный вид на продажу в Турцию, а тех, кто стал совсем неприглядным — на органы. Следующие несколько часов Хэймин выкуривает ещё не одну сигарету и не единожды морщится от слишком громких криков, чудом умудряясь не замарать в крови свои начищенные до блеска туфли.

Он всё ещё не спал, не ел и был чертовски зол, даже не пытаясь себя сдерживать. Хва Гюнсо знает Хэймина со времён, когда тот только пришёл в «Белый пион», где сам он был начальником безопасности, а Хэймин числился в Организации всего пару лет. Молодой, молчаливый и умеющий подчищать хвосты — так его тогда описывали, и Гюнсо отлично помнит, что с Ван Хэймином никогда не было проблем. Сейчас Хэймин уже не был тем юнцом, а Хва Гюнсо теперь стоит рядом с ним плечом к плечу. Каждый из них помнит, как они встретились и как вместе прошли не через одну передрягу. Они вряд ли были друзьями и уж тем более не болтали о чём-то личном за стаканом виски, но определённо могли назвать друг друга надёжными товарищами.

— Это все? — спрашивает Каин, осматривая приведённых в подвал юношей и девушек.

— Все, кто смог идти самостоятельно, — отзывается один из его парней.

Помятые, тощие, но ещё сохраняющие свой товарный вид, все эти люди плохо понимали происходящее, боясь за свою жизнь, а кто-то был явно под дозой, не способный мыслить здраво. Восемь девушек и двое парней — неплохой улов, если их умыть и переодеть. С теми, кто был не в состоянии даже подняться на ноги, придётся сложнее, но и их можно будет пристроить на чёрном рынке.

— А сколько тех, кто не смог? — поворачивает Хэймин голову к Каину.

— Семеро. Одна явно помрёт раньше, чем закончится этот день, а у второй отрезаны все конечности, я не знаю, где мы найдём на неё таких любителей, — говорит Каин, в уме уже подсчитывая упущенную от этой партии прибыль.

— Займись этим. Реши вопрос до конца дня.

Каин понятливо кивает, бросает сигарету на пол и делает жест рукой своим людям, выходя вместе с ними из подвала. Хэймин знает его всего пару лет, познакомившись с ним на одном из заданий триады. Каин тогда здорово прикрыл его, а потом отстреливался, таща его раненого на себе. Они пересекались время от времени на общих мероприятиях, почти сразу выяснив, что совместимы в бою на сто процентов и больше, а пару месяцев назад, только заняв свой новый пост и став собирать для себя проверенных людей, Хэймин без раздумий приказал найти для него Хо Минги, которого все в Организации знали, как Каина. Хва Гюнсо и Каин были теми, кому он доверял, и каждый из них понимал, как много это стоит.

— Хэймин, мы нашли девчонку, — обращает на себя внимание Гюнсо, глядя на экран своего мобильного. — Она в центральной городской.

Ван Хэймин всматривается в лица дрожащих перед ним парней и девушек и переводит взгляд на свои наручные часы. Десять утра. Они провозились здесь почти восемь часов, и это совершенно не давало ни настроения, ни бодрости. Выжившая кукла только прибавляла проблем, и Хэймин плотно сжимает зубы, резко хватаясь за свой пистолет и выстреливая в голову до сих живого Да Чжэя. Он зол, и падающее на пол тело мужчины не вызывает ни капли облегчения. Хва Гюнсо молча окидывает взглядом оставшихся в помещении людей Да Чжэя и со вздохом отходит к стене, освобождая Хэймину место. Четыре чётких выстрела — и тела мужчин поочерёдно падают на пол, заливая своей горячей кровью грязный бетон. Хэймин очень устал и хотел разобраться со всем как можно скорее.