Страница 43 из 51
Глава 20
Бежать. Быстро-быстро! За спиной — стража и жрецы, впереди — Важек с Элиа на руках. Её они подхватили у самого забора, едва державшуюся на ногах. Дыхание сбилось, платье путалось, мешало, один раз Эллирэ едва не споткнулась о вылетевшую на дорогу курицу, устояла чудом. Важек резко свернул в какую-то подворотню, сапоги увязли в грязи, лай собаки мурашками пронёсся по спине.
— Ты знать, куда бежать? — крикнула, борясь с подкрадывающейся паникой.
— Понятия не имею!
Они перемахнули через забор, забежали в покосившийся сарай, хлопнули дверью. Грудная клетка полыхала огнём, каждый вдох давался с трудом. Элиа — бледная и испуганная — выглядела не лучше. Зато Важек вернул первоначальный вид и больше не напоминал монстра из кошмаров.
— Так, быстро меняем облик… — пробормотал он и зашевелил длинными пальцами в воздухе над головой Элиа. — Будешь седой старухой.
Левым глазом Эллирэ увидела колебания воздуха вокруг сестры, молодое, красивое лицо покрылось морщинами, за спиной вырос горб, чёрные косы побелели.
— Так, а ты её подружкой чуточку моложе.
Очередная иллюзия едва ощутимым ветерком коснулась кожи, от сердца заметно отлегло, шанс на спасение увеличился. Эллирэ глубоко вдохнула, выдохнула, скользя взглядом по забитым хламом полкам. В углу кучей были свалены инструменты для работы в огороде: несколько грабель, лопаты, тяпки и даже плуг. А совсем рядом, за бочкой с удобрением, голубым с яркими искорками светилась… энергия? Да, правый глаз выхватывал всполохи жизненной силы.
— Ты это тоже видишь? — спросила Эллирэ сестру на эльфийском.
— Да. Там кто-то есть.
— Не человек… — прошептала, нервно оглядываясь, но в сарае кроме них и непонятного существа больше никого не было.
— Выходи! — на языке северного народа рявкнула сестра и резво спряталась за спину Важека. Эллирэ предпочла последовать её примеру.
Из темноты, заметно дрожа от страха, выполз мальчик лет пяти: грязный, бледный, с абсолютно белыми волосами. В огромных глазах блестели такие же голубые искры, как и в энергетическом поле. В руках он сжимал серп, видимо, планировал защищаться.
— Кто это? — шёпотом спросил Важек, похоже, тоже чувствовавший нечеловеческое происхождение ребёнка.
— Не знаю, — так же тихо ответила Элиа.
— Ты ничего не видел, — сказал Важек, обращаясь к мальчику. — Понял?
— Или мы тебя сожрём, — грозно рыкнула Элиа из-за спины Важека.
Мальчик быстро закивал, отшатнувшись к стене, серп в его ручонках ходил ходуном. На тыльной стороне ладоней чётко выделялись синяки, а вот на кончиках пальцев… Эллирэ прищурилась, пытаясь распознать, что видит: ожоги, обморожение или просто игру теней? Вспомнилась заснеженная деревня, стена льда рядом с женщиной, превращённой в ледяную статую. Слова Тайлера о том, что спаслись трое… По лезвию серпа медленно пополз иней.
— Заозёрная деревня, — прошептала одними губами, ощутив холодок, пробежавший по спине. — Его пугать не! Опасно!
Важек тоже увидел, руки примирительно поднял, к выходу попятился.
— Мы шутим, малыш. Никто тебя не тронет. Ты ведь меня понимаешь?
Кивок, однако страх из глаз никуда не делся, энергия пульсировала, переливалась всеми оттенками синего. Дитя мага и снежного духа — теперь в этом не было никакого сомнения. Но что он делал в сарае? Один…
— Риз! — словно ответ на её безмолвный вопрос из-за двери раздался женский крик. — Быстро вышел, паршивец! Я знаю, что это ты разбил мою вазу.
Мальчик всхлипнул и вновь спрятался за бочкой. Душу охватила жалость. Люди не знали, кто перед ними, не понимали, какую огромную опасность нёс в себе невинный с виду ребёнок.
По ушам резанул скрип двери. Важек взмахнул руками, едва слышно прошептав: «Не дышите». В дверном проёме показалась полная женщина в цветастом платье. Цепко осмотрелась, ненадолго задержав свой взгляд на том месте, где стоял Важек. Поморщилась и вошла в сарай, проверила по углам, а потом хлопнула себя по колену.
— Ну что, добегался?
Звук шлепка, всхлип. Из убежища женщина вытащила ребёнка за ухо, выхватила из рук серп и со звоном швырнула его к остальным инструментам. Грубо бросила:
— На ужин сегодня не рассчитывай.
На миг Эллирэ встретилась с мальчиком взглядами, в голубых глазах застыли слёзы и мольба о помощи. Но вот чем она, беглая эльфийка, могла помочь ребёнку духа? Пожалуй, ничем. Что-то подсказывало, что вторая катастрофа не за горами. Если бы люди только знали… «Убили бы его» — подсказал внутренний голос.
Хлопнула дверь, и в сарае повисла мёртвая тишина. Эллирэ чувствовала — паршиво от увиденного было всем и, возможно, окажись среди них Тайлер, судьба мальчика совершила бы новый поворот, но, увы. Ни она, ни Элиа, ни уж тем более Важек брать на себя ответственность такого масштаба не собирались.
— Ждём, десять минут и идём, — прошептал Важек, внезапно обняв их с сестрой за плечи.
***
Дождь усиливался. Тайлер раздражённо рыкнул, поглубже натягивая капюшон. Путь казался бесконечным. «Сердце леса» находили лишь те, кто желал этого всей душой. Было слегка боязно, что заготовленный дар может не устроить духа, и он вообще откажется разговаривать с Тайлером. Тогда затее конец, да и Рубэллу тоже. Дождь не будет лить вечно, а так быстро добраться обратно Тайлер не успеет.
Он помнил все предупреждения Важека, да и сам хорошо знал о характере ши’анари. Они могли просто не отозваться или потребовать, например, человеческую жертву, а то и жизнь просителя. Это как игра с Тишером: кто хитрее, тот и победил.
— И ради чего я всё это делаю? — недовольно бубнил себе под нос Тайлер, продираясь через мокрые кусты. Пальцы уже заледенели, плащ промок насквозь. — Сидел бы дома, чай травяной пил, а не по зарослям непролазным ползал.
Тайлер нервно передёрнул плечами, посильнее натянув капюшон и спрятав руки в рукава. «Проклятая поляна» отыскалась ближе к полудню. Лес словно специально путал, водил кругами и не желал принимать непрошеного гостя. Тайлер в глубине души раздражался всё сильнее и сильнее. Не любил он такие шутки.
— Я пришёл молить о помощи, о величественные духи леса! — начал было Тайлер, пытаясь проявлять должное уважение к обитателям данного места.
— Нам неинтересно, — прошелестел шёпот, казалось, идущий со всех сторон. — Уходи.
По спине пробежал мерзкий холодок, словно кто-то засунул под рубаху ледяные пальцы и настойчиво гладит. Дыхание перехватило, а перед глазами всё поплыло.