Страница 44 из 51
— Жаль. Значит, зря нёс дар для «Сердца леса», — с трудом прохрипел Тайлер, но с места не сдвинулся. — Мне тут не рады.
— Какой дар? — мигом оживился голос, тошнота, подкатывающая к горлу, тут же отступила.
— Да есть у меня ценность одна, но отдам, если просьбу выслушаете, — Тайлер протянул вперёд руку, раскрывая ладонь. Единственная память, оставшаяся от Ритами — её кольцо. Простенькое, из потускневшего от времени серебра, но всё же изящное, с маленьким зелёным камнем посреди. Вряд ли ювелирная лавка дала бы за него большие деньги, но ценно оно было не этим.
Ши’анари возник из ниоткуда, склонился над раскрытой ладонью, принюхиваясь. Он был немного выше Тайлера, тонкий, изящный, напоминал ожившую скульптуру древнего божества. Лицо правильное такое, красивое, без единого изъяна. Кожа ровная, белоснежная, брови тёмные вразлёт, а глаза цвета весенней травы — с яркими бликами, похожими на заблудившихся солнечных зайчиков. От висков и вниз по скулам тянулись узоры, напоминающие вьющийся плющ. Волосы чёрно-зелёные почти до земли ниспадали, из одежды — лишь струящиеся полосы ткани, щедро украшенные разными лентами, драгоценными камнями, на голове корона не то надета, не то вовсе растёт? На ветки дерева похожа, сплошь цветами да листьями украшена.
— Какие воспоминания… Эта вещь дорога тебе, шепчущийся с духами, — прошелестел хозяин леса, протягивая не в меру длинные пальцы и поглаживая украшение. Тайлер успел заметить, что ши’анари был буквально обвешан кольцами и браслетами. — Это хороший дар. Я выслушаю твою просьбу, но помогать не стану. Вечно люди меня по пустякам тревожат.
— Хорошо, — легко согласился Тайлер, передавая кольцо лесному духу и радуясь, что пока что обошлось без членовредительства. — Я люблю и уважаю это место, оно стало моим домом. А ещё я, как вы правильно заметили, вижу мир Теней и неплохо общаюсь с его обитателями. Но вот беда, очень уж не люблю, когда духов оскорбляют и принижают. Не так давно вызвали меня в деревеньку «Заозёрную», разобраться, от чего люди все померли. Думали, маги пришли в края наши или проклятие какое обрушилось, а то и вовсе хворь новая появилась. А там, как оказалось, люди перестали бояться и чтить озерного духа. Сожгли на костре его возлюбленную, ребёнка от их союза забрали. Видел я, что произошло в итоге… Никого не осталось, но и озеро теперь безжизненно, под толщей льда похоронено… До сих пор забыть не могу…
— Прискорбно знать, что один из нас покинул этот мир, — дух внимательно слушал, на бесстрастном лице не отражалось привычных людям эмоций. — Продолжай. Просьба у тебя была ко мне.
— Пришли в «Дикую Ягоду» жрецы и утверждают, что их вера самая лучшая, а богиня самая сильная, — тут Тайлер даже не врал, эти выскочки и впрямь так считали, народу в глаза говорили. — Так что ж это получается, лесные ши’анари, по их мнению, и гроша ломаного не стоят? Я слышал, как они хвастали, что защитные амулеты да руны никому не под силу сломить. Но я усомнился в их словах и считаю, что это всё ложь.
— Естественно, — покачал головой дух, в голосе проскользнули нотки недовольства.
— Вот и я о чём. Но не все согласны с их мнением, вот они и поймали того человека, который усомнился в правильности слов служителей света, замучили до полусмерти, в клетку посадили и решили сжечь завтра поутру. А дрова они где брать будут? Из того же леса, который ни капли не уважают.
— Чего ты хочешь? — лицо ши’анари потемнело от гнева, впервые выражая столь яркую эмоцию. Тайлер выбрал правильную тактику. Нет никого прекраснее и сильнее духов, а место их обитания — священно. Так думают они сами, поэтому не стоит их разуверять в этом. Можно жизнью поплатиться.
— Душа у меня болит от такой несправедливости. Проучить бы надобно подлецов, чтоб умы остальных жителей не отравляли своими сладкими речами о всесильной богине света. Я пришёл молить о помощи, Владыка Леса. Помоги мне сломать их никчёмные обереги и украсть пленника. Так мы докажем всем, что нет никого сильнее ши’анари. Что за времена пошли такие… алтари без подношений должных. Люди забывать стали, кто здесь правит всем и позволяет пользоваться дарами природы. На священное покушаться смеют!
Дух задумался, то снимая, то вновь надевая подаренное кольцо. Сказанное не оставило его равнодушным.
— Хорошо. Мы научим их чтить Лес. Как звать тебя, шепчущийся с духами?
— Тхэйлаар, — эшшар откинул капюшон, показывая истинное лицо.
— Фиарандоритэс, — наконец-то представился дух, небрежно добавив: — для вас, смертных, это всё равно сложно. Поэтому можно просто — Фир.