Страница 52 из 56
— Я знал. Когда встретил Лизу, я тоже думал, что схожу с ума. А потом понял: это не сумасшествие. Это истинность. И от неё не убежать.
— Я и не хочу убегать.
Я смотрю на своё отражение в окне. Серебристо-серый камзол, волосы уложены назад, метка на запястье мягко светится в утреннем свете. Я вспоминаю её — ту рыжую, упрямую девчонку, что когда-то нелепо стояла в дверях моего кабинета с папкой в руках и смотрела на меня с отчаянной надеждой. Я гнал её. Отталкивал. Говорил, что хирургия не для женщин. А теперь она станет моей женой.
— Я знал её раньше, — говорю я вслух, — В том мире. Она была моей студенткой. Я ей отказывал. А она всё равно приходила. Снова и снова. Наверно я чувствовал что-то уже тогда. Но гнал. Возможно, боялся...
Дин молчит, слушает.
— А потом я узнал её в этом мире. И понял. Это судьба. Не просто истинность. Не просто магия. Это она. Всегда была она.
Дин кладёт руку на моё плечо.
— Ты счастливчик, — говорит он. — Ты нашёл её. Дважды. Не каждый получает такой шанс.
— Я знаю. И я его не упущу.
— Тогда пошли. — Он хлопает меня по плечу. — Твоя невеста уже, наверное, вся извелась от ожидания.
*
Мара
Большой зал Академии преобразился до неузнаваемости. Там, где ещё вчера стояли длинные столы для трапез, сегодня — цветочные арки и магические светильники, парящие под потолком, словно стайка золотистых светлячков. Вдоль стен — скамьи, на которых уже собрались гости. Их немного, но каждый дорог.
Дин и Лиза сидят в первом ряду. Двойняшки мирно посапывают в плетёной колыбели у ног Лизы. Роберт-младший, нарядный и торжественный, сидит рядом. Том — при полном параде, в белой мантии с золотым шитьём — среди гостей. Ренор и Эрлиона — плечом к плечу, как два неразлучника. Квазар и Диелла — вытянувшиеся в струнку, словно на военном параде. Вениам и Элла — чуть поодаль, но я замечаю, как Элла что-то шепчет ему на ухо, и он улыбается.
И вдруг — звук фанфар. Тяжёлые двери распахиваются, и в зал входит он.
Его Императорское Величество Максимилиан собственной персоной.
Высокий, черноволосый, в золотых доспехах. Его появление производит эффект разорвавшейся бомбы: гости вскакивают, кланяются. Но он лишь отмахивается — мол, сидите, сегодня я не правитель, а просто гость. Он проходит через весь зал к Ренору, пожимает ему руку, что-то говорит, потом к Тому, Дину и Роберту и, наконец, переводит взгляд на меня, чуть заметно улыбаясь. Я склоняюсь в поклоне, чувствуя, как сердце готовится выскочить из груди.
Император. На моей свадьбе.
Музыка меняется — теперь звучит что-то нежное, струнное. Дин, который вызвался быть посажёным отцом, берёт меня за руку и ведёт к алтарю.
Роберт стоит у алтаря. В парадном серебристо-сером камзоле, с идеально уложенными платиновыми волосами, с той самой лёгкой небритостью, которая ему так идёт. Он смотрит на меня — и в его глазах я вижу всё. Любовь. Гордость. Обещание.
Дин передаёт мою руку Роберту. Его пальцы сжимаются вокруг моих — тёплые, надёжные, родные.
— Ты прекрасна, — шепчет он.
— Ты тоже, — отвечаю я.
Его Императорское Величество Максимилиан занимает место в центре алтаря перед нами. По залу пробегает изумлённый шёпот — сам Император проведёт церемонию. Я замираю, не в силах поверить в происходящее. Он обводит зал спокойным, властным взглядом, и воцаряется тишина.
— Сегодня мы собрались здесь, чтобы засвидетельствовать союз двух людей, которых сама магия признала принадлежащими друг другу, — начинает Император. Его голос звучит глубоко и проникновенно, — Роберт и Мара прошли через смерть, через страх, через межмирье. И они вернулись. Вместе. Сильнее, чем прежде. Я знаю их историю и считаю честью для себя провести эту церемонию.
Я слышу, как за спиной всхлипывает Лиза. Эрлиона шмыгает носом. Даже суровая Диелла, кажется, смахивает что-то с ресниц.
— Есть ли у вас слова, которые вы хотели бы произнести сейчас друг для друга?
Роберт смотрит на меня. Его глаза — серые, глубокие, как грозовое небо. Он делает вдох.
— Мара. Я клянусь тебе, что больше никогда не отвернусь. Что никогда не скажу, что ты недостаточно сильна, недостаточно умна, недостаточно талантлива. Потому что ты — всё это. И больше. Ты — моя истинная. Моя любовь. Моя жизнь. Моя судьба. Сегодня. Завтра. Всегда.
Я чувствую, как по щекам текут слёзы.
— Роберт, — мой голос дрожит, но я продолжаю, — Я клянусь, что больше никогда не буду убегать. Не буду прятаться за чужими именами и чужими лицами. Потому что рядом с тобой я — настоящая. Ты увидел меня настоящую. Ты полюбил меня. И я люблю тебя. Сегодня. Завтра. Всегда.
— Властью, данной мне короной и магией, — провозглашает Император, — объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.
Роберт наклоняется. Его губы касаются моих — нежно, трепетно. И в этот момент наши метки ослепительно вспыхивают. Золотой свет разливается по залу, заставляя гостей ахнуть. Я чувствую, как тепло разливается от запястья по всему телу, как внутри что-то окончательно встаёт на свои места.
Теперь — навсегда.
*
Пиршественный зал встречает нас музыкой и смехом. Столы ломятся от яств — королевские повара, которых пригласил Ренор, превзошли самих себя. Жареные перепела, мясо, запечённые овощи, изобилие фруктов в медовой глазури, изысканные десерты, невероятно вкусное вино. Я ем, но почти не чувствую вкуса — слишком много эмоций.
Я замечаю краем глаза, как Максимилиан поднимается из-за своего императорского места. Он обходит зал неспешным шагом, по пути обмениваясь парой слов с Ренором. И вдруг я понимаю, что он направляется прямо к нам. Император по-простому опускается на свободный стул напротив меня и Роберта. Его золотые доспехи мягко позвякивают при движении. Он откидывается на спинку стула с видом человека, который решил позволить себе немного отдохнуть после долгих официальных церемоний, и с искренним любопытством переводит взгляд с меня на Роберта.
— Значит, вы все из другого мира? — спрашивает он, и в его голосе звучит неподдельный интерес, — Из мира, где нет магии?
— Именно так, Ваше Величество, — отвечает Лиза. — Ни магии, ни драконов, ни истинности. Только люди. И их наука.
Он переводит взгляд на меня.
— Леди Лиза попала сюда почти двадцать лет назад, верно? И стала истинной парой Дина Бэлмора. А вы, леди Мара, — истинная пара его брата. Две женщины из одного мира, из одного города, связанные с двумя братьями из древнего рода. Поразительно.
— Это судьба, — тихо отвечаю я и опускаю глаза в смущении.